Античный Чароплёт. Том 4 (СИ) - "Аллесий"

Наконец, меня куда-то положили. Было неудобно, больно. Температуры я не чувствовал. На тело, в особенности на глаза, начали распылять аэрозоль. Что-то алхимическое. Сначала щипало, потом боль стала проходить. Бальзам Скарточчи, что ли?..

В какой-то момент подошел Ортинум, наложивший что-то аналогичное моему “Среднему исцелению” и шумерской “Регенерации”. Это было очень кстати, потому что спустя пару часов я уже чувствовал некую заполненность в груди, а слизистая рта частично восстановилась. Полностью вернулся слух, более-менее наросла кожа на большей части поврежденных участков тела. Восстановились кожа и часть жировой ткани на носу, а брызнутый Кларной в ноздри аэрозоль помог быстрее регенерировать дыхательные пути.

Самая большая проблема была в легких, так как внешние и мелкие повреждения в целом уходили быстро. Но тут нужно было следовать стратегии малых дел. Проще говоря, решать мелкие проблемы прежде крупной, потому что восстановить одни легкие у здорового организма было бы куда проще, чем у изъеденного ожоговыми язвами тела без ушей, лица и с пережженным пищеводом. Касательно пищевода… Спустя пару часов я смог, хоть и с трудом, выпить маленькими глоточками два зелья, которые дала мне Кларна. Даже догадываться не хочу, какие именно, но процесс восстановления от них значительно ускорился.

Спустя еще час я смог встать на ноги, хотя зрение пока так и не вернулось. Напарница сказала, что от глаз что-то таки осталось, так что, скорее всего, мои родные смогут восстановиться. Но повязка на верхней части лица, липкая от наложенных вовнутрь тампонов с алхимическими составами, пока не позволяла мне даже пытаться их открыть. Да и не уверен я, что это вообще хорошая идея: веки-то тоже выжгло. Хотя конкретно они, скорее всего, уже восстановились.

Главное, что с хрипами и свистом, но я смог выдавить из себя еще одно Среднее Исцеление. У меня заготовлено перед боем было только одно-единственное, которое я уже истратил. Начитать новое было той еще задачей. Но я справился. Вместе с чарами еще спустя полчаса я был более-менее в норме. Если так можно назвать морально выжатого, облезлого и худого настолько, что где-то кожа буквально вмялась в промежутки между костьми, человека, лишенного возможности видеть. Зато я мог хоть хрипло, хоть со свистами, но дышать и даже глотать. Единственное, что мне было нужно — еда. Я смог добыть из инвентаря тарелку с кашей, которую потихоньку и начал употреблять. Наложенное Насыщение помогло обеспечить организм очередной порцией строительного материала, но реальная, а не сотворенная пища, была тоже весьма кстати. Как минимум она не требовала маны, что в моем случае было крайне кстати. Несмотря на запрет командира, я остался всего с полутора сотнями единиц, которые уходили потихоньку на поддержку Внутреннего Дыхания. Хоть легкие частично и восстановились, на самом деле они могли работать едва ли процентов на пять. Воздух гонять — да. Но множество мелких сосудов, соединенных с основной кровеносной системой, альвеолы и многое-многое другое еще не сформировалось. В Шумере изучали процесс восстановления легких целительными чарами. И было вполне известно, что первые несколько часов, когда орган, казалось, полностью восстановлен, нарощенные легкие представляют из себя что-то вроде меховых мешков для прокачки воздуха. Не полноценную дыхательную систему. У меня же даже до этого уровня восстановление дошло только-только. Так что Внутреннее Дыхание еще держать и держать. В идеале — несколько дней. Не в идеале — хотя бы до утра. Если я не хочу испытать на себе уже кислородное голодание. Благо, Кларна единожды поделилась маной. Это было очень и очень кстати.

Собственно, сидел я в безопасном закутке до поздней ночи. Согласно системным часам, было что-то в районе пяти утра, когда крики и взрывы стихли. Только изредка стали раздаваться отдалённые хлопки пушечных залпов.

Вернувшиеся Кларна и Ортинум сели неподалеку, дернув меня за накидку.

— Нхе… сплю… — тихо просипел я.

— Ясно. Тебя нужно восстановить так быстро, как только это возможно, — голос командира звучал отстраненно. — Кстати, будешь должен. Я не дал тебя принести в жертву Мерталу, как других тяжелораненых. Точнее, они это называют “вознесением”, но сам понимаешь… — разговор шел на всеобщем Парифата, так что понять, о чем мы говорим, местные были не должны.

— Эй! Командир!

— Да я про моральный долг, Кларна, — в голосе Ортинума сквозила усмешка. — Угостит потом в каком-нибудь кафе. Какие долги перед командой?… Так вот, Тиглат. Штурм отбит.

— Угу.

— Мы потеряли больше тысячи защитников. На стены ворвались, где-то сумели пробить полноценные бреши. Я призвал огненного элементаля. На самые тяжелые участки были брошены для отсечки прорыва профессиональные отряды. Я подозреваю, что следующий приступ они совершат часов через пять. Скорее всего, предыдущий они начали так поздно только из-за того, что подошли орудия и снаряды, из-за чего сражаться пришлось ночью. Сейчас у них, скорее всего, дефицит. А без поддержки пушек мы все же могли бы нанести им колоссальный урон. Огненные Фурии в бой не вступали. И про их существование враг точно осведомлен. То, чем приложили тебя, называется “Дыхание Мертала”. Объемный взрыв двойным зарядом. Первый распыляет в воздухе горючую смесь. Второй взрывается и поджигает её. Дальше сам представляешь. Нужно было телепортироваться.

— Угу.

— Знаю, что сам все понимаешь. Мне такое наименее опасно. Кларну бы убило. Ну а ты… Ты вот сидишь.

— Ага.

— Ага-ага. Я думаю, глаза восстановятся часа через три. Попробуй уснуть. Я наложу на тебя еще одну Полевую регенерацию и мощное восстанавливающее. Выпьешь еще порцию бальзама. В следующем приступе вступишь в бой только в случае появления их магов. В остальном — береги силы. Ты наш основной шанс на эвакуацию, если что-то пойдет не так.

— Угу.

— Ладно… Кларна, покормишь его бульоном?

— Да, конечно. Я уже нарвала мясо, а на ужин раздавали урюс. Бальзам залью в него позже.

— Ну и отлично. Через минут пятнадцать подойду наложить чары.

Собственно, первое открытие глаз после сна принесло только резь и боль. И промывать их кипяченой водой тоже было больно. Наложенное на область головы Малое исцеление принесло какой-то результат, но не слишком существенный. Окончательно зрение восстановилось бы только через пару дней.

То, что в том адском пекле глазные яблоки хоть и оказались с выжженным белком, но все равно уцелели, являлось лишь следствием того, что мои глаза были не обычным органом, а гранатами Драгоглазых. Фактически у меня в глазницах сохранились эти самые гранаты с кусками глазного яблока, прятавшимися за радужкой и центром органа, кои и заменились драгоценным взором. Да нервы, шедшие от мозга. Достаточно для регенерации. Наверное, я мог бы даже драгоценный взор активировать. Но смысла в этом не было.

Так или иначе, с резью и болью, иногда со слезами на глазах в буквальном смысле, но я мог смотреть. Гной скапливался в уголках, правда, постоянно. Но небольшой платок решал эту задачу.

То же, что я увидел, мне не нравилось категорически. Огромное количество трупов, которых жрецы Мертала по одному поднимали в виде зомби. Не особо качественных, туповатых и неповоротливых, но довольно сильных и способных заполнить стены. Части стены были просто разрушены. Собственно, даже держать там войска смысла нет. Всех живых Раул отводил на внутренние укрепления, держа профессиональных солдат на основном направлении возможного отступления — на возведенном земляном валу во внутреннем дворе. То, что к вечеру внешняя стена уже нашей не будет, сомнений не было. Все, на что рассчитывали защитники, так это удержать к следующему утру хотя бы земляной вал, с которого можно будет отступить в ущелье.