— А-а-а… это ты… — лениво протянула Офлея, смотря на рабыню сверху вниз, как она делала и всегда до этого. — Ну проходи… Что это ты с собой протащила?
— Подарки! — радостно произнесла Ада, для которой это путешествие до Сароса и посещение друщей действительно являлось чем-то вроде приключения, особенно на фоне сплошной рутины. — А где Нека?
— В магазин убежала.
— Ты отпускаешь её одну в позднее время?
— Чрезмерная опека мало чем отличается от рабских кандалов.
После обретения свободы Офлея почти сразу же решила переезжать в Сарос. В основном, потому что здесь жить дешевле, к тому же и межклассовая, и межвидовая вражда не успела пустить в это место корни. Да, свои заскоки у некоторой части населения имелись, но в общем… зверолюды никогда не жили здесь одни. Всегда большой процент граждан составляли те же люди. Плюс среди самих зверолюдов тоже существует разные виды и расы. Так что никто не обращал внимания на наличие или отсутствие рогов, копыт, хвостов, как и не было никакого дела до цвета кожи.
Домик оказался довольно скромным, прямо… очень. Даже похуже квартиры, которую когда-то в этом городе снимал Лансемалион Бальмуар. Однако здесь всё ещё было уютно.
Больше всего Аду удивило преображение самой Офлеи. В домашнем халате, в мягких тапочках, а когда она открыла дверь, то ещё в руках и метлу с тряпкой для пыли держала. В это с трудом верилось, но через минуту Воительница из клана Праутеи уже накрывала стол, аккуратно разливала чай и спрашивала сколько сахара добавить, прямо как настоящая домохозяйка.
— Значит ты действительно больше не сражаешься? — удивлённо спросила Огненная Бестия, вспоминая первые встречи, когда дикарка по привычке всё также носила броню.
— Я же ей пообещала, — нахмурившись ответила Офлея, которой явно не так уж и легко давались перемены.
Но слово гордая северянка держала. Несмотря на свои боевые умения, она не пошла ни в охрану, ни в армию, ни на какую-либо работу, связанную с насилием и рисками для жизни. Это служило поводом для зависти со стороны подруги, которая слабо представляла, какая лично у неё самой должна появиться цель, чтобы свернуть с пути силы. Хотя некоторые варианты имелись.
— Так где работаешь сейчас? — чтобы не сидеть в тишине, спросила Ада.
— На стройке. Сейчас как раз стену новую строят, решили немного город расширить.
— А в кузню какую не пробовала пойти?
— Да кому я там нужна? Плюс, в этой работе не грубая сила требуется, а точность в ударах. Все кузнецы подмастерьев набирают с раненого возраста, либо довольствуются родственничками. Брать меня и обучать… К тому же не так уж всё и плохо. С моей физической силой я получаю вполне нормально так монет. По крайне мере нам хватает, — как-то без особого интереса ответила Офлея, будто бы её действительно всё более чем устраивало. — О, Нека возвращается!
Одному только Этию известно каким образом дикарка об этом узнала, может дело в магическом зрении, а может в чём-то другом. В любом случае северянка всегда заранее открывала дверь и встречала своё маленькое чудо.
Как только кошечка ступила на порог, то тут же увидела и гостью. Именно благодаря хвостатой девушке общение когда-то и не закончилось. Сразу после переезда она начала писать Аде и даже Лансемалиону Бальмуару. Хотя последнему письма приходили не особо часто. Первое получил в знак благодарности, а остальные были косвенно связаны с тем, что Огненная Бестия то про открытие новой школы вспомнит, то про покупку того жёлтого фрака… Ну а культурная кошечка сразу же считает своим долгом поздравить аристократа.
Едва сделав шаг Нека тут же, радостно подпрыгнула и побежала сначала к самой Аде, чтобы обнять: говорить она так и не начала, так что демонстрировала свои чувства другими доступными способами. Через секунду девушка махнула хвостиком и скрылась в другом конце дома, повозилась около своей кровати и вернулась уже с целой картиной.
— Ого! Это мне? — удивилась Ада, принимая и внимательно изучая подарок. — Да это же я!
Нека согласно закивала. Она тоже многому научилась и теперь рисовала куда лучше, намного. И в качестве подарка решила подарить картину с изображённой на ней Огненной Бестией, стоящей на голове убитого ей же дракона. Нечто похожее Ада уже видела в музее, где наверняка кошечка и черпала вдохновение. Но даже так, картина оставалась действительно красивой.
— А мы вам тоже подарки привезли! — сразу же вспомнила Ада и встала со стула, чтобы достать сюрпризы.
Первым делом кошечка получила коробочку с кистями и краски, Офлее досталась воздушная раковина, а самое сладкое пришлось доставать по частям. Быстро рядом с самодельным мольбертом Неки появилась треножная подставка, а затем рабыня с некоторым трудом водрузила на них увесистую рамку в подарочной обёртке. Через секунду бумага загорелась и у дикарки отвисла челюсть.
Почти пять лет назад она ушла, оставив на кровавом песке не только рабские кандалы, но и своё оружие из небесного металла. И этот момент не давал покоя аристократу, ведь это снаряжение этиамария. Все бойцы, заслужившие свободу, оставляют оружие себе, такова традиция Эдема. Для уважающих себя этириданосов это и вовсе священная традиция, сродни той, которая запрещает забирать выкинутые зрителем подарки.
Подарок немного запоздал, но… тут дело в том, что ещё хозяину не стоит лезть и напоминать о себе уже свободным гражданам. Поэтому та же Офлея вообще никак не контактировала с Лансом. И если бы Нека сама не писала, то всё так бы и закончилось. А так… вроде никто зла не держит… Но всё же потребовалось довольно много времени и несколько походов Ады на протяжении этих лет, чтобы удостовериться в уместности подобных подарков.
Сам же боевой топор оказался перекован в составную рамку для мольберта. Светящийся металл будто бы являлся кусочком неба, скованного твёрдой оболочкой. Он пытался вырваться, но мешали руны с тонким магическим рисунком.
Нека сильно обрадовалась, ведь мольберт далеко необычный, что понятно даже простому смертному. А вот Офлея… она стояла позади и хмурилась, будто видела в этом какой-то скрытый посыл. Впрочем, через секунду дикарка уже лучезарно улыбалась в лицо своей кошечке, чтобы не портить той радость от подарка.
Глава 8
Среди весьма приличного множества этиамариев во владении Лансемалиона Бальмуара имелся как простой никчёмный сброд, так и смертные посильнее. Разные титулы, разные возможности, разные специализации. Кроме того, помимо школ покупались ещё и чужие рабы, даже чемпионы, как например Синрив.
Однако ирбис не особо впечатлял хозяина своими успехами. Всё же по силе зверолюд сильно уступал своим конкурентами. Во многом из-за его способностей. Ведь главным козырем шамана являлось общение с духами, а в Эдеме связь с тенями Кихариса слабая. В результате приходится сковывать души смертных, используя схожие, но всё же во многом отличающиеся методики. Поэтому эффективность Синрива посредственная, как и перспектив дальнейшего развития не наблюдается. Вряд ли он станет героем арены. И всё же будучи чемпионом зверолюд приносит внушительный доход.
Сейчас Лансемалион Бальмуар находился также в одной из своих школ, где решил провести встречу с другими важными смертными. Конечно, можно было забронировать места в ресторане или борделе… но аристократ всё же является этириданосом, как и многие обсуждаемые вопросы связаны именно с аренами, так что куда лучше лишний раз продемонстрировать собственный профессионализм. Пусть гости слышат не только слова, но и видят подтверждения.
Встреча проходила также на террасе, где шли непринуждённые переговоры. И на протяжении всего этого времени внизу будут сражаться лучшие этиамарии. Не насмерть, лишь для демонстрации своих умений, что косвенно можно сравнить с их потенциальным доходом. Ведь у некоторых из своих гостей Ланс будет брать деньги в долг и заключать партнёрские соглашения как раз по поводу развития своих школ.
