Метка Дальнего: Точильных Дел Мастер (СИ) - Кронос Александр

— Под Мглу утеки, из-под Мглы притеки, — голос в очередной раз повторил ту же самую мантру. — Силу детям твоим вручи, у остальных её отбери.

Я немного подался вперёд. Выглянул. Источником звука был мужчина, восседающий в самом центре бывшего склада. Сидящий на корточках и кажется не обращающий внимания ни на что вокруг.

Заодно вышло прикинуть количество живых генераторов белой слизи. Не меньше полусотни. Разной степени целости. Некоторые выглядели так, как будто уже разваливались на части и лежали с закрытыми глазами. Другие казались относительно целыми. Да и взгляды у них были отчасти осмысленными.

— Слышь, а так ваще можно? — зашептал кто-то почти подо мной. — Нас не вальнут за такое нахер?

— Да успокойся ты, — отвечал ему второй. — Ты тут кого-то видишь? Старик — япнутый наглухо. Ща ещё часочка два поорёт, потом хряпнет и спать. Ему на остальное положить.

Двое. Оба люди. Мужчины между тридцатью и полтинником — смотрю отсюда, сложно сказать точнее.

Стоят около девушки, как и все остальные, лежащей внутри странной деревянной штуки. Больше всего напоминающей лодку с отрезанной кормой и носом.

Эмоции внутри как будто сдохли. Все разом. Внутренний зверь, кажется настолько обезумел от концентрации запаха вокруг, что попросту отключился.

— Щас, — снова заговорил первый, спуская штаны. — Мы быстренько. Её ж на первый виток зарядили. Считай целенькая.

Ещё один нюанс — все, кто лежал внизу, были полностью голыми. Что до намерений этих двух, те были вполне очевидны. Вставить, высунуть и получить удовольствие.

Один уже приступил к делу, подтянув к себе девушку и задрав её ноги. А второй, бросая косые взгляды в сторону сидящего посреди склада мужика, вовсю мял её же сиськи.

Вот в этот момент — внутренний зверь ожил. Мощно рыкнул, приходя в себя. Плеснул жаркой волной гнева, окатившей мозг.

Их тут всего трое. Осознание этого факта, как будто переключило в моей голове рубильник, заставляя действовать.

От меня до плечей того, что пытался засунуть свой вялый стручок в подопытную, было не больше пары метров. Лететь — всего ничего. Секунда и трансформированные когти моей левой руки вонзаются в его корпус, гася скорость и тормозя падение. А ноги упираются в спину выродка.

Он тонко и по-бабьи взвизгнул. Но тут же заткнулся — не так просто визжать, когда из твоей шеи торчит нож.

Второй, который пытался пристроиться ко рту блондинки, шарахнулся назад. Споткнулся обо что-то. Вытянулся на полу.

— Лупень, — вдруг в голос заорал он. — Нас тут убивают, дед! Проснись!

Прыжок. Несколько быстрых скользящих шагов. Вошедшая в тело сталь.

Крик незадачливого сторожа оборвался. Я же поднял взгляд. И озадаченно моргнул. А где дед? Тот самый старик, что раньше сидел посреди склада, теперь исчез. Да ещё так, что я этого даже не заметил.

Замереть. Прислушаться. Запахов вокруг слишком много — обоняние не поможет. Но вот слух — ещё как. Где эта старая тварь? Куда он делся?

Голая девушка, чьё тело пробито множеством трубок, совсем тихо мычит. Показывая глазами куда-то в сторону. Прежде чем я успеваю повернуть голову, она взрывается болью. От мощного удара сбоку.

Внутри ревёт зверь. Удар. Нож втыкается в мясо. Но сам я сгибаюсь пополам, получив в живот. Кинувшись назад, разрываю дистанцию.

Как так? Старик здесь. Стоит прямо передо мной. С ухмылкой вытаскивая нож из своей грудной клетки.

— Мгла течёт и поёт, — нараспев произнёс он. — Боль чужим и тепло своим несёт. Ох, невовремя ты заглянул, гоблин.

Спокойный такой. Невозмутимый. Как будто и нет никакой ножевой раны в его груди.

Я даже не улавливаю его движения. Сначала чувствую боль. Только потом до мозга доходит, что противник нанёс удар.

Очень странное чувство. Безысходность. Пропитывающая каждую мою нервную клетку.

— Она поёт через меня, — бормочет старик. — И течёт. А когда я скормлю ей тебя, возрадуется.

Меня выгибает дугой. Ощущения — как от пропущенного через тело высоковольтного тока. Разве что не умираю на месте.

Внутренний зверь встаёт на дыбы. Наполняет разум яростным рыком.

Силы, которые казалось навсегда исчезли, возвращаются. Сначала у меня получается открыть глаза — вижу удивлённое и откровенно непонимающее лицо старика. Потом опуская взгляд ниже.

Пять его растопыренных пальцев вошли в мою грудную клетку. От каждого сейчас валит белый туман. А моё собственное тело, которое висит в воздухе, бьёт крупная дрожь.

Меня едва не выворачивает от чувства омерзения. Белая дрянь, которой пропитан враг, внутреннему зверю не по душе. Но и ублюдку напротив меня, тоже приходится несладко.

— Откуда? — слабо бормочет он. — Как? Ты ведь гобл… Что это?

Сил на то, чтобы трансформировать свои пальцы, обратив их когтями и нанести удар, у меня нет. Пытаюсь — не выходит.

Зато я могу ими шевелить. Старательно смещая к поясу, где висит револьвер.

Скрип двери. Женское восклицание. Повернувшаяся на звук голова старика.

Странно, но как только он отводит взгляд, двигаться становится куда проще. Пальцы тут же вцепляются в рукоять револьвера. Вытаскивают его. Взводят курок.

Выродок снова смотрит мне в глаза. Разница в дуле оружия, которое под углом упёрто в его левую часть лба. И том крохотном усилии, которое мне осталось сделать для выстрела.

Совсем маленькое движение. Потребовавшее полной отдачи.

Оглушающе бахает револьвер. Брызжет в лицо кровь. Что-то кричит Акира. Получилось.

Глава 3

Лежать, уткнувшись лицом в старческую грудь — противно. Если речь о мёртвом старике — ещё и дико странно. А в данном конкретном случае — вовсе омерзительно.

Запах белой дряни шибает в нос. Тело убитого выродка им как будто пропитано. Сам же я, пусть и жив, но всё равно содрогаюсь в конвульсиях. Хорошо, что хотя бы пальцы, которыми этот старый ублюдок пробил моё тело, вышли из грудной клетки.

Ну и где эта Акира? Какого лешего она так долго, вертолётный винт ей в зад! Меня надо хотя бы в сторону чуть оттащить. Подальше от этого тела, пропитанного самым настоящим ядом. Мне кажется, я из-за этого и не могу даже пальцами пошевелить.

— Такуми! — голос азиатки буквально звенел. — Что эти твари с тобой сделали?

Не ожидал, что она действительно отыщет тут своего брата. Хорошая новость. Только пора бы и мне немного помочь.

Звук глухого удара. Что-то падает. Вроде бы. Из нынешней позиции я не могу ничего рассмотреть.

Моя звериная часть рычит. А рациональная пытается прикинуть, как привлечь внимание Акиры.

Любопытно. Это ведь створка дверей снова заскрипела? И звук характерный такой — очень похож на чьи-то ноги, что волочатся по земле.

Верить в происходящее не хотелось. Настолько, что услышав приближающиеся шаги я даже смог представить спешащую на помощь Акиру. Которая пришла в себя после шока от контакта с братом и наконец вспомнила, что тут валяюсь раненый я.

Вот её руки вцепляется в мои плечи и переворачивают на спину, отодвигая от трупа старика. Моргаю. Пытаюсь рассмотреть её лицо. Как же много долбанных испарений! Как этим вообще можно дышать?

— Ого, — слышу удивлённый голос азиатки. — Ещё жив… Думала, вы тут друг друга прихлопнули. Как в кино…

Пытаюсь ответить, но выходит лишь чуть пошевелить губами.

— Ты это, гобл, — её пальцы ловко обшаривают мои карманы, быстро отыскав ключи от студии. — Извини. Сам понимаешь. Брат. Нам валить надо. И деньги пригодятся.

Договорив, секунду сидит на корточках, смотря на меня. Потом встаёт. Уходит.

Ярость. Ледяная. Не та, что вынуждает бездумно кидаться в бой, а другая. Побуждающая мыслить.

Впрочем, к действиям она тоже мотивирует — у меня выходит оттолкнуться рукой и сдвинуться в сторону. Ещё дальше от трупа старика.

Что ж. Хорошая новость — я вернул себе способность двигаться. Громко сказано, конечно. Но небольшая подвижность появилась.

Плохая новость — тот батончик, который я сунул в карман, когда спускался за лапшой, выпал.