Путь Строителя 10 (СИ) - Ковтунов Алексей

Пошел дальше по деревне и у одного из дворов на краю, где живут охотники, заметил знакомый силуэт. Кейн сидел на заднем дворе перед широкой доской на козлах и неспешно лепил пельмени. Раскатанное тесто с миской фарша с одной стороны, горка аккуратных заготовок с другой, и движения его были такими размеренными и плавными, что можно было залипнуть и стоять так до вечера.

Обычно этот человек перемещается так, что глазом не уловишь, а тут сидит и вдумчиво защипывает краешки, и каждый пельмень у него выходит ровный и симметричный. Медленная сосредоточенная работа руками, пусть это не копье и не силки, зато Основа от такого занятия тоже поднимается. По крайней мере в его случае, как раз получается медитация-антагонист скорости.

Кейн поднял голову, заметил меня и молча показал пельмень, мол, оцени работу. Я одобрительно кивнул и пошел дальше, потому что если остановлюсь, сам захочу лепить, а у меня на это нет ни времени, ни таланта.

За казармами свернул к площадке, где раньше проходили тренировки, и замер на полушаге. Там, в тени между навесом и бревенчатой стеной, двигался гвардеец. Не просто двигался, а именно что танцевал вальс. Плавные перетекающие шаги, развороты на одной ноге с размашистыми махами рук, причем в полном доспехе, и железо при каждом движении позвякивало тихо и ритмично. Чугунок на ножках, как его окрестили ребята из ополчения, оказывается, восстанавливает Основу вот так. Ну а что, каждому свое.

Гвардеец заметил мой взгляд и застыл в нелепой позе, одна рука поднята, нога отведена, и уверен, что где-то под шлемом застыло отчетливое суровое пожелание не комментировать увиденное.

Я показал ему открытые ладони, мол, ничего не видел, и двинулся дальше. Чужие методы восстановления Основы — это личное, лезть туда не принято, да и незачем.

Вельт обнаружился у реки, стоял по щиколотку в воде и закидывал удочку с совершенно сосредоточенным видом. Хотя нет, не на реку он смотрит, а поглядывает в сторону нашего волосяночного прудика, и глаза у него блестят нехорошим азартом.

Сам прудик за последние дни заметно изменился. Сюда свалили останки зверей после штурма, кости и хрящи вперемешку со всей органикой, какую не удалось пристроить в дело, и все это добро волосянка переработала без остатка. Вода темная и густая, но воняет только самой волосянкой, а не тухлятиной, и это знак хороший, значит тварь жрет быстрее, чем подбрасывают, и все идет на рост. Тонкие полупрозрачные нити уже подобрались к самому берегу и подрагивали на поверхности, будто щупают воздух.

Подцепил палкой одну из нитей, и тонкая упругая волосинка мгновенно натянулась. Из воды полезли следующие, одна за другой, оплели палку, и не успел я глазом моргнуть, как жердь дернуло из рук с такой силой, что пальцы разжались сами. Палка плюхнулась в воду, нити тут же утянули ее ко дну, и на поверхности расползлись мутные круги.

Ну неплохо, хочу заметить, все-таки это палка без приманки и даже на нее вон какая реакция. Аппетит у нашей подопечной что надо, значит не сильно мы ее повредили и она уже освоилась после переселения.

— Что, может повытягиваем волоски-то? — раздалось сзади, и я чуть не подпрыгнул от неожиданности.

Вельт подошел бесшумно, по своей охотничьей привычке, и теперь стоял рядом с азартным огоньком в глазах и явно порывался лезть в воду за добычей прямо сейчас.

— Да какой там, не до этого, — я полез за палкой, которую волосянка уже милостиво выпустила обратно на мелководье, подобрал и отступил от берега. С ножом в руках, разумеется, хотя сами волоски еще не вернулись, но перестраховка лишней не будет. — За пару часов не управимся.

— Да уж… — протянул Вельт, но глаз от пруда не отвел. — Если тут лавочку поставить, оборудовать место, катушки эти твои навтыкать, то можно провести время с большой пользой.

— Платная ловля волосянки? — усмехнулся я, хотя, если подумать, ничего тут смешного нет. Можно ведь и правда организовать что-то подобное, оборудовать берег, поставить катушки с храповиком и вытягивать нити планомерно, а не как сейчас, палкой наугад. Затея, конечно, на любителя, но в деревне и не такое за досуг сходит.

Хотя я бы сконцентрировался на добыче самих волос. Забавы забавами, но веревки из волосянки нужнее любого аттракциона.

Постояли, посмотрели на пруд. Нити снова успокоились и легли на поверхность, только покачивались слегка. Если тварь продолжит расти такими темпами, после штурма можно будет снимать серьезный урожай. Да и сейчас, судя по количеству волосков, можно начинать добычу, просто придумать как обстригать ее постепенно, а не сразу брить налысо.

— Кстати, я все хотел спросить… — задумался вдруг вслух и повернулся к Вельту. Просто вспомнилось, как он пронзил нашу первую волосянку, а во время обороны его стрелы прошивали зверей насквозь, и даже в медведя попал так, что стрела пролетела дальше и угодила стражнику в ногу. — Ты как-то изменил свои стрелы, или у тебя от рождения такая бронебойность?

— Это мой путь, Рей, — Вельт пожал плечами. — Конечно я усиливаю стрелы Основой, чтобы они прошивали лучше, но делаю это в момент выстрела, а не заранее. А что?

Вот, собственно, именно момент зарядки меня по большей части и интересовал. Подумалось просто, вдруг он заранее может зарядить все запасы стрел на бронебойность, и тогда эффективность наших лучников возросла бы в разы. Но такой талант, судя по всему, есть только у меня. Обидно только, что этот самый талант я пока не развил так как руны бронебойности в моем арсенале пока нет.

— Да просто есть одна задумка… — вздохнул я, — Вот ты только из лука так можешь, или другое метательное оружие тоже сработает? Допустим, швырнешь камень или копье,усилишь его, и оно полетит с такой же пробивной силой?

— Камень? — Вельт задумчиво потер подбородок. — Не получится с камнем, у него структура и форма другая, я с ней работал слишком мало. Мой путь заточен под стрельбу, я чувствую стрелу с того момента, как она ложится на тетиву, и Основа вкладывается в момент выпуска. С камнем или копьем так не получится. Хотя…

— Опаньки, — невольно потер ладони.

— Не опаньки, пробовать надо, — махнул он рукой. — Но бросать что-то руками точно мимо, это совсем другой путь и он далеко не такой эффективный.

— Ну ладно, допустим, — поднял я руки, хотя кое-что попробовать уже очень даже хочется и появилась надежда, что смогу упростить себе задачу в разы. — А как ты стреляешь так далеко? Лук тугой, или опять путь помогает?

— Что-то много неприличных вопросов, — прищурился он.

— Так я ж об обороне всё думаю, — развел руками и невинно улыбнулся. — Просто задумка есть, надо бы ее реализовать и это очень всё упростит. А если что, я никому не расскажу, сам знаешь. А если расскажу, то не поверят. Вот ты бы поверил, что наш Чугунок копит Основу когда танцует вальс?

— Хах! Скажешь тоже, — хохотнул он, — Ну ладно, на самом деле у меня и правда тугой лук, ты в жизни из него не выстрелишь. Но помимо этого я могу усиливать выстрел, но там тоже есть некоторые ограничения. Многое и от стрелы зависит, и от ее свойств…

— Ага, значит если стрела сможет вмещать в себя больше Основы, то и работать тебе с ней будет куда проще… — задумчиво протянул я.

— Ну такие стрелы вообще мечта любого стрелка, — усмехнулся Вельт, — Жаль, что ты только на кирпич руны можешь наносить, а то цены бы тебе не было… — он осекся и прищурился, пока я ковырял носком землю и смотрел куда-то в небо. — Так, погоди… Ты можешь нанести руны на стрелы? И всё это время молчал?

— Да как бы и не скрывал этого, если что, — честно возмутился я, — Сам мог бы объяснить сразу и спросить, если это правда так может помочь.

— Ну так ты же не оружейник, а строитель!

— Так я и не рыбак, но волосянку как-то вытянул! — парировал я. — И вообще, мне кажется, надо завязывать с этими дебильными играми в угадайку и составить подробный реестр с возможностями тех или иных путей. А то бесите, ходите, молчите, каждый какими-то своими медитациями занимаетесь… А мне что, самому всё додумывать? Иди, в общем, тренируйся стрелять из баллисты. Когда начнется жара, от твоего выстрела будет зависеть исход сражения, так что много Основы не трать.