– Твои родители были истинными? – спросила я.
– Нет. Они слишком горячие драконы. Постоянно кипели, скандалили, ругались. Сейчас я даже не знаю, в какой части света путешествует отец.
– Зато я знаю, где мой, – вздохнула я. – Горюет о Норберте. Ну… впрочем, он не знает, о чем именно горюет.
– И хорошо, что этого никогда не случится, – серьезно произнес Мартин.
Именно отец Мартина, господин Бруно Грюнвальд, создал методику изучения существ, которые обитали в зеркалах. Вечером, после ужина, когда я дала задания домовым и пришла в ректорат, там уже все было готово для работы. В зале для заседаний сдвинули мебель к стене, в самом центре установили большое зеркало, и Джейн вычерчивала последние руны на его поверхности. Они наливались неприятным зеленоватым светом и погружались в глубину.
– Ну вот! – довольно воскликнула она, сделав несколько шагов назад и рассматривая свою работу. – Бруно тот еще, конечно, фрукт и овощ, но его система рун всегда работала отменно!
Джеррит, который вызвался помогать, натурально мотал на ус все сказанное. Я вспомнила его руку, обгоревшую до костей во время охоты на глубозеркального призрака, и поежилась.
– То есть, для охотника это безопасно? – поинтересовался Джеррит и, когда Джейн утвердительно качнула головой, довольно воскликнул: – Прекрасно, теперь не придется сгорать, когда ловишь глубозеркальных призраков!
Джейн посмотрела на него, как на дурачка.
– Вы что, руками их ловите? – осведомилась она таким тоном, словно в бальном зале кто-то сделал лужу.
– А чем же? – ответил Джеррит вопросом на вопрос. – Удочек для этого не придумано.
Джейн выразительно закатила глаза.
– Вот вам удочка, методике уже десять лет.
– Долго же новости к нам едут из столицы! – рассмеялся Джеррит и вдруг посерьезнел и указал на зеркало. – Смотрите-ка. Началось.
Зеркальная гладь пошла волнами. Послышался треск, в лицо повеяло морозом, и я почувствовала, что падаю.
***
Сначала было очень темно и очень холодно.
Я лежала на чем-то твердом. Таком твердом, что все тело наполняла боль.
Потом она сгустилась в правой щиколотке и, окончательно очнувшись, я поняла, что меня держат за ногу чьи-то костистые пальцы.
Первым порывом было завизжать и задергаться, но я сумела его подавить. Открыла глаза, увидела тусклые серые сумерки и медленно перевела взгляд на ногу.
Я лежала на мраморном полу, и нога попала в извивающуюся старую ветку. Здесь было множество корней и ветвей, но иссохших и изломанных.
Осторожно освободившись, я поднялась на ноги и огляделась. Если сначала мне было страшно, то теперь страх отступил перед жаждой приключений и открытий.
Я в зазеркалье! В удивительном и пугающем мире, населенном чудовищами! Я читала о нем в учебниках и монографиях, но и подумать не могла, что однажды окажусь здесь.
Всего двое исследователей сумели проникнуть в зазеркалье и вернуться. Один сошел с ума, второй написал книгу и больше никогда не смотрел в зеркало.
Интересно, смогу ли я соткать здесь чары, и какими они будут?
Заклинания ложились очень легко, словно само зазеркалье помогало мне правильно прокладывать нити. Я укрепила защиту, подвесила колокольчики безопасности – отлично, теперь никакая тварь не подберется ко мне втихаря. Колокольчики загремят так, что всем призракам станет тошно.
Очередное заклинание легло мне в руку коротким мечом. Другое повисло золотым шариком, озаряя зазеркалье, и я решила, что выглядит это место очень скучно. Пыль, паутина с безжизненно повисшими пауками, золотые монеты…
Золотые монеты?!
Я шагнула вправо, нагнулась и подняла с пола пару тяжелых кругляшей. На аверсе была выбита сова с изумрудными глазами, на реверсе красовалась башня. Кроны короля Веревельта из прошлого века, стоили они целое состояние.
Может, если походить по зазеркалью, я смогу набрать достаточно денег, чтобы купить академию и позволить ребятам учиться там бесплатно? Вот бы да…
Впрочем, я с сожалением обуздала свою жадность. Она не доводит до добра – это раз. Это может быть приманка какого-нибудь чудовища – это два. Я буду собирать монетки и приду прямиком в его логово.
Осмотревшись, я поняла, что нахожусь в коридоре – длинном, без окон и дверей, полностью заросшем корнями и ветвями. В пыли на полу снова мелькнула крона Веревельта, я снова подняла ее. Осторожность это хорошо, но добро не должно вот так валяться на полу.
Еще сотня таких монет, и для нашей академии мы купим замок у Среднеземельного моря, на юге, среди пальм и апельсиновых деревьев.
Впереди послышался шелест, обрывая мои мечты. Чтобы тратить найденное, мне сперва надо выбраться отсюда, а выхода не видно. И впереди явно что-то было – впрочем, колокольчики безопасности пока молчали, и я решила немного пройти и посмотреть, что же там может шелестеть.
Я прошла примерно дюжину шагов, и коридор оборвался: впереди была стена тумана, из которой проглядывали верхушки деревьев без единого листочка. Чуть левее была лестница с уцелевшими перилами, и я решила спускаться. Схватилась за них покрепче, сделала шаг, и вдруг мир прояснился, наполняясь светом.
Теперь я была не просто в сумерках среди развалин. Я поняла, где нахожусь!
Это была академия Дандевар: изломанная, разрушенная, искаженная. Коридор, по которому я шла, в реальном мире вел к большой лаборатории мимо кабинетов для практических занятий. А эта лестница потом шла от лаборатории и приводила на первый этаж, к библиотеке…
А у библиотеки было огромное старинное зеркало. Может, если я сумею добраться до него, то смогу и выбраться? Или как-то подать знак Мартину и Джейн? Они ведь там, в реальном мире, пытаются спасти меня и вытащить отсюда…
Спускаться пришлось долго, а держаться крепко. Наконец, лестница вывела меня к стене, на которой и в самом деле было зеркало! Я подошла к нему, и отражение потекло, словно кто-то плеснул водой.
– Давай-ка попробуем тебя прояснить, – сказала я и принялась выплетать Чары чистоты. Когда-то моя однокурсница придумала эту идею: наносишь чары на лицо, и они убирают прыщики и пятнышки.
Мысль была хорошая, вот только потом эти чары неминуемо заканчивались расстройством желудка. Но может, с зеркалом будет иначе?
Чары легли на зеркальную гладь, и мельтешение красок прекратилось. Послышался треск – легкий, едва уловимый, и колокольчики безопасности ожили и заголосили: беда, беда!
По лестнице кто-то спускался. Я слышала шаги – тяжелые уверенные шаги хозяина положения, который не будет со мной церемониться.
Особенно с учетом того, что я украла его монеты.
Треск разлился по зазеркалью, корни и ветви пришли в движение и потянулись ко мне, пытаясь схватить. Зеркало рассыпалось веером бриллиантовых брызг и за мгновение до того, как из тумана выступил хозяин этого места, я услышала странно знакомый далекий голос:
– Помоги…
А потом мир содрогнулся и я снова полетела во мрак.
Глава 10
Мне было холодно. Просто невыносимо холодно.
– Эмма, держись, – голос Мартина летел ко мне из невообразимой высоты. Я чувствовала, что он держит меня на руках, но не видела его – перед глазами все плыло.
Я выбралась из зазеркалья. Я в своем мире. А холод отступит и зрение вернется. Мне, в конце концов, сегодня еще готовить ужин.
– На счет три: раз… два…
А это уже голос Джейн. Надо будет обязательно показать им монеты – конечно, если я их еще не потеряла. Надо же, в зазеркалье есть клады.
– Не получается…
Холод проникал в каждую клеточку тела. Струился по венам, заполняя меня до самого краешка. Еще немного, и я сделаюсь стеклянной, хрупкой, и рассыплюсь от неосторожного прикосновения.
– Ты должен обратиться. Драконий огонь способен разрушить…
“Не надо!” – закричало в моей голове. Если Мартин обратится, держа меня на руках, тут только пепел останется. А мне еще рано становиться пеплом. Я хочу жить. Готовить еду, родить парочку детей, стать настоящей хозяйкой академии…
