Новый год дракону под хвост - Атлас Ника

Проворочавшись в постели еще минут пять и едва не отморозив себе почку, решила, что пора идти добывать знания, а заодно не помешает осмотреть дом. Желудок радостно вставил свои пять копеек, намекая, что кухню неплохо бы отыскать в первую очередь. Забавно. В том мире я сейчас должна была устраивать марафон обжорства прошлогодними салатиками с Катюхой напару, а здесь, судя по ощущениям, в моем желудке уже давненько не появлялось ничего гуще воды.

Слабость при попытке подъема с кровати воспринялась мною как что-то само собой разумеющееся. Но я ж упорная и только на чистом упрямстве и силе воле заставила подняться ноющее тело. Переждав приступ головокружения, медленно обвела взглядом свою комнату. Начну свое исследование с нее, а потом уже буду осматривать все остальное.

Спальня моя в этом мире выглядела настолько плохо, что просто хотелось обнять себя за плечи, сесть на вот этот бывший когда-то белоснежным ковер и плакать. Но плакать в такой холодине дело неблагодарное. Тем более что соленым водопадом из глаз делу не поможешь, да и наревелась я уже. Хватит. Потоки слез в моем организме все же не резиновые! Их поберечь стоит. До особого случая так сказать.

Из плохо закрытого окна снова начало сквозить и я решила, что стоит укутаться в тонкое одеяло на манер шали. Сказано, сделано.Сразу стало чуточку теплее и радостнее. Теперь пора детальнее осмотреть помещение. Может что-то все же мне удастся починить?! Деревянную оконную раму, сильно разбухшую от воды и мороза, а потому нормально и не закрывающуюся трогать не стала. Тем более хлипкая и сильно затертая ручка, которая стойко держалась одним концом за свое положенное место, не внушала мне доверия.

Большая добротная кровать, с которой я смогла титаническими усилиями сползти, оказалась самой крепкой на первый взгляд мебелью в комнате. Единственное, что так называемая перина уже доживала свои дни и требовала срочной замены, но это не так уж и критично. Спина прострелом поясницы дала понять, что со мною в корне не согласна. Я, конечно, слышала, что на жестком спать полезно, но не думаю, что смогу. Подушки тоже сбились в непонятное нечто и требовали если не замены, то хотя бы элементарной чистки. Очень сильно сомневаюсь, что в этом мире уже существует химчистка, а потому это сложное дело придется взвалить на мои бедные худые ручки.

Еще в комнате жил стол-пират. Такой же безногий и побитый приключениями и жизнью. Вместо одной ножки стояло большое полено сильно разнящееся по высоте с остальными опорами. Стул у этого чуда инженерной мысли тоже не внушал доверия ибо его спинка сильно уходила влево. Рядом расположился большой добротный камин, за которым по моим скромным прикидкам не ухаживали лет двести. Зола полностью занимала всю топку, а копоть скрыла все украшения снаружи.

Больше в спальне не было ничего. Даже элементарных портьер. Что уж говорить о дамском столике или обустройстве зоны для чаепитий. Хотя судя по свежим царапинам на полу, мебель в спальне ранее присутствовала, но куда-то делась. То ли её продали, то ли сожгли, чтобы хоть немного согреться.

Мда. Неудачное у меня какое-то попаданчество. Но не стоит вешать нос раньше времени. За черной полосой ведь всегда следует белая, а судя по валящему за окном снегу её стоит ожидать в самое ближайшее время. Приободрившись и воодушевившись этой идеей, открыла дверь и тут же её закрыла. Ёкарный бабай! Это что за фигня?!

Снова приоткрыла дверь и высунула голову наружу. Холод тут же опалил лицо и мне на мгновение захотелось остаться в своей, как оказалось, теплой комнатой. И тот ребенок ушел в такую холодину?! Это нельзя так оставлять! Стуча зубами от холода и сопровождая каждый свой шаг скрипом деревянных половиц и громким воем метели за окном, я настойчиво топала по коридору с такими же разбитыми или разбухшими окнами.

Прикинув, что скорее всего ребенок ушел в направлении кухни, где по-идее должно быть тепло, решила заняться поисками именно там. Желудок радостно согласился громким пронзительным воем, которой должен быть всего лишь урчанием. Искать кухню в незнакомом огромном, на мой взгляд, поместье дело еще то. Поэтому мною было принято решение использовать старый добрый метод “тепло-холодно”. То есть если становится холоднее и на носу вот-вот образуются сосульки в этом направлении не идем.

В поместье расположенном, судя по увиденному мною через одно из более или менее целых и чистых окон, на глубоком севере, где ветра завывают монотонными песнями, а медведи, да-да они и здесь есть, соседствуют с соснами, располагается кухня. Неприметная дверь позабывшая, что такое краска и смазывание петель ведет в самое сердце этого дома. Ее деревянные полы, изрезанные следами лет, будто детские рисунки на бумаге, скрипят в ответ на каждый мой осторожный шаг, как старый бард, рассказывающий истории о великих приключениях, которые происходили здесь в древние времена. Вот бы ничего подо мной не обвалилось, а то будет совсем не до смеха!

Старенький камин украшен налетом времени и следами дыма да копоти. В его топке едва тлеет слабенький огонь всеми своими немногочисленными силами старающийся выстоять в неравной борьбе с холодным ветром. Все кастрюли и сковороды на полках выглядят, как собрание старых друзей, каждый со своей историей и своим вкладом в кулинарное искусство. Даже дрова, затесавшиеся в угол, кажутся умирающими ветками, рассказывающими о своих лесных приключениях.

Стол, повидавший на своем веку слишком многое, накрыт пестрой аляпистой скатертью, которая смотрится словно печать на грамоте за отвагу в борьбе с голодом. В углу, словно страж спящего королевства, старый холодильник сторожит свои секреты, но отдает теплом и ароматом любви к домашней кулинарии. Ничего себе! Не ожидала встретить в этом времени хоть и выглядящую старой, но работающую технику на подобие холодильника. Среди всего этого старинного безобразия внезапно появляется светловолосая головка моего сына.

Хоть каждый мой шаг и сопровождается скрипом половиц, но мальчик этого не замечает, увлеченный каким-то своим делом. Холодный ветер пробирает до костей и я смотрю в сторону его появления. Мощная деревянная дверь запасного входа открыта настежь, позволяя всем ветрам этого леденящего своими холодами места проникать внутрь итак слабо отапливаемого поместья.

–Ты что тут делаешь?– Первой заговариваю я, замечая, что руки ребенка дрожат.

Он вздрагивает от моего оклика и роняет на пол видавшую виды глиняную кружку. Та конечно же с громким треском разлетается на осколки. Я удивленно смотрю на все это действо, надеясь на то, что осколок не поцарапал мальчика. Однако стоит мне лишь наткнуться на его глаза и у меня мгновенно перехватывает горло, сдавливая от все же набежавших слез. В глазах напротив царят такие паника и страх, что мне самой становится страшно. Какую же жизнь он вел здесь до моего появления?

–Пр…Прости. Прости. Прости меня, матушка!– Выпалил он пытаясь присесть и начать собирать осколки.

Я перехватываю его руки и аккуратно увожу подальше от места крушения глиняной кружки, следя, чтобы ненароком не поранился. Усаживаю ребенка на стул и, присев перед ним на корточки, чтобы быть с его глазами в контакте, медленно поглаживаю по голове. Мальчик замирает и смотрит на меня невероятно растерянным и неверящим взглядом, но затем доверяется и даже слегка расслабляется.

–Ты в порядке?– Осторожно начинаю я снова, ощущая своими порядком замерзшими за время блужданий руками как холодны ручки ребенка.

Что он тут делал?! Взгляд скользит по полу. Мимо злополучной разбитой кружки. На деревянных досках тянется след из капель воды постепенно превращающихся в комочки снега. Таз и ведро дополняют картину. Неужели малыш тут занимался перетопкой снега в воду?

–Со мной все хорошо, матушка.– Застенчиво улыбаясь, тихо отвечает мне он.

–Знаешь, после болезни я все позабыла! Не мог бы ты мне сказать как тебя зовут?– Максимально мягко произношу я, стараясь не напугать мальчика.

Его глаза сначала испуганно расширяются, а затем, словно придя в своей головке к каким-то выводам, в них появляется надежда. Надежда на то, что теперь все будет по другому. Мне до боли в груди становится жаль малыша, который несмотря на присутствующую рядом мать был лишен нормального отношения с родителями. А отец? Где его отец? Прошлая владелица тела была не замужем? Однако прохладный металл загадочно поблескивающий на безымянном пальце говорил об обратном. Что же произошло между прошлой “мной” и отцом мальчика? Одни вопросы и никаких ответов!