Золотая тьма. Том 1 (СИ) - Осипов Игорь

Ламинара замерла, отложила смотанные нити на пол и двинулась к волшебнице.

Хлоя почувствовала, как тяжёлая тварь придавила её к стене. Двигаться было невозможно. И даже пикнуть не получалось, лишь сопеть, ибо сильные пальцы сжались на челюсти.

Женщину обуял ужас.

Неужели убьёт?

— Открой рот, — мелодично прошептала Ламинара, и Хлое ничего не оставалось, кроме как подчиниться. Она ожидала боли, но вырвавшийся из груди тусклый огонёк, похожий на крохотное пламя восковой свечи, не опалял и не причинял страданий.

Сжав этот клочок света в кулаке, Ламинара отпустила Хлою и отошла на пару шагов. Когда разжала пальцы, то огонёк так и остался лежать на ладони. А до слуха Хлои далёким эхом донеслось тихое: «Спасибо. Спасибо. Спасибо». И эхо принадлежало её же голосу.

— Сохраню — оно тёплое, — прошептала Ламинара.

Древнее существо осторожно сжало ладонь с огоньком и медленно убрало во мрак под покрывалом, словно прижимая к груди. А потом послышался протяжный вздох:

— Проверну ту же хитрость, что и с крысоловкой. Надо всё обставить так, что меня якобы пока не существует, и пустить по ложному следу. Твоя наставница хотела призвать демона. Если демона не будет, её покровители начнут задавать неудобные вопросы: что с наставницей, что с демоном, что с его целью. Кость была слишком дорогим артефактом, чтоб просто так про него забыть. А лишний интерес мне не нужен — я пока не в той силе, чтоб противостоять вашим магам. Посему ты напишешь послание, что демона призвали успешно. И чтобы всё выглядело правдоподобно, я вызову демона, но другого: поглупее, покровожаднее, послабее. И вот его мы с цепи и спустим.

Глава 14

О контактах

— Шон! Карету! — прокричала Николь-Астра, разбирая большой шкаф со свитками: — Не то. И это не то.

А секретарь тут же подскочил, цокая подковами на туфлях, к балкону и прямо с пятого этажа прокричал вниз:

— Карету её могуществу!

— Шон! И две стражницы в парадном!

— Почётный караул для её могущества! — едва оторвавшись от перил, снова вернулся и прокричал секретарь.

— Шон! Подай мне самое украшенное платье! Нет! Стой! Подай то чёрное, с ремешками! И казначейку ко мне! Живее!

Мужчина натужно улыбнулся, поклонился и кинулся к двери, стараясь опередить свои отражения в зеркалах на стенах. Гневить сейчас самую сильную ведьму в этой части света — смерти подобно. Тех смельчаков, что осмеливались встать на пути в подобной же ситуации, потом собирали с пола совочком в виде пепла.

Дверь бесшумно открылась, а в башне, бывшей центральной частью загородной резиденции совета гильдии, царила мёртвая тишина. Слуги попрятались по щелям и норам, как жучки-паучки. И лишь стража с алебардами, которая стояла у самого входа, вытянулась по струнке и боялась шелохнуться.

Разве что мальчонка посыльный сиротливо ёжился у стены.

— Казначейку к госпоже! — прокричал секретарь и махнул рукой, прогоняя юнца.

Тот сразу же сорвался с места, звеня серебряными колокольчиками гонца, подвешенными на подвязках у колен. Такого издалека слышно. И если не поторопится — то есть будет недостаточно часто звенеть, или, не приведи Небесная Пара, бубенцы вообще смолкнут, высекут так, что долго-долго сидеть не сможет.

— Шон! — послышалось за его спиной.

— Бегу, ваше могущество! — быстро развернулся секретарь и засеменил внутрь помещения.

— Платье! Перевязь! Шпагу! Новую рубаху!

Мужчина сразу же кинулся к гардеробу, распахнул двери и начал доставать вещи.

— Да что ты берёшь⁈ И ножны, и чехол для палочки, и футляр для волшебной книги должны быть из единого набора! Из крашеной кожи с сапфирами!

— Да, ваше могущество! Я уже! — взмолился Шон и, схватив в охапку, кинув прежнюю на ближайшее кресло — потом уберёт. А когда повернулся, увидел, что Николь-Астра стояла перед зеркалом нагишом и придирчиво разглядывала себя, не стесняясь слугу.

Старое платье и нижняя рубаха валялись прямо на полу.

И когда только успела расшнуровать всю шнуровку? Не иначе магией.

— Шон!

— Я здесь, ваше могущество.

— Помогай! Служанок не дождусь. Высечь их всех надо.

— Но вы ж сами их отослали… — начал секретарь, но запнулся, увидев недовольный взгляд волшебницы.

— Помогай, — проронила та и встала, задрав руки вверх.

Шон поджал губы и быстро ухватился за спинку ближайшего кресла, придвинул к себе, скинул обувь и залез на сидение. Он просто не доставал до верха, будучи на целый локоть ниже Николь-Астры. И даже сейчас пришлось встать на цыпочки, чтоб дотянуться до вытянутых рук и накинуть сверху рубаху.

За рубахой последовали платье. За ними — перевязь и пояс с чехлами и подвязным кошельком.

В этот момент со стороны двери раздался голос казначейки:

— Звали, ваше могущество?

— Принеси фамильные золотые наплечники и кулон с бриллиантом, — распорядилась Астра, глянув через отражение в зеркале на женщину с вощёной табличкой и стилусом в руках.

Та поклонилась и молча ушла, а через одну дюжую Каста внесла в помещение ларец. Поставив на стол, открыла и достала оттуда тонкие ажурные наплечники, похожие на резьбу по яичной скорлупе, лишь края были цельными. И в каждый был инкрустирован гранёный камень цвета малины.

Там же в шкатулке был и кулон на золотой цепи.

— Живее! — воскликнула волшебница, а когда всё было готово, схватила со стола небольшую волшебную книгу в нарочито потрёпанной обложке. Книги должны быть такими, словно их листают по сто раз на дню.

— Шон, ты тоже поедешь! Собери нужное! И поторопись! — воскликнула Николь-Астра.

— Да, ваше могущество, — поклонился секретарь, бегая глазами по полу в попытках предвосхитить желания госпожи.

Волшебница остановилась посередине и оглядела помещение — ничего ли не забыла, а затем быстро вышла и лёгкой, но торопливой походкой скользнула по лесенке на первый этаж.

Следом засеменил по ступеням и Шон с большой сумкой в руках — он всегда имел такую, собранную на случай, если госпоже потребуется срочная поездка.

А внизу, у крыльца, уже ждала карета.

Едва дверь с гербом захлопнулась, а на запятки, сунув алебарды в специальные петли, запрыгнули две солдатки, сверкающие начищенными до зеркального блеска кирасами, над мощёным двором, украшенным клумбами и фонтаном, ударил подобно грому бич возницы.

— Хэй! Рогатые! Дапри́за! Шевелись! — закричала женщина на козлах, и четвёрка белых бычков, задрав хвосты, торопливо потянула карету прочь от гильдейской башни, а по сути, резиденции Николь-Астры.

Пётр Алексеевич, который сидел за зелёным раскладным столом и перед собравшимися по его приказу подчинёнными, бросил взгляд на часы — до приезда ведьмы время ещё есть, должен успеть провести совещание.

В палатке, наспех поставленной в дальнем углу двора маркизиного домика для этого дела, было тесно. Яркий свет ламп освещал угрюмые лица, на которых читалось, что они не в восторге от идеи ехать куда-то, чтоб просто послушать поток мыслей начальства.

Ничего, перетерпят. Никто не обещал, что будет просто, тем более в ином мире. Пусть представляют, что выехали на полевой выход.

Помнится, первые прибывшие вообще жили в таких же вот палатках и грелись печками на солярке. Это сейчас у них комфортные дома, почти не отличающиеся от таковых в обычном военном городке на Земле.

И электростанция есть, и водопровод, и канализация.

— Что с отзывом групп? — подняв хмурый взгляд на ответственных лиц, спросил Пётр Алексеевич.

С места встали начальник штаба и одновременно с ним — старший научный сотрудник.

— Пятнадцать групп геологов, три группы биологов и шесть топографических возвращены. Этнографы разместились в наших представительствах в Коруне и Галлипосе. Одна группа геологов должна прибыть на базу послезавтра — им пришлось задержаться, вроде как угольные пласты нашли. Проверяют.

— Хорошо, — проронил генерал и перевёл взгляд на другого человека: — Доложите ход обустройства периметра.