— Прочь из Афин, — лаконично ответила Зена. — Пока до нас не добрался грубиян, которого ты отвадила от Арахны: чего доброго, арестует. Здесь вообще слишком много запретов, и каждый день выходят новые. Ну, живей! Не нравится мне этот город!
Габриэль оглянулась через плечо; на рынке кто-то возмущенно закричал: "Держите вора! Мой кошелек!"
— Идем, я полностью за!
Окончилось лето, жара спала, зеленые листья стали бурыми и осыпались с веток. После долгой зимы весна пришла в царство феаков. В роскошной колеснице, запряженной парой горячих коней, на морской берег явилась Навсикая. Она заметно подросла, стала красавицей. Верная Митрадия помогала ей править и описывала все, что открывалось ее взгляду. Полдюжины слуг и близкие подруги сопровождали царевну в отдельной повозке, доверху груженной одеждой и занавесями.
Навсикая хмуро думала о предстоящей стирке, но делать нечего, таковы уж традиции. После зимы во дворце наводили порядок. Царь считал, что его дочь должна заниматься хозяйством, ведь эти навыки полезны любой девушке. Впрочем, большая стирка для царевны — скорее обычай, чем работа. Ласковый весенний день, нежный воздух, просторный луг на берегу, веселые подруги… Митрадия предупредила, что перед ними пролив, и Навеивая натянула поводья. Девушка знала: море в четырех шагах впереди, где звонко плескалась вода. Она взмахнула рукой, приказав служанкам отнести одежду на берег и отогнать повозку. Ей и подругам будет гораздо веселей, если скучные взрослые не станут следить за каждым шагом.
День прошел замечательно; пережитый в прошлом году ужас стал забываться. Чужие грубые руки, резкие голоса у самого уха, каменистые тропы — все это исчезло под мягкими лучами весеннего солнца. "Что вспоминать? Это лишь мгновение в прошлом". Так сказала Габриэль, так считала и сама Навсикая. Девушка-поэт учила ее жить настоящим, радоваться, действовать и не оплакивать прошлое, а извлекать из него урок.
Слух царевны встревожил дружный визг подружек.
— Митрадия? Что случилось? — спросила она, ибо только у Мит голова работала так же хорошо, как у самой Навсикаи.
— Ах! — выдохнула подруга, и голос у нее был просто ошеломленным.
— Скажи наконец!
— Он… он голый! И это… кажется… — Митрадия боролась с собой.
— Что ж, — решила Навсикая, — это объясняет визг. Только кто он?
Недалеко от царевны раздался всплеск, Навсикая глубоко вздохнула в волнении и шагнула вперед. Теплая соленая волна коснулась ее ног и отхлынула. Еще шаг… Как будто боги вели ее.
— Добро пожаловать, господин, говорит тебе единственное дитя царя Алкиноя и его законная наследница. Ты на земле феаков, и, что бы ни пришлось тебе вынести в прошлом, отныне страдания кончены. Мое имя Навсикая.
— Навсикая, — прошептал охрипший голос. — Всем сердцем благодарен, госпожа, за приют и гостеприимство, предложенные тобой; я нуждаюсь в них, ибо потерпел крушение. Я друг твоего отца. Меня зовут Одиссей.
Зена, поклонница завоеваний и разрушений, теперь встает на сторону добра. Хотя жестокое прошлое преследует ее повсюду, она отважно сражается с чудовищами, богами и людьми, противостоит силам зла, защищая обиженных и слабых.
