Оглянись в темноте 3 (СИ) - Рымжанов Тимур

Как только спешились, почти мгновенно попали в объятья Наи, которая позабыв все правила приличия просто повисла у меня на шее. Какая же она все-таки становится взрослая и невероятно красивая. Совсем не удивительно что Корт ухлестывает за ней наплевав на общее мнение.

— Вы надолго? Я вам так много хочу рассказать и показать!

— Пока неизвестно, буду нужен — вызовут. А пока займемся нашими делами. А как тут у вас?

— Пытаемся успеть все что запланировали. Дни так быстро проскакивают что я их просто не замечаю, — восторженно вещает Ная, а у самой искорки в глазах пляшут.

Похоже на то что у нее роман с младшим принцем. Но я очень хорошо знаю сестренку, пока не закончит академию, она своих планов менять не станет. За те годы что мы провели вместе, она очень многому от меня нахваталась, да и у самой характер просто кремень.

После ужина девчонки уединились посплетничать, и мы с Кортом не стали от них отставать, нам тоже было что рассказать друг другу.

— Я так понимаю началась компания по зачистке севера? — предположил Корт, размазывая испарину от холодного вина на серебряном кубке большим пальцем.

— Да, началась. Граф Дервей получил особые полномочия от императора и возглавил компанию. Пришлось ускориться и начать раньше задуманного. В распоряжении некоторых промышленников севера оказались древние артефакты.

— И где, интересно знать, они их добыли?

— Мы уже с тобой обсуждали этот вопрос, Корт, промышленники, финансисты, олигархи, ничем не брезгуют в стремлении получить выгоду и власть. У одного из промышленников, как мне доложили есть караванный путь через Тунайские горы.

— Вот даже как, — удивился Корт. — Странно это слышать. Общепринято считать, что Тунайские горы непроходимы. Чтобы попасть в земли Триат и Хавор, придется огибать весь континент.

— Насколько мне известно, от реки Нильм, до восточного побережья всего две тысячи километров.

— Ну, если провести прямую линию, то да, всего две тысячи, но так не бывает. Там по прямой линии не пройти. На севере Азерийских земель расположена безводная, каменистая пустыня, тянущаяся до подножий Атарских гор. Они совсем не высокие, но именно эти горы создают преграду водным потокам что спускаются с Тунайских вершин и направляют водные потоки на восток, вдоль хребта, до самого Темноводного океана.

— Безводная пустыня? Как интересно.

— Формально это Азерийские земли, но фактически, на них никто не претендует.

— Хочешь сказать, если империя объявит эту территорию своей собственностью и начнет осваивать, азерийцы не станут противиться?

— Вот этого я с полной уверенностью сказать не могу, — отвечает, Корт, допивая вино из кубка. — Это уже вопрос политики. Да, земли пустынные, даже мертвые, но все же часть владений, и отдавать их просто так, конечно же никто не станет. Империи эти земли тоже не нужны.

— Ненужных земель не бывает, Корт. Если там есть только камни, это уже сам по себе ценный ресурс. А если камни разные, одни содержать руды металлов, другие полезные минералы и соли, так и вовсе богатый край, если подойти к вопросу системно. Я планирую в ближайшее время начать один небольшой проект. Если останешься, сможешь все сам увидеть. Как раз сегодня рассказывал о нем супруге. Водонапорная башня. Такие башни как раз очень актуальны для засушливых, пустынных регионов. Я верю, что развитие технологий может в значительной степени изменить облик даже самой мертвой пустыни.

— Зная тебя, Ард, охотно верю. Но тут и вполне богатый край севера империи находится в упадке, что начали применять такие жесткие меры, а ты говоришь о пустыне.

— Север не в упадке, Корт. Север невероятно богат, плодороден и полон ресурсов. Всему виной бездарное управление. Не удивлюсь если герцогский трон в связи с этими репрессиями и арестами, освободится. Не хочешь его занять?

— Я не стану переходить дорогу братьям, Ард, это небезопасно, да и бессмысленно. Меня совсем не прельщает власть, вопросы управления, политическая возня. Я бы с удовольствие отправился с тобой изучать ту самую пустыню, отправился бы в дальнее путешествие куда-нибудь на север, на другой континент. Я хочу быть подальше от столицы, от дворца.

— Так, а что тебя останавливает? Боишься оттолкнуть лодку от причала? Ты волен организовать экспедицию, войти в состав посольской миссии. Братья будут только рады если ты умотаешь в дальние края.

— Ага, — ухмыляется Корт. — В надежде на то что я оттуда не вернусь. Я до сих пор жив, только потому что смог доказать полное безразличие к власти. Я знал, что меня попытаются убрать если не братья, так придворные. Потому и увлекался чем угодно, искусством, музыкой, литературой, но не совал нос в дела государства, хоть отец и настаивает, чтобы я присутствовал на разных совещаниях и заседаниях.

— Не это тебя спасает от травли и попыток покушений. Тебя спасет твоя собственная самоизоляция, которую ты неосмотрительно посмел нарушить. Это заметил твой отец, это же заметят твои братья. И в какой-то момент до них дойдет, что мы довольно хорошо нашли общий язык. Именно это понимание нарисует на твоем лбу мишень. Возможно твоя дружба с кем-либо еще, может и не вызвала бы таких опасений, но ты подружился со мной, выскочкой, который оттоптал больные мозоли уже очень многим, и продолжаю это делать.

— Признаться, Ард, я не рассматривал вопрос в таком свете, — отвечает Корт после долгого раздумья. — Тут в пору задаться вопросом, кто из нас слепой. В этом свете я уже не рассматриваю какую-нибудь дальнюю экспедицию как блажь или прихоть. Вот ведь проклятие! Ты прав Ардум. Я потянулся к тебе заинтересованный твоей неординарностью, но со стороны это действительно можно расценить как поиск сильного союзника.

— В целях пресечения возможных кривотолков мы вполне можем разыграть спектакль, где насмерть поссоримся, или даже подеремся на дуэли.

— Очень хочу надеяться, что до таких радикальных спектаклей дело не дойдет. Я подумаю над тем как снизить уровень тревоги у братьев и их сторонников.

Запах добычи

Середина лета, самое активное время как для провинции, так и для столицы. Север империи гудит как растревоженный улей. Десятки арестов, мелкие стычки с дружинами аристократов и наемными отрядами промышленников, которые очень быстро поняли, что на них открыли сезон охоты. И опять же, первым забил тревогу тот самый глава клана Латур, обнаруживший пропажу древних артефактов в своем хранилище. Во все владения дворян начиная от рыцаря, и заканчивая герцогами направились отряды следователей и финансовых аудиторов. Прибыли они и ко мне. Вежливые, но настойчивые, требовательные к соблюдению закона, с поддержкой отряда гвардейцев. Оста и Тейз полностью взяли работу с аудиторами на себя, ведь именно они вели белую бухгалтерию, и других финансовых документов и отчетов в их распоряжении не было. На счет проверок я не беспокоился, даже если и найдутся какие-то мелкие нарушения, их всегда можно списать на счет элементарных ошибок, или транспортных потерь. Даже сами финансовые инспектора вполне допускают определенные границы ошибок, описок и прочих мелочей на которые не обращают внимания, и как нарушение не фиксируют. Но Оста привыкла вести дела дотошно, еще со времен гильдии в Саяре. Так что в ее документах все было просто идеально.

О событиях в столице, а конкретно в императорском дворце и крепости Верон, я узнавал, ныряя сквозь тени, подслушивая и подглядывая за происходящими событиями.

Лишь раз пришлось основательно подготовиться и провернуть короткую операцию прикрытия. Та команда парней, во главе с Пергом, от охранной артели Сирда, что направились по просьбе леди Мары в Явал, уже давно достигли точки и ждали дальнейших распоряжений. Хорошие, исполнительные ребята, четко выполняли все данные им инструкции.

Я подготовил несколько ящиков, количество которых соответствовало количеству украденных мной артефактов, но заполнил их камнями на каждый из которых наклеил бирку с порядковым номером. Камней было немного, и все они по возможности были разных пород или с разными вкраплениями. Ящики сквозь тени перенес на ту самую заброшенную мельницу, что стояла над шахтой-подкопом под герцогский дворец. Для парней написал подробную инструкцию и последовательность действий, запечатал в конверт и приняв образ Тени просто положил на тумбочку в номере гостиницы где жили парни.