Дочь Бога дождя - Суманова Энже

– Я сбежала из дома… – выпалила я.

Его губы приподнялись в едва заметной улыбке.

– Ты точно как твоя мать! Такая же своенравная.

Мои брови недоверчиво нахмурились.

– Ты уверен, что говоришь о моей маме? Она полная противоположность твоему описанию. Её жизнь подчинена строгим правилам, контролю и порядку. Она не своенравна…

Мама… своенравная?

Звучало абсурдно. Мне было сложно представить её непокорной. Все мои воспоминания о ней связаны с жёсткими правилами: расписанным распорядком дня до минуты и неусыпным надзором.

Стоило мне сделать шаг в сторону, попробовать что-то новое, выразить своё мнение, как она тут же затыкала мне рот. «Принцессы так себя не ведут!» – повторяла она, как заклинание.

– Когда-то давно Неллая была бунтаркой, – с грустью взглянул дядя на меня.

– Расскажи мне о ней, – попросила я, ощущая, как внутри меня просыпается любопытство.

Образ моей матери, представленный им, сильно отличался от того, который был мне знаком.

Он удобно устроился на стуле, расслабленно откинувшись назад, и устало провёл пальцами по переносице.

– Неллая жила сегодняшним днём, постоянно искала приключения и терпеть не могла никаких ограничений, – он слегка улыбнулся, словно погрузился в воспоминания о тех моментах. – С ней никогда не было скучно. Она всегда стремилась быть первой во всём. Если что-то не получалось, не сдавалась и работала до полного изнеможения, пока не достигала своей цели. А ещё она никогда меня не слушала… Всё делала по-своему.

Я слушала его, не дыша. Это была совершенно другая женщина, не та, которую я знала.

Попыталась представить её.

Молодая, беззаботная, смеющаяся перед лицом опасности, и женщина, которую я знала – величественная, сдержанная, сосредоточенная на государственных делах. Две совершенно разные личности, объединённые одним именем.

Неужели жизнь способна так сильно изменить человека?

– Интересно, что же её заставило так преобразиться? – задумчиво прошептала себе под нос.

Мама никогда не любила говорить о своей жизни до встречи с отцом. Стоило мне лишь попытаться узнать что-то о её прошлом, как она тут же меняла тему. Наверное, ей было больно вспоминать те времена. Особенно, если речь заходила о дяде Рейве, который предал её.

– Причина одна – любовь, – в его интонации послышалась печаль. – Она резко изменилась, когда переехала к твоему отцу: стала ответственной и серьёзной. Она пожертвовала своей свободой ради благополучия своих детей, мужа и королевства.

– Мне всегда казалось, что любовь – это состояние свободы, а не ограничения. Но для моей матери, по всей видимости, это обернулось тяжким бременем.

– В некотором смысле да, но она действительно любит Демиана, и вас с сёстрами. Однако эта любовь потребовала от неё жертв. Она добровольно отказалась от части себя, от своего бунтарского духа, чтобы стать королевой, матерью и женой. От королевы ожидают ответственности, а не непокорности.

Я всегда воспринимала мать как уставшую женщину, обременённую заботами о государстве и семье. Никогда не задумывалась, кем она была до того, как всё это началось, чем пожертвовала.

Внезапно мне отчаянно захотелось узнать её прежнюю, до замужества, понять, что ею двигало, о чём она мечтала и от чего отказалась ради нас. Я твёрдо решила, что это необходимо выяснить. Возможно, тогда смогу простить её за строгость и жестокость ко мне…

– Только вот она не королева, а наложница, – поправила я.

Мама не происходила из знатного рода, не имела социального статуса и богатства. Она появилась в замке как наложница с единственной целью – убить деда.

Талия, первая жена отца, заняла трон после смерти дедушки, которого, как выяснилось, убил мой отец. Она была родом из благородной, хотя и небогатой семьи. Несмотря на это, подданные признали её правящей королевой.

Талия воспитывалась в строгих условиях и неукоснительно следовала установленным правилам своего народа. Люди и вампиры никогда бы не приняли мою мать. В нашем обществе первостепенное значение имело невинность и происхождение. Даже если бы её возвели в ранг королевы, над моим отцом бы насмехались, зная о её прошлых связях с мужчинами. Его перестали бы уважать и бояться.

Рейв глубоко вздохнул, его взгляд помрачнел.

– Она никогда не стремилась к власти. Пусть и не королева, но она достойна этого звания, как никто другой. Именно благодаря ей в Драумеле воцарились мир и спокойствие.

Мама пытается превратить меня в королеву против моей воли. Разве она не понимает меня? Ведь она сама прошла через нечто подобное.

– В этом есть и твоя заслуга.

– Давай не будем об этом, – он вымученно улыбнулся. – Расскажи лучше, почему ты сбежала? Ты устала от контроля родителей или что-то другое? – Рейв наполнил мой кубок вином, затем свой.

Я посмотрела на мерцающее пламя свечи.

– Родители хотят, чтобы я стала вампиром. Они говорят, что это мой долг как главной претендентки на трон. Но я не хочу превращаться в существо, одержимое кровью.

Рейв задумчиво почесал подбородок.

– Ты знаешь, почему я стал врагом твоей матери?

Я сглотнула.

– Ты убил мою бабушку… и солгал маме, что это сделал дедушка…

Его лицо омрачилось, и я заметила в его тёмных глазах искру сожаления.

– И всё же ты хочешь, чтобы я тебе помог? – он поднял густую чёрную бровь, удивлённый моим поступком.

– Мне больше не к кому обратиться, – тихо призналась я. – Мама меня не слушает, а отец всегда поддерживает её решения. А Гайлс её обожает… Он сразу же выдаст меня ей…

Мужчина грузно вздохнул, осознавая всю тяжесть моего положения.

– Прости, но я не могу пойти против твоих родителей. Их сила многократно превосходит мою. Даже если бы я захотел вмешаться, это не привело бы ни к чему хорошему…

Разочарование обрушилось на меня, как ледяная волна. Я понимала, что просить помощи у вампира, убившего мою бабушку, было безумием. Но в отчаянии хватаешься за любую возможность, как утопающий за соломинку.

Внутри меня теплилась последняя надежда: вдруг его решение изменится. Поэтому решила идти до конца.

– Я знаю, что ты выпил кровь моей матери… Это даёт тебе контроль над её волей и желаниями. Одно твоё слово – и она навсегда забудет о своём намерении сделать меня вампиром…

Он медленно вращал бокал, наблюдая, как вино струится по стенкам, и молчал, погружённый в размышления.

– Боюсь, это невозможно. Мы сражались не для того, чтобы трон занял посторонний человек… – наконец произнёс он, и моя надежда угасла, как тлеющий уголёк. – Прошу тебя, постарайся понять. У нас с твоей матерью и так хватает проблем, и я не хочу усугублять ситуацию…

Я опустила голову, чувствуя, как к глазам подступают слёзы. Комната, и без того полумрачная, словно погрузилась ещё глубже в темноту. Каждый вдох давался с трудом, а горечь внутри растекалась, словно яд, проникая в каждую клеточку моего тела.

Всё кончено. Я оказалась в безвыходном положении. Мне не избежать судьбы вампира, но попытаться стоило.

«Неужели никто не может мне помочь?» – эта мысль пронзила мой разум, как ледяной осколок, вызвав приступ паники.

Я молилась всем богам, которых знала, чтобы он изменил своё решение.

Собрав всю волю в кулак, подняла глаза.

– Прости, что отняла у тебя время, – еле проговорила я, горло сдавило спазмом. – Пожалуйста, позволь нам провести ночь здесь, чтобы наши лошади могли отдохнуть перед долгой дорогой…

Он нервно провёл рукой по волосам, его плечи напряглись.

– Проклятье, – выругался Рейв, резко поставив кубок на стол. Несколько капель красной жидкости выплеснулись на скатерть, оставив причудливый узор. – Хорошо, я помогу тебе. Было бы жестоко отказать тебе в помощи.

Моё сердце бешено заколотилось, словно в груди ударил молот, разнося по венам обжигающий поток адреналина. Неужели он и правда, согласился? Ещё мгновение назад я ощущала себя раздавленной, сломленной, полностью беспомощной, а теперь… Надежда вновь вспыхнула в душе, словно утреннее солнце, разгоняя тьму отчаяния, которая окутывала меня.