Цена пророчества - Карелина Анна

– Особенно у Мила, – встрял вездесущий Бирш. – Его вообще дома ждут не дождутся, ковровые дорожки стелют. Только он, дурак, не хочет.

– Вас в Эсмаре ждут? – Я попыталась снова обернуться к своему недожениху. Парень поморщился, словно от зубной боли. Его рука на моей талии напряглась.

– Да, – бросил он сквозь губу так холодно, что я поёжилась.

– Его и в Фарре 14 ждут, но Мил на письма княгине не отвечает, гордый!

– Биршен, заткнись! – рявкнул Милош. В голосе его прорезался звериный рык, от которого у меня мурашки по коже побежали.

Он резко ударил пятками бока коня. Жеребец прянул ушами и рванул вперёд, обгоняя Тиса и Андреаса. От неожиданности я завалилась спиной прямо на грудь Милоша, но он и бровью не повёл, только крепче перехватил меня, продолжая гнать коня галопом. Мы вырвались в голову отряда. Ветер свистел в ушах, выбивая слёзы, но никто больше не проронил ни слова.

Милош был зол, и эта злость ощущалась физически, как натянутая струна. Вскоре лес поредел, и мы выехали на возвышенность. Из долины, закрытой грядой холмов, поднимались столбы дыма. Не пожарища, а уютного, домашнего дыма из множества труб.

– Деревни, – выдохнула я, утирая лицо от снежной пыли.

– Обжитые места, – буркнул Милош, уже успокоившись. Он перевёл коня на шаг. – Здесь безопасно. Дальше от границы, под защитой гарнизона.

Перед последним рывком мы заехали передохнуть в придорожную корчму. Лошади ели сено в тёплом стойле, а мы довольствовались простой крестьянской похлёбкой.

Я сидела за длинным столом между Зорейном и молчаливым Тисом, стараясь не смотреть на Милоша. Тот устроился напротив, хмуро ковырял ложкой в миске и выглядел так, словно съел квашеную репу целиком.

– Чего он взъелся-то? – шёпотом спросила я у Тиса. Рыжий вздрогнул, покосился на друга и также тихо ответил:

– Не любит про дом вспоминать. Сложно там всё. Отец давит.

– Понятно, – кивнула я, макая хлеб в бульон.

До крепости оставалось всего ничего. Когда мы снова оседлали коней и я, к своему удивлению, без сопротивления позволила Милошу подсадить себя, настроение в отряде было приподнятым.

– Ну что, Веслана, готова увидеть город? – спросил Зорейн.

– Готова, – выдохнула я.

– Только учти, столица сильно отличается от того, что ты помнишь. Людей тьма, карет много, и уже появляются самобеглые, магические фонари… Голова кругом пойдёт.

– Ничего, – усмехнулся Бирш. – Если прижмёт, то говори, что ты невеста Милоша Блана, и тебя любой патруль с почестями до академии проводит.

Милош лишь устало вздохнул, но спорить не стал.

Глава 4. Веслана

Небольшой замок, где располагался гарнизон, выплыл из тумана неожиданно тихо. Мы проехали по откидному мосту в распахнутые ворота, окованные железом, но суеты не было: дозорные лениво кивнули, служба шла своим размеренным чередом. Только караул у ворот скупо поприветствовал командира или кто там Зорейн по званию, стукнув древками копий о камень.

Я в чинах не разбиралась, поэтому, обернувшись к Милошу, тихонько уточнила:

– А Зорейн – глава гарнизона?

– Комендант? Нет, он его заместитель. Дорн тут главный.

Остановились посреди мощёного двора.

– Приехали, – сказал Милош, спрыгивая на землю.

Он протянул руки, и я, опершись о его плечи, спустилась. Ноги чуть подогнулись после долгой езды, и на щепу я прижалась к груди. Уже хотела продолжить расспросы, но вдруг воздух вокруг сгустился, стал вязким и холодным, как речная тина.

Я замерла, открыв рот, и вместо вопроса из моих губ вырвался только сдавленный хрип. Навстречу нам, по ступеням главной башни, спускался труп.

Настоящий мертвец. Лицо серо-зелёное, землистое, кое-где кожа уже ссохлась пергаментом. Глаза выпучены, как у рыбы, выброшенной на берег, а половина черепа просто стёсана, словно топором снесли! Вместо макушки было липкое и тёмное месиво. Я видела, как по воротнику его мундира ползает жирный чёрный жук.

– Веслана? Лана? Что с тобой? – голос Милоша доносился глухо, словно я снова ушла под воду, а он кричал мне с далёкого берега.

Я попятилась, врезаясь спиной в тёплый бок лошади. Труп приближался, растягивая синие губы в подобие улыбки.

– Веслана!

Милош с силой рванул меня за плечи, разворачивая к себе. Я невидящим взглядом уставилась на его лицо, ища спасения. Голубые глаза, прозрачные, как льдинки в оттепель. Живые. Я смотрела на губы, которые беззвучно шевелились, выговаривая моё имя, и цеплялась за реальность.

– Лана! Дыши!

Звуки – звон металла, ржание коней, говор людей – внезапно обрушились лавиной. Мир качнулся, и я начала оседать на землю. Парень подхватил меня под мышки, не давая упасть, прижал к себе. Его сердце билось ровно и сильно.

– И это найденная пифия? – за спиной раздался скрипучий, но властный голос.

Я вздрогнула.

– Да, её зовут Веслана, комендант Дорн, – спокойно, по-уставному ответил Зорейн. – Примерно триста зим назад пропала, а то и больше. Водная стихия вернула.

– Давненько. Сложно будет девке устроиться. Можешь оставить её у нас, найдём занятие по силам. Гарнизону женские руки нужны.

– Не положено, – твёрдо, хотя и вполголоса возразил Зорейн. – Приказ короля: всех найденных в город, в магистрат.

– Приказы… – протянул голос.

Я вцепилась в плащ Милоша так сильно, что пальцы свело судорогой. Даже не знаю, чего я боялась больше: говорящего покойника или того, что этот мертвец строит на меня планы.

– Веслана, ты как? – шепнул Милош, и я увидела в его глазах настоящий испуг. Он чувствовал мою дрожь. Я судорожно кивнула и, оттолкнувшись от его рук, заставила себя обернуться.

Покойники не разговаривают. Раз никто вокруг не бежит в ужасе, сверкая пятками, значит, это происходит только в моей голове. Дар. Будь он неладен. Я и раньше видела: кому болезнь долгую или смерть скорую, а кого и от беды отвести могла. Но так явно – впервые.

Передо мной стоял обычный, крепкий мужчина лет пятидесяти. Лицо красное, обветренное, макушка целая, волосы седые, коротко стриженные. Никаких жуков. Но воздух вокруг него был гнилостный.

– Немая, что ли? – удивился комендант Дорн, буравя меня маленькими глазками.

– Извините, – прошептала я, опуская глаза вниз, на брусчатку. – Добрый день.

Я кожей чувствовала его липкий, оценивающий взгляд. Он осматривал меня как лошадь на ярмарке – зубы, стать, выносливость.

– Ладная девица. То, что застенчивая, – даже хорошо: кроткие дольше живут. Бледновата только, но это поправимо. Покормим, отогреем, напоим.

Слова вроде обычные, но под ними я чуяла такую черноту, что тошнота подкатывала к горлу.

– Её же надо отправить в столицу, – с сомнением напомнил Зорейн, делая шаг вперёд, словно закрывая меня собой.

– Успеется. Куда торопиться? Вон, в баню отведите пока. А то, небось, триста зим не мылась, – расхохотался он собственной шутке, и этот смех отозвался в моей голове хрустом костей. – А потом на ужин ко мне в покои приведите. Не в общей же столовой ей с мужлом толкаться. Честь окажу.

Комендант развернулся и, шаркая сапогами, пошёл к главной башне. За его спиной как тень скользнул тощий мужчина в длинном балахоне – я его даже не заметила сразу. Маг? Или палач? Зорейн проводил их тяжёлым взглядом, сплюнул под ноги и жестом подозвал к нам остальных студентов. Лицо его потемнело.

– Не нравится мне это. Ох, не нравится. Приказ был чёткий: сразу в портал. Без бань, обедов и чести. Мы и так задержались из-за ночёвки.

Я поёжилась, вспоминая жуткий вой ночных тварей. Смерть ходит за нами по пятам.

– Так, может, и отправим сейчас? Сами? – нахмурившись, спросил Милош.

– Не выйдет. Артефакт 15 перехода у Дорна. Ближайший стационарный портал в двух днях пути. Если не отправит сегодня, то я вам приказываю: завтра ранним утром, до рассвета, берёте Веслану, седлаете коней и мчитесь своим ходом. Жаль, почтовая шкатулка тоже у коменданта, весточку не послать, а ваши радужники 16 здесь гаснут.