Избранное (СИ) - Измайлова Кира Алиевна

Так, размышлять я буду потом, а сейчас к делу: левой рукой выдать убойной силы «стопор», без этого никуда, Марина сильна, причем она бьет на поражение, а мне ее калечить не с руки. Поверх «стопора» накинуть «сетку», да помощнее, а в довершение прикрыть хорошим таким "псевдо сном". Теперь Марина была надежно стреножена, а вдобавок слегка оглоушена. Я на всякий случай грохнула еще «квадро-стенку», пробить такую в Маринином состоянии не выйдет, поверху она не выберется, если только под землей прокопается, и то если сумеет скинуть все прочие мои заклинания, а это вряд ли.

Я с удивлением обнаружила, что даже не запыхалась. Так… Похоже, до Марины все-таки дошел последний слух, она обнаружила, что с Градовой ошибочка вышла, и, наверно, решила исправить ситуацию. Это же совсем свихнуться надо… Но меня-то она как выследила? Наверно, с помощью все той же Жени Астаховой, впрочем, это уже неважно…

Я устало помотала головой. Надо, наверно, милицию вызвать, пусть они сами с ней разбираются. До главного корпуса ближе, чем до общаги, надо дойти и позвонить с поста охраны.

Снова помотав головой — уши слегка заложило от действия собственного же разряда, могу представить, как Марину контузило, — я направилась обратно. В ушах по-прежнему звенело, темень была — хоть глаз выколи, поэтому, влетев с разбегу во что-то твердое, я изрядно перетрусила.

— Наина!.. — Кто-то схватил меня в охапку. — Цела?!

— Поставь меня на землю, пожалуйста, — попросила я чуточку заторможенно. — А то ты мне ребра переломаешь, и тогда я точно буду не цела…

— Ты… — выдохнули из темноты. — С твоими… расследованиями! Чтобы не смела больше, понятно я выражаюсь?!

— Понятно, понятно, только не надо мной командовать, ладно? — миролюбиво заметила я. — А быстро ты бегаешь… Сквозь стены, что ли?

Из темноты донеслось шипение, но внятных комментариев не последовало.

— Милицию надо вызвать, — сказала я. — Отпусти меня уже, больно ведь…

Милицию, как выяснилось, уже вызвал охранник, заметивший творящееся на футбольном поле светопреставление, оставалось только дождаться их приезда.

У себя в кабинете Игорь, не тратя лишних слов, вынул из шкафа пузатую бутылку и пару стаканов. Я молча сидела на диванчике и наблюдала, как он пытается эту бутылку откупорить. Наконец, это ему удалось.

У Игоря отчетливо тряслись руки: горлышко бутылки отчаянно звякало о край бокала, — никогда с ним такого не бывало на моей памяти. И уж тем более я ни разу не видела, чтобы он так пил коньяк — залпом, в один глоток.

— Держи… — Он сунул мне в руки второй бокал, налил себе еще и в две затяжки прикончил сигарету. Лицо у него было какое-то… перевернутое.

— Игорь, ты чего? — спросила я недоуменно. Я даже не успела испугаться, да и нечего было особенно пугаться, если честно.

— Ничего. — Он присел на диванчик и оказался в опасной близости от меня. — Ничего…

Да… это уже почти традиция — в стрессовых ситуациях пить с Давлетьяровым коньяк…

Я не успела понять, кто первый протянул руку, просто вдруг оказалось, что мы сидим в обнимку, и Игорь так прижимает меня к себе, что даже захоти я отодвинуться — ничего не выйдет, руки у него сильные. Только мне совсем не хотелось отстраняться. Запах табачного дыма и дорогого одеколона был до такой степени знакомым, что у меня невесть с чего навернулись слезы на глаза.

— Наина… — тихо сказал Игорь.

— А? — отозвалась я. — Что?..

— Нет, ничего…

— Говори уже, — потребовала я. Господи, да о чем я, ничего он не скажет, потому что не станет переступать через себя…

— У тебя со вкусом как?

— Что-о? — опешила я.

— Со вкусом у тебя как? — повторил Игорь терпеливо. — С художественным.

— Так себе, — честно призналась я. — Скорее даже плохо. А что?

— Жаль, — вполне искренне сказал Игорь. — Я же говорю — у меня в квартире голые стены…

— А… — Я не нашлась, что ответить. Подумала немного. Да… видимо, мне на роду написано набить множество шишек на лбу об одни и те же грабли. А в конце концов, голова моя, что хочу, то и ворочу! — Ну… я думаю, если попробовать вместе, может, что-нибудь путное и получится… Ты как считаешь?

— Согласен, — серьезно ответил Игорь.

— Только обещай не курить в комнате, — потребовала я.

— А ты обещай не надевать больше таких коротких юбок, — не остался в долгу Игорь.

— Почему это? — поинтересовалась я. — Тебе не нравятся мои ноги?

— Мне не нравится, когда на твои ноги пялятся посторонние, — последовал ответ.

— Погоди… — Я отстранилась, чтобы заглянуть Игорю в лицо. — Ты что… ревнуешь, что ли?!

Игорь не ответил, только плотнее сжал губы, и по лицу его было ясно видно, что больше он ничего не скажет. Мне стало смешно. Ну ничего себе, это до чего же надо было довести Игоря, чтобы получить такое признание!

— Ну ладно, — сказала я — Короткие не буду. Буду носить длинные. — Дождалась, пока Игорь довольно улыбнется, и мстительно добавила: — С разрезом…

Внизу, на улице, завыли сирены. Сейчас придется объясняться с милиционерами, снимать с Марины свои заклинания… а может, лучше и не снимать, потому что иначе она может натворить дел!..

"Ну их всех к черту… — подумала я. — Пусть сами разбираются!"

— И как, ты полагаешь, милиционеры должны будут разобраться с твоей "стенкой"? — поинтересовался Игорь, и я поняла, что снова думала вслух.

— Да, наверно, придется все-таки помочь, — вздохнула я…

…Объяснение с милиционерами Игорь хотел взять на себя, но я не согласилась. В конце концов, нападали на меня, и разгадку нашла тоже я, а если он считает, что я не смогу внятно и связно изложить историю событий, то пусть послушает и удостоверится, что ему тоже случается ошибаться. Игорь, разумеется, выказал сомнение в моих ораторских способностях, но заявил, что если мне так хочется, то пусть я сама общаюсь, с кем хочу, он послушает, а потом поделится впечатлениями… Словом, почти как обычно. (Если честно, насчет "связно изложить" я немного погорячилась, приходилось то забегать вперед, то возвращаться назад, но, главное, основную идею замученные оперативники уловили.)

Но так, наверно, и должно быть: здесь я немного уступлю, тут он слегка поддастся… По принципиальным вопросам, конечно, дело может дойти до скандала, но если вместе подумать, то ведь можно найти какой-то компромисс?

"Да, Чернова, — сказала я себе. — Похоже, это будет посложнее, чем диссертацию писать! С другой стороны, никто и не говорил, что будет легко!.."

…Я сдала пальто в гардероб и подошла к большому зеркалу, чтобы поправить прическу. Заодно окинула себя взглядом: длинная юбка с провокационным разрезом (заметным, по счастью, только при ходьбе) выглядела очень недурно. Видимо, отражению я тоже понравилась, потому что оно весело мне подмигнуло.

Лифт, как водится, не работал (похоже, по вторникам и пятницам у него выходной), пришлось идти на шестой этаж пешком, но к этому я давно привыкла. Проходя длинным коридором, я привычно здоровалась со встречными: сегодня как раз имело место быть заседание кафедры, так что народу было предостаточно.

Я раскланялась с дряхлой Лолитой Станиславовной, Бог весть каким образом забравшейся при неработающем лифте на шестой этаж (может, на своей клюке взлетела? Я бы не удивилась!). У самых дверей кафедры я столкнулась еще с несколькими нашими сотрудниками. Получилось небольшое столпотворение, а тем временем подтянулся еще один опаздывающий.

— Доброе утро, — поздоровался он сразу со всеми присутствующими и обернулся ко мне. — Наина, ты снова забыла телефон. Попробуй пристегивать его к себе наручниками, вдруг поможет? Держи.

— Непременно так и поступлю, Игорь, — вздохнула я и взяла мобильник. Увидела вытянувшиеся физиономии коллег, ехидно улыбнулась и добавила: — Как только ты ключ от них найдешь, уже неделю ведь грозишься…

Кира Измайлова

Невидимые знамена

1. Письмо из ниоткуда

Школьный коридор в разгар большой перемены – место крайне шумное и порой опасное. Даже учителя без особой нужды не высовываются из своих кабинетов или учительской, а те, кто ступает на территорию разбушевавшихся подопечных, должны обладать хладнокровием укротителя (и многие не отказались бы иметь при себе хлыст).