Анафема (ЛП) - Лейк Кери

- Мне труднее всего понять его абсолютное безумие. Долион был очень дорогим другом, пока не начал все эти бредни и восторги по поводу Кадавроса.

Можешь себе представить? Почему, черт возьми, он мог мечтать, что зверь воскреснет из мертвых?

- Прежде чем я перерезал ему горло, он говорил о существе в землях смертных. - В желудке Зевандера забурлило, и кислота защемила в груди от этой лжи. - Он верил, что Кадаврос живет там. Что он был изгнан.

С спокойной улыбкой король покачал головой.

- Я чувствую себя обязанным показать тебе кое-что, мой друг. - Улыбка на его лице исчезла, когда он вытащил предмет из-под высокого воротника своего парчового жилета. Черный амулет, или так он выглядел, судя по маленькому драконьему когтю, свисавшему рядом с ним, который, как считалось, обеспечивал заклинание. Прикрепленный к маленькой черной цепочке, блестящий камень изображал паука, выгравированного на металле, из которого был сделан амулет.

- Ты знаешь, что это?

- Какой-то зловещий талисман.

- Действительно, зловещий. - Он усмехнулся, держа его в ладони. - Это заключенный хаос. Настоящий ящик Пандоры. Горе. Болезнь. Насилие. Безумие. Смерть. - Более восхитительным, чем устрашающим образом, он погладил предмет большим пальцем. - Я заказал его в день рождения Дорджана. Я ясно помню, как держал его на руках и испытывал непреодолимое желание защитить его. Я был в ярости от мысли, что кто-то может причинить ему вред или отнять его у меня. Под печалью его взгляда мелькнула искра гнева. - Что бы я сделал, если бы кто-то отнял у меня сына... - Его челюсть сдвинулась, губы скривились в злобной улыбке. - Его кровь связана с этим амулетом. Если с ним что-то случится, разразится чума, и весь Никстерос будет уничтожен. Ничто не выживет. - Тихая напряженность пробежала по Зевандеру, когда он молча впитывал эту информацию. - Я никому об этом не рассказывал. Моя совесть много раз заставляла меня уничтожить его на протяжении многих лет, но такую магию нельзя уничтожить. Даже уничтожив коготь, который его связывает. Я пробовал. - Он погладил большим пальцем отрезанный палец. - Это магия, которая исходит из самых темных глубин, где обитают страх и месть. - Спрятав амулет обратно в тунику, он на мгновение замер в раздумьях. - Именно Кадаврос привязал амулет к моему новорожденному сыну. Он был единственным, кто знал, что в нем была кровь Дорджана, а не моя.

Даже капитан Зивант не знает об этом заклятии. В конце концов, король — ничто без своего наследия. Ты понимаешь, почему Кадаврос должен был умереть? Почему абсурдно предполагать, что я позволил бы ему жить? - «Да, — ответил Зевандер. Хотя было логично, что король убил бы его за такое, он не стал спорить с его предположениями о Кадавросе в землях смертных.

Это было бы как пощечина. Из того немногого, что Леталиш узнал о Сагаерене за эти годы, одно было ясно: король не любил, когда ему противоречили. Это заставило бы его расследовать дела, которые раскрыли бы секреты.

- Вот почему так важно, чтобы ты внимательно следил за Дорджаном, в частности.

— А что насчет Кализы?

С мучительным выражением лица он схватился за спинку кресла и вздохнул. — Я скорее увижу, как моя любимая дочь погибнет от насекомых и голода, чем буду смотреть, как она страдает от рук моих врагов, которые наверняка поступят с ней еще хуже. Мне невыносимо больно даже представить себе такое. — Он поставил кубок и похлопал Зевандера по плечу. — Тем более я благодарен тебе за то, что ты позаботился об этом маге-изгое. Теперь у меня на одну заботу меньше, поскольку приближается день становления Кализы. А пока будь начеку и следи за любыми упоминаниями о том, что могло случиться с пропавшими стражниками. Хотя я ни разу не сомневался, что ты позаботился о маге, любопытно, что аура в Бонсгарде оказалась аурой корвикаи.

— Долион мог работать с кем-то.

— Возможно. Я хочу, чтобы ты помог выяснить это. Пусть это останется между нами. Я не хочу, чтобы маг-лорд Акмириос подумал, что я подрываю его усилия.

— Конечно.

Он махнул Зевандеру рукой в сторону двери. — Это все. Счастливого пути обратно в Эйдолон.

Зевандер вежливо кивнул и поднялся со стула, снова почувствовав тошноту, которая мучила его ранее.

* * *

Прислонившись к столбу под мостом, Зевандер избавился от того, что, как он надеялся, было последней порцией яда, выплюнув ее в ров. Зажмурив глаза, он покачал головой и вытер рот рукавом. - Черт, — пробормотал он, когда его внутренности наконец успокоились. Прошло много лет с тех пор, как ему приходилось принимать столько нилмирта, и его тело явно напомнило ему, как сильно оно помнит эту неприятную вкусовую нотку. Он засунул флакон с вивикантем обратно в кожаную куртку — катализатор, помогающий избавиться от последних остатков яда — и надел маску.

- Как долго ты уже невосприимчив к нилмирту? - Женский голос раздался сзади, и он обернулся, чтобы увидеть Меланту, выходящую из-за одного из столбов, с головой, покрытой пурпурным бархатным плащом, который носили все маги короля.

- Подозреваю, что это была плохая партия.

- Вряд ли. Я сама его приготовила.

Насколько это было возможно, он незаметно повернул руку ладонью вверх, чтобы вызвать свой щит.

- Не нужно. Я не собираюсь тебя исследовать. По крайней мере, не сейчас. Подозреваю, что твой разум — сложный лабиринт, который только и ждет, чтобы его исследовали. Может быть, в другой раз.

- А пока ты мог бы подумать о том, чтобы поплавать с кореном.

Скрестив руки, она неспешно подошла ближе, на губах улыбка. - Это потому, что я женщина, сидящая в совете, или потому, что я вам действительно безразлична?

- Мне больше интересна мерзость, которую я только что изверг, чем члены королевского совета.

Ее улыбка стала еще шире, и она наклонила голову. - Я обижена, что вам неинтересно узнать, кто я, в то время как я тщательно изучала вас, Зевандер Райдинн. Скорпион из Нюкстероса. Лорд Эйдолона. Как никто не догадался, что вы один из печально известных Леталиш короля?

- Я старался не привлекать к себе внимания. До сегодняшнего дня.

Она хихикнула, но ее кокетливый взгляд не произвел на него никакого впечатления. - Мне в это трудно поверить. Человек с таким грозным видом, как вы, должен привлекать к себе немало внимания.

Он не стал отвечать на это, наблюдая, как она направляется к краю рва, недалеко от того места, где он только что выблевал.

- Король не знает о твоем маленьком секрете, верно? - Она протянула руку, взбалтывая воду какой-то силой, которую она на нее наложила. - Он верит, что твой символ, скорпион, — это само проклятие. Простое бедствие, распространяемое Кадавросом. Он не имеет представления о его происхождении, верно?

Зевандер сосредоточился на своих мыслях, отказываясь подтверждать.

- Он не имеет представления о древней силе, которая живет в тебе. О мистическом черном пламени, которое может нанести ущерб его королевству одним лишь взмахом твоей руки.

Смелое обвинение, учитывая веру высших магов в то, что никто никогда не прошел ритуал Эмберфорджа, не потеряв свои силы. Тем не менее, он промолчал, отвергая ее манипулятивные провокации.

Корин поднялся из воды, его глаза светились угрозой.

Скорпионы Зевандера зашевелились при виде нависшего над ним зверя, готового нанести удар в любой момент. Меланта протянула руку и погладила чешуйчатый нос змеи, затем повернулась к Зевандеру, отвернувшись от существа, которое медленно отступало в ров. - Прошу прощения за допрос, который я провела ранее.

С одной стороны, я хотела прояснить ситуацию. С другой — я надеялась на возможность встретиться с талантливым человеком, проклятым Сейблфайром.

Зевандер прищурился и пристально посмотрел на нее, пытаясь понять, действительно ли она прочитала его мысли.

- У нас есть общие знакомые в соласионе. Я когда-то страдала в тех самых шахтах, где держали вас в плену. - Это не удивило Зевандера. Соласионы были безжалостными ублюдками и не задумываясь держали бы женщину в плену.