Последний взгляд в зеркало и не узнать саму себя. Ей снова восемнадцать. Она снова юна и прелестна. Она снова верит в любовь… верит в него. В его любовь. Белоснежные кружева с едва заметным лазурным отливом. Облако счастья, спускающееся по лестнице и ищущее взглядом лишь одного человека.
Его.
Нашла. Замерла. Покраснела от его восхищения и тут же подалась вперед.
- Доброе утро, – бережно завладев кончиками её пальчиков, поцеловал каждый.
- Доброе…
Почему пересохло в горле? Почему она может лишь улыбаться, забыв все слова без исключения? Ведь вчера они так хорошо провели время! Почему сегодня она может лишь смущаться и краснеть, отводя взгляд?
Путь до храма пролетел без её участия. Кажется, вот они только-только сели в карету, а вот уже выходят из неё, чтобы одну за другой преодолеть семнадцать ступеней, отделяющих их от белоснежного алтаря и пожилого жреца в белоснежных одеждах. Целомудрие, честь, искренность и любовь – вот что отождествляют белоснежные одежды жреца и безупречные воздушные колоны храма, над которым нет крыши. Амире видит каждого…
И ту, что уже не верила в любовь, и того, что уже не ждал счастья. И гостей, замерших немного в отдалении, и жреца, до сих пор не верящего, кого он венчает… Амире видела каждого.
- Согласен ли ты, Эстебан ин»Эри Макиндейл взять в жены Ясению?
В этом храме у неё ещё нет фамилии. В этом храме у него нет титула…
- Согласен.
- Согласна ли ты, Ясения, стать супругой Эстебана ин»Эри Макиндейла?
- Согласна.
Клятвы верности и любви звучали в их душах. Зачем говорить о сокровенном? Нет, об этом скажут их взгляды.
- Папочка… – сминая подол длинного элегантного платья, надетого первый раз за год, Ришь с замиранием сердца следила за каждым жестом, за каждым взглядом пары. Это было так трогательно, что на глаза сами собой наворачивались непрошеные, но такие сладкие слезы … эфир шептал, что совсем скоро их ждут трудности, очень много трудностей – враги не уставали строить коварные планы, преследуя свои, низменные цели, но сегодня… – Как же я за вас счастлива
КОНЕЦ ПЕРВОЙ КНИГИ
