Туман – Опасная зверушка (СИ) - Абабков Андрей Сергеевич

— Южный? И что он у нас делает?

— Сам удивился, но животное не спросишь.

— Ну это как спрашивать. Белка вон все понимает. Дурная, зараза, как сотня новобранцев, но все понимает.

— Мне в любом случае прежде чем спрашивать, надо Зверя спасти, — легко намекнул я на то, что неплохо бы поторопиться.

— Спасешь! — отмахнулся Марков, — Туманные Звери дюже живучие.

— Фомич то же самое говорит.

— Вот-вот, слушай старика, он плохого не скажет. Кстати, не подскажешь, чем ты Фомича привлек? У нас многие его к себе звали, а он к тебе пошел.

— Так у Фомича спрашивайте, Сергей Пантелеймонович.

— И спрошу. Я теперь со всех спрошу, — мужчина рассмеялся, — Я, чтобы ты знал, в Северодвинске сегодня последнюю ночь.

— Вас сняли с должности? Жаль, — я был совершенно искренним, так как Марков нравился мне и как человек, и как руководитель, — И куда вы дальше?

— В Архангельск. Я теперь Глава Организации Охотников нашего уезда.

— Поздравляю! Лучшая новость за последнее время.

— Смотри Афанасий, скоро на нормального человека станешь похож, уже льстить начинаешь.

— Это не лесть.

— Себе не ври, — тем временем мы пришли, и Глава завел меня на кухню, — Сколько лепестков надо?

И тут я понял, что не знаю, а сколько этих лепестков мне надо. Мое замешательство от Сергея Пантелеймоновича не скрылось.

— Позвони, узнай. Телефон у меня в кабинете.

Через пятнадцать минут я уже был в «Жемчужине» и передавал свою добычу Василисе. Марков не поскупился и выдал мне в три раза больше, чем запросила ведьма. И даже от денег отказался, сказав, что свою новую должность получил во многом благодаря мне. Все-таки я официально числюсь за Северодвинском, и когда я помог властям, все как-то стали считать, что Охотники Северодвинска выступили против бунта в Архангельске. Ну и когда зашла речь о кандидатуре нового руководителя для Организации Архангельска, кандидатура Маркова — руководителя, воспитавшего тех, кто остался верен власти — была на рассмотрении единственной.

Муравьед продолжал лежал там, где и лежал. Рана на его боку и не думала затягиваться. Я подошел к Зверю и нежно погладил его.

— Потерпи еще немного. Скоро станет легче.

— Электрик, — Анна осторожно потрогала меня за плечо.

— Что?

— Иван определение провел. Пятый ранг.

— И что?

— Будь осторожен. Одно движение лапой и тебя не станет.

— Не волнуйся, — я продолжал наглаживать муравьеда, который явно был этим очень доволен, — Лапушка у нас девочка хорошая. Лапушка никого не тронет.

Сюсюкаться с муравьедом я продолжил еще добрых полчаса, и лишь после этого вернулась Василиса с так необходимым для животного зельем. Ведьма смело подошла к Зверю, потрепала ее по холке и предупредила:

— Надо будет потерпеть. Скорее всего, будет немного жечь.

Муравьед на это тяжко вздохнул и закрыл глаза.

Вылив зелье на рану, Василиса быстро отошла в сторону — и было от чего. Белая пена повалила во все стороны, а Зверь мелко задрожал.

— Терпи, милая, терпи, лапушка. Это для твоей пользы.

А после того как зелье перестало пачкать все вокруг противно выглядящей пеной и рана была промыла, Василиса даже не успела применить свое следующее варево, как края раны затянулись и она стала заживать прямо у нас на глазах.

— Пятый ранг, — с уважением произнес Иван, а Фомич согласно кивнул.

Муравьед тем временем поднялась на лапы и отряхнулась, после чего стала внимательно разглядывать нас. Я же без слов поднялся на ноги и подошел к входной двери, распахнув ее настеж.

Увидев это, Зверь фыркнула, отвернула морду и затрусила куда-то внутрь здания.

— Кажется она никуда уходить не хочет, — заявила Василиса провожая муравьедиху взглядом, — Что сказать? Любят тебя бабы, Электрик, ой, любят.

Глава 4

Глава 4

— Завтра в Архангельск приезжает новый князь.

— Имя уже известно?

— Нет. Держат в тайне. Знаю только, что это кто-то из молодых.

— Он останется в городе на следующий срок?

— Нет. Известно, что у князя всего Третий ранг, и оставшееся до ротации время будет для него своеобразным испытанием на зрелость. Таково решение государя.

— Видимо, это кто-то из недавних сыновей Царя. Празднества намечаются?

— Нет.

— Но мы ведь все равно…

— Нет. Государь запретил.

* * *

Предательница.

Я смотрел на муравьеда и других слов у меня не было. Я ее спасал, выхаживал, за ингредиентами для зелья бегал, а эта неблагодарная засранка ластится к Павлу, будто это все он для нее делал! Просто не отходит от Гуля, а он и рад. Предатель.

И ведь слова не скажешь! Сразу же видно, что это симпатия, если не любовь с первого взгляда. Причем, взаимная.

Павел утром, как вернулся из крепости, еще зайти не успел, а Лапа уже рядом с ним была и всего его обнюхивала. Что началось после — обычно показывают под маркировкой «18+». Эти двое… Эти двое… У меня даже слов нет. Валялись как дети малые. Да даже у детей столько восторга не бывает.

Клянусь, Лапа даже похрюкивала от удовольствия, когда они с Павлом миловалась. Верный пес и его хозяин встретились спустя несколько лет разлуки. Вот так это выглядело со стороны.

Ладно хоть просто обнимались, без языков и прочего. А то собаки, знаете ли, бывает еще ссикают от радости, а не только облизывают. Проверять, что может моча туманного муравьеда, очень не хотелось. Язык-то у Лапы — оружие. Ну и инструмент для питания.

А жрет эта толстая жопка Ядра. Это мы выяснили сразу после того как Лапушка зашла на наш склад и немного подъела его содержимое. Прямо сквозь защитный контейнер. Еще, главное, на нас так с вызовом посмотрела. Мол, вы что, чем-то недовольны? А потом таким хозяйским шагом вразвалочку — как у медоеда, а не муравьеда — потрусила дальше. Как выяснилось, искать себе место для сна.

По всему выходило, что это не мы себе муравьеда завели, а муравьед нас себе завел. Причем все восприняли это как должное. Пятый ранг, типа, что тут сделаешь.

Но так было пока не вернулся Гуль. После его возвращения Лапа не отходила от Павла ни на сантиметр и вела себя как порядочное домашнее животное у ног своего хозяина.

Предательница пушистая.

— Командир, есть время?

— Конечно, — для Нины у меня время всегда есть.

— Я осмотрела ангар, пересчитала там все и переговорила с доверенным человеком полковника Огнева, — по тону девушки чувствую, что сейчас я услышу о еще одной схеме заработка, — Они хотят получить от нас за все минимум пятьсот тысяч. Но эта сумма формируется если исходить из оптовых цен на переданный нам товар. А если считать по розничным, там минимум на полтора миллиона будет. Но, скорее, даже больше.

— Предлагаешь отдать Огневу его долю, а самим продавать все в розницу? — догадаться к чему клонит Нина было не сложно.

— Именно так, командир. Я весь товар посмотрела. Там только ходовые позиции. За полгода мы здесь с легкостью все продадим. С легализацией и документами проблем не будет, я уже все продумала. Да и люди Огнева готовы помочь.

Звучит неплохо. Двести процентов прибыли на пустом месте. Но это в теории и при условии, что все пойдет по идеальному сценарию. А так не бывает.

— Где хранить, где продавать, кто будет все это охранять? Об этом ты подумала?

— Конечно! В крепости освободилось одно место…

— Бунтовщики?

— Да. Мы можем его арендовать на год. Там есть все, что нам надо. Правда охрану придется нанять, но в крепости есть желающие на такую работу. Можно даже прежних взять.

— Махинаторша, — я покачал головой, — А ты подумала, как к такому финту с нашей стороны отнесется Огнев? Он ведь узнает.

И это самый главный вопрос в данном деле. По крайней мере для меня. Новоиспеченный полковник очень скоро узнает, сколько мы в итоге заработаем с его товара. И посчитает. А потом сравнит пятьсот тысяч которые он получил и миллион, который он мог получить. И что-то мне подсказывает, что довольным после такого сравнения полковник не будет.