Заглянув в лицо Гэма, который спешил скрыться от них, они прочли на нем боль и ужас от осознания того, какой поступок он совершил по отношению к своим друзьям, а потому они смотрели на него максимально прощающим взглядом. Два Джо простили его в своем сердце. Более того, они благодарили его, поскольку теперь либо они ударятся о крыши и умрут, а потом Натан воскресит их – а такая судьба уникальна – и сделает всюду знаменитостями, либо они умрут на службе их Госпоже, исполняя ее требование, а потому попадут в идеальный небесный рай.
И вообще не лучше ли умереть за дело, чем быть убитыми другом?
В их власти было сделать выбор между двумя этими вариантами.
Да и выбором-то это нельзя было назвать.
Они упали, упали вдвоем, их общее тело было вдвойне напряженнее, а потому, когда они ударились о балку крыши, то удар получился такой силы, что их спина разломилась на две части и побила черепицу.
Знает ли проснувшийся человек, сколько он проспал? Только после того, как посмотрит на часы, а у Двух Джо часов никогда не было. Они даже были не очень уверены в том, что бодрствуют, потому что реальность, в которой они проснулись, имела такую неухоженность, какую можно увидеть только во сне, но никак не в том мире, который они знали. Совершенно очевидно, что теперь у них было два тела на двоих. Или по меньшей мере у них были две формы, потому что эти их проявления были прозрачны, изящны и не чувствовали боли, они были идеальны, и Два Джо никогда бы прежде не подумали, что могут иметь эти свойства.
Их руки, когда они потянулись друг к другу, чтобы потрогать лица, поражаясь тем фактом, что видят себя и друг друга в первый раз, имея теперь разделенные тела, как все остальные люди, общупывали друг друга, как две волны, катящиеся на берег – эти волны взаимодействуют, но при этом одна не меняет другую в сколь-нибудь значительной мере.
Хотя они были теперь разделены, но все их движения совершались одновременно. Когда поднимал руку один, второй одновременно с ним совершал такое же движение, когда один демонстрировал удивление, то же самое выражение появлялось и на лице второго. Когда один задумывался – они оба поняли это одновременно – в раздумье погружался и другой, словно у них был всё тот же один мозг на двоих, но теперь уже в разных сосудах. Они выросли вместе, они знали это и, хотя теперь разделились, по-прежнему оставались вместе – они были похожи друг на друга, они одинаково чувствовали, они одинаково думали.
Вот что значит быть вместе – даже когда вы разделены, вы остаетесь неразлучны.
И всё же часть мысли реактивна, и реагирует она на мир, поскольку мысль есть способ познания мира, какой он есть, и если Два Джо оба были в одном и том же месте со дня появления на свет, то теперь они разделились, а потому каждый реагировал на реальность, которая чуть отличалась от той, на которую реагировал другой. Реактивные части их разума реагировали каждая на свой набор раздражителей, и даже минимальное их расхождение приводило к обширным и общим последствиям того рода, который будет заметен даже игроку в испорченный телефон – малые изменения переходят в крупные, изменяя в конечном счете всё – и даже если в большинстве случаев они вели себя и мыслили одинаково, то по прошествии небольшого отрезка времени это расходилось вплоть до того, что стороннему наблюдателю казалось, будто они совсем не повторяют друг друга.
Они тянулись друг к другу, но не соприкасались. Они стояли и смотрели в разных направлениях, они обращали внимание каждый на свое, а потому видели и чувствовали по-разному.
Но это расхождение было чисто внешним. Говорят, что человек в его бытовом восприятии мира использует только часть своих способностей, а Два Джо вместо знания только того, что они прежде видели сами, находясь в том месте, в котором оказались, обнаружили, что им они оба знакомы. Для них теперь были доступны два мира, они воспринимали их совместно, и в меньшей степени они считали себя отдельными людьми, а в большей были единым существом, наделенным двумя разными способами пребывания в мире, каждый из которых был известен им обоим.
Такое бытие несовместимо с материальным миром, и даже там, где оно всё же имеет место, спящий человек в конечном счете просыпается, или его состояние фуги проходит, или интоксиканты теряют силу. В нематериальном царстве не существует сознания, разве что для очень немногих, и, если бы Два Джо не были трущобными детьми, не имеющими ни малейшего представления о царствах, это могло бы изменить их взгляд на существование в их нынешнем виде, а существовали они в виде призраков, приведенных в материальное царство, как некий образ, не в полной мере привязанный к материальному воплощению их нематериальных концепций и занимающий промежуточное царство, будучи весьма надежно втиснутыми между двух этих первичных царств благодаря тому, насколько волшебство является фактом в городе Мордью, и сопутствующему ослаблению прочности холста и соответствующему ущемлению упрямых, усердных или невежественных людей, которые теперь уже были мертвы.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
