Антидемон. Книга 24 (СИ) - Винтеркей Серж

Есть шанс, что если люди Летуса, придя на спасение особняка, прибьют там Белекоса, то они сами освободят этого архимага, когда займутся захватом владений мертвого грандмага. Уж поверь мне, такой возможности они точно не упустят.

— Конечно, мастер, будем надеяться, что все так и произойдет, — вежливо ответил я. — Вам нужна моя помощь для того, чтобы обустроиться на новом месте? Напомню, как уже и говорил вашей внучке Донжетте, что если у вас будет такое желание, вы всегда можете поселиться в Академии Дерзких в Таргалдоре. Там полно свободного места, и, скажу вам по секрету, и кухня у нас тоже очень достойная. Когда мы навещаем Аргент, моя супруга всегда посещает кухню своего отца-герцога и запасает сотни блюд в пространственных хранилищах, которыми мы питаемся следующие несколько дней.

Гредбенк захохотал:

— А ты, Эйсон, знаешь, как подойти к человеку, чтобы заинтересовать его! Но нет, спасибо, все же я грандмаг и не могу жить у кого-то из милости. Не волнуйся, я достаточно быстро найду себе новый дом и оборудую лабораторию.

Учитывая твою помощь с этим омоложением и — что, возможно, не менее важно — с этим трактатом по артефакторике пера древних мудрецов, ты всегда сможешь обращаться ко мне за заказами. И я, работая над ними, никогда не буду заботиться о прибыли для себя.

Думаю, учитывая мою репутацию, для тебя это будет достойной наградой за сделанное.

Эх, расстроил меня, конечно, сейчас Гредбенк сильно. Но с другой стороны, такой ответ был вполне ожидаемым. Вон я архимага Номоса вообще из тюрьмы вытащил, где он сидел без малейшего шанса освободиться. Он же не знает, что потерпел бы еще одиннадцать лет и был бы освобожден в ходе сражений с высшими демонами. Так что, с его точки зрения, это было пожизненное заключение. Ну и что? И где он со своей благодарностью? А тут целый грандмаг, которого я, конечно, порадовал, и продлив ему жизнь, и вернув ему ее смысл…

К тому же Гредбенк — грандмаг еще и с кучей миллионов золотых монет в полном своем распоряжении. Очень емко он сказал, что не хочет быть приживальщиком.

Ладно, меня более чем устраивает предложенная им благодарность — возможность заказывать у него редчайшие артефакты по себестоимости. Это он зря такое обещание дал. Он же не знает, что я с него теперь не слезу, и работать ему над ними придется очень много.

Но сейчас да, надо с ним прощаться, чтобы не усугублять возникшую неловкую ситуацию, когда он вынужден мне отказать после всего того, что я для него сделал.

— Спасибо, мастер. Я очень ценю ваше предложение, хотя, конечно, все равно буду настаивать на том, чтобы хоть какая-то прибыль в этих заказах у вас была. Мне вполне хватит и той награды, что над моими заказами будет работать уже скоро самый искуснейший мастер современности.

Ваша репутация и так гремела на весь мир. А с учетом секретов древних, что вы сейчас запустите в дело… — я покачал головой.

Тут внезапно заговорил Илор. Так-то он помалкивает обычно, когда я веду свои дела, так что я удивился, услышав, что он обращается к Гредбенку:

— Мастер, я умру от любопытства, если не спрошу вас. А что именно за артефакт вы сделали по заказу этого Воргена для дочери ректора, что обычно делали только для принцесс?

Ну да, мне тоже было любопытно…

Рассмеявшись — уж больно хорошее настроение было у грандмага, — тот ответил:

— Этот артефакт позволяет понять, насколько искренен твой собеседник. Полезная вещица, на самом деле, учитывая, сколько всяких прохиндеев вертится вокруг молодых принцесс, и как им хочется знать, кто как на самом деле к ним относится. И мы тогда договорились, что все трое — и Ворген, и ректор, и его дочь — будут помалкивать о том, что заполучили от меня такую вещицу, чтобы не злить принцесс, которые уже ее приобрели. Ладно, пора нам расставаться. Есть ко мне еще вопросы?

— У меня будет к вам еще одна просьба. Не могли бы вы закинуть наш маленький отряд обратно в Таргалдор? — попросил я.

— Да, конечно, — с видимым облегчением сказал грандмаг. Он тоже явно чувствовал себя неловко. — Дай мне пару дней на обустройство. И как у тебя появятся мысли о новых заказах, тоже связывайся со мной.

— Всего доброго, мастер! — попрощался я.

Илор и Гравон хором попрощались с грандмагом тоже.

Тут же рядом открылся портал, и мы в него шагнули.

Донжетта, Академия Дерзких в Таргалдоре

Донжетта как раз двигалась со своей новой подругой Эрикой в зал для тренировок для того, чтобы продолжить свое обучение сражениям на дуэли, когда получила вызов от своего деда.

Каждый такой вызов ее очень радовал, потому что означал, что дедушка все еще жив. Ну а учитывая, как срочно его разыскивал недавно Эйсон, она, само собой, тоже немного по этому поводу волновалась, мало ли там что-то плохое произошло.

Еще немного, и она сама бы с ним попыталась связаться, вне себя от переживаний из-за того, что же там такое могло с дедом нехорошее случиться…

— Привет, внучка! — Голос деда был необычно силен. И он улыбался во все зубы. Таким она его давно уже не видела. Приятное зрелище. — Что же, у меня для тебя две новости: хорошая и плохая. С какой мне начать, внучка? — спросил он с хулиганским блеском в глазах.

И Донжетта поняла, что какой бы ни была плохая новость, она ничего по-настоящему плохого из себя представлять не может, иначе дедушка так задорно бы не скалился.

— Давай с хорошей, деда, — тоже невольно улыбаясь вслед за Гредбенком, сказала она.

— Ну что же, хорошая новость в том, что при помощи нашего общего друга и твоего кланлидера Эйсона я в ближайшие годы своей смертью больше не помру. Главное, не болтай об этом.

— Хорошо, конечно, не буду болтать. И здорово, что это так… — опешила Донжетта. — Но как это возможно, дедушка? Ты же всегда высказывался категорически против продления жизни при помощи некромантии. Неужели Эйсон нашел какой-то другой способ продления жизни?

— Нет, не нашел, но он дал мне очень мощный стимул для того, чтобы пересмотреть некоторые свои убеждения, внучка. Я многому тебя научил, но учитывая те тексты, что были переданы мне Эйсоном, о которых, кстати, тебе тоже нельзя никому рассказывать, я скоро смогу значительно улучшить свое прежнее мастерство, которое и так, без ложной скромности, считал очень значительным.

— Дедушка, ты же знаешь, что мне всегда было плевать на то, каким именно способом ты сможешь добиться долголетия, — махнула изящной ручкой Донжетта со слезами радости на глазах. — Главное, чтобы ты был жив и дальше. Ты мой последний родственник на этой земле. Так что если тебя смущает то, что ты воспользовался некромантией, чтобы продлить свои годы, то помни о том, что это никогда не будет смущать меня.

— Да уж, молодость часто бывает очень категорична, когда речь идет о жизни и смерти близких людей, — кивнул Гредбенк. — Но я не отказался от своих убеждений о продлении жизни при помощи некромантии. Просто некромантский артефакт, что попал мне в руки, не был приобретен за деньги, так что я не платил золотом за человеческие жизни, и моя совесть в этом отношении полностью чиста.

— Да, дедушка, так это выглядит еще лучше. А какая же тогда плохая новость? — вспомнила Донжетта начало разговора.

— Плохая новость в том, что огромное наследство, которое должно было вот-вот попасть тебе в руки, теперь достанется тебе при обычном течении событий не раньше, чем лет через восемь, — скорчив печальную физиономию, сказал дед.

— Дедушка, ну прекрати немедленно говорить глупости! — не на шутку разгневалась Донжетта. — Ты же знаешь, что я терпеть не могу такие вот дурацкие шутки, выставляющие меня какой-то меркантильной дурой.

— Ладно, ладно, внучка, но согласись все же, что шутка очень хорошая. Я никак не мог удержаться, чтобы не пошутить, — развел руками старик. — Да, кстати, есть еще одна очень хорошая новость, которая мне только сейчас пришла в голову, когда мы начали обсуждать твое упущенное наследство. Я могу себя искренне поздравить, что чрезвычайно удачно выдал тебя замуж. Я, в принципе, и так предполагал это, но теперь у меня уже есть стопроцентная уверенность в том, что в твоем новом клане тебя будут любить, лелеять и защищать. Если понадобится, то до последней капли крови.