Фейбл - Янг Эдриенн

– Ужин. И комнату, – он бросил три медяка на стойку, и женщина засунула монеты в свой фартук, улыбаясь мне знающей улыбкой.

Я покраснела, когда поняла, о чем она подумала.

– Нет, – сказала я, поднимая руку, – мы не…

Женщина подмигнула мне, а Уэст даже не потрудился поправить ее. Вероятно, я была не первой девушкой, с которой он пришел в таверну, а затем повел вверх по лестнице. То же самое беспокойство, которое я испытала, наблюдая за Уэстом и Уиллой в переулке, проснулось у меня в животе. Уэст положил руку на стойку, облокотившись на нее, и я посмотрела на бледную полоску, опоясывающую его палец.

– То кольцо. Оно было важно для тебя?

Рука Уэста сжалась в кулак, и он засунул ее обратно в карман, когда повернулся к лестнице, игнорируя мой вопрос.

– Спокойной ночи.

Я наблюдала, как он поднимается по ступенькам. Луч света пролился в коридор, когда он открыл и закрыл дверь.

– Что ж, пойдем, – женщина за стойкой выглядела разочарованной, проходя мимо меня с кольцом ключей, свисающим с ее руки. Она отперла дверь рядом с комнатой Уэста, где уже были потушены свечи. – Вот мы и пришли.

Вдоль одной стены крошечной комнатушки располагались маленькая кровать и таз с водой, а у другой – стул. Я переступила через порог.

– Я вернусь и принесу тебе что-нибудь поесть, – улыбнулась женщина, пятясь из комнаты и тихо закрывая дверь.

Я подошла к окну и посмотрела поверх крыш на гавань, где в темноте едва можно было различить корабли. Когда шаги женщины стихли в коридоре, я оглянулась через плечо на деревянную дощатую стену, разделявшую мою комнату и комнату Уэста. Свет не проникал сквозь щели, и я сделала шаг ближе, скрестив руки на груди и прижавшись лбом к стене.

За одну ночь я едва не лишилась своей возможности пересечь Узкий пролив, потеряла кучу денег, на которые могла бы на первых порах жить на Серосе, а еще я раздобыла самое мощное оружие, которого у меня не было с тех пор, как я оставила Джевал, – правду о «Мэриголд».

Если Уэст управлял теневым кораблем, то, вероятно, его судно было самым опасным местом для меня в Узком проливе. Я сделала неправильный выбор, когда бежала по барьерным островам с Коем, следовавшим за мной по пятам. Любой торговец взял бы мои деньги, но я побежала к «Мэриголд».

Четырнадцать

Утро началось с резкого стука в дверь, и я вскочила на ноги, чтобы поспешить распахнуть ее, моргая единственным проснувшимся глазом.

На пороге стояла Уилла. Она откинула с лица свои скрученные локоны, на ее полных губах играла веселая ухмылка.

– И как это тебе удалось? – она оглядела комнату.

Я плеснула водой из таза себе в лицо, прижимая ладони к разгоряченной коже. Началась лихорадка, от которой у меня кружилась голова.

Уилла наблюдала, как я натягиваю ботинки один за другим.

– Думаю, Уэст просто передумал.

– Ну-ну.

Она бросила взгляд на куртку, висящую на спинке стула.

Я последовала за Уиллой вниз по ступенькам в таверну, где все, кроме Хэмиша, уже заканчивали завтракать. Посреди стола стояли два чайника с чаем и щербатые глиняные тарелки, наполненные ломтями сыра и маленькими буханками свежего хлеба. Уэст не смотрел на меня, его глаза были прикованы к бухгалтерским книгам Хэмиша, которые лежали раскрытыми между ними.

Уэст не просил меня молчать о событиях прошлой ночи, но я не думала, что он рассказал об этом Уилле. Я понимала, что она не обрадовалась бы, узнав обо всем, что мы сделали, и мне не нужно было выглядеть врагом в ее глазах.

Я заняла свободное место рядом с Паджем и наполнила пустую чашку чаем, краем глаза изучая страницы бухгалтерской книги.

Но мне не удалось провести Паджа. Он закрыл книгу, облокотился на стол и пристально посмотрел на меня.

– Я думал, мы решили, что ныряльщица останется на корабле.

– Так и было, – сказал Уэст, поднимая свою чашку. Его лицо было осунувшимся и усталым, волнистые волосы заправлены за уши. Он поставил локти на стол и отпил чая, встретившись со мной взглядом. – Мы также договорились, что она пересечет Узкий пролив целой и невредимой.

Я проглотила горячий чай, и он обжег мне горло.

За столом воцарилась тишина, и члены команды переглянулись между собой, прежде чем посмотреть на меня. Мои щеки вспыхнули под тяжестью пристального взгляда Уэста.

Итак, он был в курсе того, что произошло на коралловых островах. Или, по крайней мере, у него были какие-то догадки. И он хотел, чтобы другие члены команды это поняли.

Это не было редкостью, когда торговцы самовольничали, оставшись без присмотра своего шкипера, но команда «Мэриголд» была другой. Каждый их них знал свое место, и соперничество, которое я видела на других судах, казалось, отсутствовало среди членов команды Уэста.

Уэст посмотрел на каждого, когда сделал еще один глоток, и по тому, как они опустили глаза, я поняла, что скрытый смысл последних его слов дошел до них.

Падж пробормотал что-то себе под нос, чего я не расслышала, и Остер положил два пальца на его руку, чтобы заставить его замолчать, прежде чем убрать их. Мои губы замерли на краю чашки, наблюдая за тем, как Остер положил ладонь себе на колени. Это не было просто дружеским предупреждением, чтобы тот держал язык за зубами. Остер прикоснулся к Паджу… с нежностью.

Я сделала вид, что ничего не заметила, и, намазав толстый слой масла на кусок хлеба, откусила. Возможно, Уэст и Уилла были не единственными на «Мэриголд», кто был чем-то бо́льшим, чем просто товарищами.

Мы ели в тишине, пока вдалеке не прозвенел утренний колокол на пристани, возвещая об открытии торгового дома. Команда встала, в унисон скрипнув стульями, когда они накинули и застегнули свои кители. Я осушила свою чашку чая, после чего последовала за ними к тяжелым деревянным дверям.

Уэст широкими шагами шел впереди остальных по туманным улицам Дерна. Вьющиеся пряди выглядывали из-под его низко надвинутой на глаза фуражки, и его светлые волосы казались еще ярче в утреннем тумане.

Мы были не единственными, кто двигался в восточную часть деревни. Со всех сторон, казалось, текла река людей, направлявшихся к торговому дому, который располагался на углу порта. Он выглядел точно так же, как в последний раз, когда я его видела, хотя меня никогда не пускали внутрь. Я всегда ждала в гавани, пока команда моего отца вела торговлю.

Мы нырнули под низкий дверной проем и оказались в дымном свете склада. Он уже был битком набит торговцами и лавочниками, у каждого из них был свой прилавок, сделанный из остатков досок и рваной парусины. Раздался резкий свист, и Уэст повернул голову в его сторону, просматривая ряды в поисках Хэмиша. Он помахал нам рукой, и мы направились в его сторону, следуя за Уэстом, который локтями прокладывал путь сквозь теплые тела, двигаясь в противоположный конец огромного помещения.

– Солонокровские придурки, – буркнула Уилла, свирепо глядя на торговца в отделанном бархатом пальто, который пересек нам путь.

Команды из Безымянного моря было легко отличить, как и их корабли. Аккуратные подстриженные волосы, чистая кожа и красивая одежда. В них чувствовалась какая-то легкость, как будто им никогда не приходилось воровать, обманывать или лгать, чтобы выжить. Именно по этой причине люди считали, что солонокровцы слишком мягкие для жизни в Узком проливе.

Товары, которые команда выгрузила с «Мэриголд», были уже разложены. Китель Хэмиша, завязанный на бедрах, топорщился из-за свисающих с его пояса кошельков с монетами. Уэст отдал ему бухгалтерские книги, и они обменялись несколькими быстрыми словами, прежде чем мы направились в юго-восточную часть торгового дома.

Чья-то рука потянула меня за рукав куртки мимо остальных, и Уэст наклонился ко мне, произнося слова себе под нос:

– Держись поближе ко мне.

Торговцы перекрикивали друг друга, подняв руки вверх, но Уэст шел мимо них, пока не добрался до человека, который выглядел так, словно ждал нас.