Игры великих (СИ) - Демидов Джон

Начало было положено…

Глава 18

В этом бою у меня не было возможности отсиживаться в стороне, а потому я решил воспользоваться происходящей неразберихой и внести в бой свои пять копеек. Для этого я активировал «Теневые крылья», но не для полёта, а для одного, чудовищно мощного рывка.

Заскочив на эту тварь, я что есть сил размахнулся своим серпом, и наделив его силой тьмы, вдолбил его прямо в сочленение пластин, в то место, где у него находилась шея.

Серп я загнал душевно, и зашёл он очень глубоко, безнадёжно там застряв. К счастью у меня была активная привязка, потому хватило одной лишь команды, чтобы серп переместился в пространственный рюкзак, освобождая рану, из которой тут же хлынула жёлтая кровь.

Босс взвыл, и завилял всем телом, пытаясь сбросить меня, но благодаря крыльям я смог удержаться наверху, где он не мог меня достать, и ещё раз врезал серпом по открытой ране, после чего взлетел резко вверх, уходя от возможного возмездия.

Бой превратился в хаос. Крушитель, не смотря на полученное повреждение, не сдавался и продолжал всячески отвлекать противника, а бледный как смерть Илья создавал ледяные барьеры и ловушки, стараясь ограничить подвижность чудовища. Скелет тоже вроде как оклемался и старался внести свой вклад, действуя в тандеме с лисом.

Тем не менее босс действительно был чудовищно силён, и из-за этого совсем скоро мы начали нести потери… Первым пострадал скелет, который так и не смог до конца восстановиться после своего полёта, и не успел увернуться от очередного удара, который пришёлся прямо в грудную клетку.

Этот сухой хруст был слышен по всему залу, и как только мы его услышали — фиолетовые огни в глазницах моего самого сильного призыва погасли, а кости рассыпались на месте, превратившись в пыль.

Система тут же равнодушно сообщила:

Ваш призыв скелет-клинок уничтожен.

— НЕТ! — крикнул я, не желая верить в реальность происходящего, но это действительно произошло, и я лишился своей главной ударной силы.

В тот же момент ярость на этого урода затмила страх перед смертью. Я снова призвал крылья и бросился вперёд, уворачиваясь от ударов, целясь в ту же самую рану, которую недавно нанёс.

Крушитель, словно почувствовав моё стремление, что есть сил зарядил оставшейся рукой по ране на его лапе, перетащив на себя его внимание, и это было именно тем, чего мне так не хватало.

В этот момент Илья, про которого все как-то позабыли, вновь ударил в сторону босса потоком холода, вот только в этот раз он не строил стены, а заморозил пол, превратив его в идеальный каток, и это оказалось крайне верным решением.

Босс не отличался особой устойчивостью, и потеря сцепления с поверхностью крайне негативно сказалась на его боеспособности, чем мы и воспользовались.

Пока босс всеми силами старался поймать равновесие — я активно работал серпом на его загривке, а лис вообще проявил креатив, и вынырнув прямо перед его фасеточными глазами, тут же вонзил в них свои когти, лишая нашего противника одного из крайне важных чувств.

Не знаю, сколько прошло времени, но после одного из моих особо удачных ударов босс замер, а потом его гигантское тело дёрнулось последний раз, после чего шесть колец под ним погасли, а сам он медленно рухнул на брюхо, сокрушая этим падением свой костяной трон.

Мы победили, но цена этой победы… Потрясала воображение. Скелет-клинок был навсегда для меня потерян, а при взгляде на крушителя, чья форма растворялась прямо на глазах, я чётко понимал, что милосердней его будет просто отпустить…

Лис в этот раз обошёлся без особых повреждений, и сейчас развалился около трупа босса, всем своим видом показывая, что в ближайший десяток часов никуда он идти не намерен.

Развеивать босса я конечно же доверил Илье, который сразу же активировал процесс, и чуть не застонал от боли, которая возникала от невероятно мощного потока эссенции, который начал резко перестраивать его тело.

Глядя на количество накопленной эссенции, я прекрасно понимал, что этого количества Илье с головой хватит на то, чтобы достичь третьего кольца, и с этим осознанием на меня снизошло странная опустошённость…

Мы действительно справились, и уже совсем скоро вернёмся в Сиалу, где эта безумная пляска со смертью наконец немного замедлится, и у меня появится хотя бы несколько минут, чтобы просто придти в себя, и заняться своей профессией…

Интерлюдия. Полковник Игнатьев. Москва.

Чёрный седан стремительно мчался по ночному городу, и уже через пол часа миновал Красногорск, после чего свернул с оживлённых трасс на проселочные дороги, а затем и вовсе повернул на грунтовку, теряющуюся среди смешанного леса. Всё выглядело так, будто водитель просто ехал куда ему захочется, но полное отсутствие признаков беспокойства с его стороны говорило о том, что для него этот путь был обыденностью.

Ещё через тридцать минут езды по ухабистой дороге в свете фар показалась бревенчатая изба на краю неизвестной деревушки, мимо которой машина проехала не снижая скорости, и углубилась в лес ещё на пару сотен метров, после чего остановилась перед неприметным железобетонным бункером, искусно замаскированным под холм, на котором росли молодые ёлки.

Водитель заглушил мотор, и не оборачиваясь, произнёс единственную фразу:

— Вас ждут, товарищ полковник. Я буду ждать вас здесь.

Игнатьев вышел из машины, с наслаждением размял затёкшее тело, и глубоко вдохнув холодный ночной воздух, направился к массивной стальной двери, окрашенной под цвет камня.

На этой двери не было никаких табличек, номеров, или кодовых панелей. Но как только полковник подошёл к ней на несколько шагов, в тот же миг в стене рядом с дверью открылся небольшой лючок, откуда на него уставился ствол автомата, после чего раздался щелчок, и механический, безэмоциональный голос произнёс:

— Приложите ладонь к панели.

Игнатьев не успел удивиться, как на стене напротив люка с автоматом открылся новый лючок, где оказался спрятан сканер. Он выполнил требования голоса, прошло около десяти секунд, и он снова услышал механический голос:

— Полковник Игнатьев Дмитрий Сергеевич, доступ предоставлен. Следуйте за сопровождающим.

Одновременно с этими словами дверь перед ним беззвучно отъехала в сторону, открыв короткий, ярко освещённый туннель с гладкими стенами, в конце которого находились створки лифта. Возле этого лифта его уже ждал молодой человек в камуфляже без знаков различия, с бесстрастным лицом профессионального убицы.

— Полковник, прошу вас.

Как только Игнатьев зашёл внутрь — лифт тут же начал движение, и по ощущениям в ушах полковник понял, что опускаются они ну очень глубоко. В общей сложности спуск занял не меньше минуты, а когда двери наконец открылись — перед полковником предстало нечто, напоминающее футуристический командный центр.

Высокие потолки, залитые холодным белым светом, полированный металл полов, по которым бесшумно перемещались тележки с прорезиненными колёсами, на которых люди в белых и серых комбинезонах перевозили какое-то оборудование.

Его провели через несколько зон, мимо стеллажей с рядовым, но модернизированным оружием, мимо рабочих мест, где техники собирали какие-то сложные устройства, и наконец подвели к закрытой двери с табличкой «Руководитель проекта. Н. Ф. Колесников».

Сопровождающий коротко постучал и, не дожидаясь ответа, открыл дверь, пропуская Игнатьева вперёд.

Кабинет был просторным, но чрезвычайно захламлённым. Чертежи и схемы на электронных панелях, покрывавших стены, инженерные макеты на низких столах… А за центральным столом, заваленным бумагами, сидел хозяин кабинета — Николай Фёдорович Колесников.

Он оказался мужчиной лет пятидесяти, с живыми, острыми глазами цвета стали, и редкими седыми волосами, зачёсанными назад. На нём был простой вязаный свитер поверх рубашки, и честно говоря — выглядел он как университетский завлаб, засидевшийся допоздна над любимым исследованием, и только взгляд выдавал в нём, а хитрого опытного хозяйственника, знающего цену каждому винтику в своём небольшом царстве.