Песня вечных дождей - Меллоу Э. Дж.

– Тем утром я не мог добавить к разговору ничего важного, – в конце концов сказал Дариус.

– Тогда чудесно, что мы нашли друг друга. Потому что так вы сможете доказать, что вам действительно есть что рассказать, пока мы идем в город.

– Мы не пойдем в город.

– Может, вы и не пойдете, но я направляюсь именно туда.

– Больше нет.

– Боже мой. – Ларкира отступила. – Вы всегда такой строгий?

– Только когда идет дождь. – Дариус схватил пустую сумку, которая лежала на земле, и перекинул ее через плечо.

– Вы что, только что пошутили? – с радостным удивлением воскликнул Ларкира.

– А если и так? – спросил он, поднимаясь по окруженной деревьями тропинке в том направлении, откуда только что пришла Ларкира.

– Тогда я была бы рада, – сказала она, следуя за ним. – Ведь уже стала бояться, что улыбчивый шутник, с которым я танцевала на своем празднике, лишь плод моего воображения.

Дариус не ответил, просто продолжал идти, неотрывно смотря на дорогу.

Но Ларкира была полна решимости. Теперь, увидев маленькую трещинку в его суровой маске, ей захотелось вызволить на свет мужчину, которого, как она знала, он скрывал где-то под ней. Того, кого она встретила на улицах Джабари, того, кого увидела здесь с Генри до момента, когда сообщила о своем присутствии. Мягкого и нежного Дариуса, который умел улыбаться.

Почему он вел себя так дружелюбно с теми, кто ниже его по положению, и в то же время был так сдержан с людьми того же сословия? Ларкира едва ли не встала как вкопанная, когда ее осенило. «Он нам не доверяет, – подумала она. – Должно быть, что-то в нас пугает его».

Мы с ложью довольно хорошо знакомы.

В памяти Ларкиры всплыли слова Дариуса, сказанные в тот момент, когда она была всего лишь оборванкой.

«Ложь», – снова подумала она, переводя взгляд на Дариуса. У его отчима имелось много тайн, и совершенно ясно, что молодой лорд боялся его. Именно из-за этого Дариус замыкался в себе, находясь рядом с другими людьми такого же социального класса?

– Дариус, – начала она, – надеюсь, вы знаете, что мы можем быть друзьями. Я здесь не для того, чтобы доставлять вам неприятности.

– Если бы это было правдой, – сказал Дариус, все еще не глядя в ее сторону, – вы бы изначально не приняли предложения приехать сюда.

Услышанное поразило ее, он словно ударил ее кулаком в живот.

Ларкира остановилась, и Дариус взглянул на нее через плечо. Выражение его лица смягчилось, когда он увидел потрясение, написанное на ее лице. Смиренный вздох сорвался с его губ.

– Простите, – сказал он, поворачиваясь к ней. – Я не имел в виду, что…

– Нет, имели.

Он покачал головой:

– Нет…

– Да, – настаивала Ларкира. – Вы сказали то, что сказали. И хотя подобные слова неприятны, я, по крайней мере, рада, что вы сказали правду.

Дариус нахмурился:

– Рады?

Ларкира кивнула:

– Именно. Люди нашего положения слишком часто скрывают то, что на самом деле думают. Моя семья и я сама не принадлежим к их числу. Жизнь слишком коротка, чтобы скрывать свои истинные мысли.

Дариус удивленно посмотрел на нее сверху вниз.

– Да, – согласился он. – Я часто думал о том же самом. Хотя… признаю, мне не удается практиковать подобное.

– С радостью помогу вам освоить это искусство. – Ларкира нерешительно улыбнулась и была вознаграждена, когда Дариус ответил ей тем же.

– Было бы неплохо.

Магия Ларкиры расцвела, приободренная успехом.

– Может, начнем прямо сейчас? – предложила девушка. – Задайте мне вопрос, и я постараюсь ответить откровенно. Но взамен вы должны согласиться ответить на один из моих вопросов.

Дариус, казалось, обдумывал предложение, проводя руками по волосам и вытирая капли воды, повисшие на рыжих кончиках.

– Хорошо. Откуда вы так много знаете о колесе Генри?

– У моего отца различные предприятия во многих частях Адилора, – ответила Ларкира. – И, вместо того чтобы надолго оставлять своих дочерей одних, он брал нас с собой. Сломанное колесо кареты – лишь малая часть того, что мы научились чинить в наших путешествиях.

– Но у вашего кучера, конечно же, было все необходимое для ремонта?

– А как вы думаете, кто научил нас? – рассмеялась Ларкира. – Мой отец считает, что хорошо образованный ум не довольствуется лишь тем, что можно найти в книгах или узнать от гувернанток. Он всегда хотел, чтобы его дочери были хорошо подготовлены ко всему, что ждет нас на нашем пути.

– Например, к засаде бандитов? – Проницательный взгляд умных глаз Дариуса смотрел прямо ей в душу.

– Подобные люди обитают не только на узких проселочных дорогах.

– Значит, у вас и раньше возникала необходимость защищать себя?

– Ах! – Ларкира снова обаятельно улыбнулась. – Я ответила на три ваших вопроса. Теперь моя очередь.

Дождь начал усиливаться, но они продолжали идти по мокрой земле.

– Тогда задавайте свой вопрос.

– Что вы делали в деревне?

Дариус перевесил сумку на другое плечо, и Ларкира изо всех сил старалась не замечать, как рубашка льнет к его мускулистой груди.

– Я помогал рыбакам чистить днище их лодок.

– А часто вы помогаете им с этим?

– Да.

– Это очень мило с вашей стороны, – заметила Ларкира, на сердце у нее потеплело. Было более чем очевидно, что Дариус заботился о своем народе. Люди подобного ранга редко проявляли вежливость по отношению к низшему классу, хотя те, несомненно, заслуживали этого.

– Это меньшее, что я могу сделать за то, как много они дали моей семье и нашей земле, – сказал Дариус. – Я не могу спать спокойно, зная, сколько у них забот и тревог.

– Знает ли герцог, что вы приехали в Имелл с этой целью? Он тоже помогает им?

При упоминании отчима Дариус напрягся, снова замыкаясь в себе.

– Нет, он этим не занимается, – наконец ответил он. – И буду признателен, если вы не станете упоминать об этом в его присутствии.

Ларкира изучала его, этого лорда, одевавшегося как простолюдин и скрывающего безвозмездную помощь, которую оказывал своему народу, словно некую грязную тайну. Как много у них было общего, но Ларкира никогда не стала бы упоминать об этом.

– Конечно, – согласилась она. – И я также была бы признательна, если мое… исследование территории останется между нами.

Дариус замедлил шаг, когда они подошли к развилке дорог.

– Тогда давайте договоримся забыть то, что произошло сегодня.

Какое-то время Ларкира наблюдала за ним, пока он стоял такой одинокий и собранный даже в своей испачканной грязью одежде, странная печаль окутала ее сердце.

– Как пожелаете, – согласилась она.

Благодарно кивнув, Дариус прошел мимо нее, раздвигая ветви справа от них и открывая другую тропу. Скользкая лестница, высеченная в скалистом рельефе, вела вниз сквозь заросли зелени.

– Сюда, – сказал он, поворачиваясь, чтобы протянуть руку, намереваясь помочь ей спуститься.

Ларкира скользнула затянутыми в перчатки пальцами в его ладонь, и от этого прикосновения в ее сердце зазвучали ноты новой песни.

– Спасибо, – удалось выдохнуть ей.

Еще один кивок, и его рука исчезла.

Спустившись в тишине, Ларкира окинула взглядом небольшой галечный пляж и лодку, стоявшую на берегу. Касл Айленд виднелся по ту сторону озера, в то время как длинный узкий мост, соединявший его с материком, возвышался вдалеке. Туман и облака скрывали участки из виду, над головой пролетела вереница черных дроздов, накрапывал слабый дождь, словно сам измученный выпавшей ему долей.

– Сюда, – сказал Дариус, подходя к маленькой лодке и бросая в нее свою сумку.

Подобрав свои промокшие юбки и накидку, Ларкира устроилась на дальней скамье, тогда Дариус столкнул лодку в воду и запрыгнул внутрь. Он двинулся вперед, и с каждым взмахом весел озеро покрывалось рябью. В этот момент он выглядел очень спокойным на фоне дикого леса и безмятежного озера. Любой, кто захотел бы увидеть, несомненно понял бы, кто был истинным хозяином этой земли.