Воскрешение (СИ) - Юллем Евгений

— Премного благодарен, Вразаан! — сказал князь. — С удовольствием приму ваше предложение!

Князь усмехнулся про себя. Куда ты денешься, черт старый! Этот контракт, а особенно устная часть не на бумаге действительны, пока я жив, и твоя задача теперь помочь мне выжить среди таких же зубастых конкурентов. А новообретенный «сынуля» полетит медленнее и по другому маршруту. Под конвоем и на его корабле, как и было задумано

— Сейчас мне нужно забрать кое-что с яхты и отдать необходимые распоряжения, — сказал он.

— Хорошо. Встретимся через полчаса на посадочной площадке, — по-человечески кивнул Вразаан.

— Договорились, — кивнул князь и направился к своей яхте.

Гостеприимство? Да какое-то оно довольно своеобразное, как я его нахожу. Нет, каюта, куда меня поместил папа была шикарной, чуть ли не круче его собственной. Эти апартаменты предназначались для высоких гостей обоих полов — в зависимости от того, собирался ли папа кататься по делам, или по б… бизнес-необходимости. Я уже участвовал в деловых переговорах на борту «Стрелы», как официально называлось это суденышко, превращающееся иногда в шмаровоз.

Что? Маленькое? Ну это как посудить. Если за основу был взят имперский корвет с верфей «Орлофф шипьярд», то не такое уж и маленькое. От корвета остался лишь несущий каркас и вооружение, остальное было даже усилено — реактор, генератор защитного поля и все движки от крейсера, машинерия от фрегата-«призрака». А каюты от самого шикарного лайнера. Вот такой вот бизнес-джет, на котором рассекал папаша по галактике в случае крайней необходимости, когда куш соответствовал затратам. Или дело было деликатным. Или все разом, как сейчас.

А вот сейчас… Да, это я отвлекся, рассказывая про утлое суденышко, на котором я был, увы, пленником. По крайней мере, попытку выйти из каюты пресекали на корню.

Сначала я попробовал выйти, нажав кнопку открытия на пульте у двери. Кнопка отозвалась красным светом и возмущенным двойным сигналом. Я еще раз нажал — то же, вид сбоку. Ладно, нажмем теперь вызов стюарда. Пикнуло благосклонно, и кнопка засветилась зеленым.

Через полминуты дверь открылась. Только вот за ней был ни хрена не стюард.

— Вы что-то хотели, господин хороший?

Ну ничего себе обращение от Степана, личного телохранителя папы, громилы и любителя изящных искусств. Вот такой вот сюр…

— Степан, ты что, меня не признал? Это же я, Феликс!

Он осмотрел меня с ног до головы.

— Вы не Феликс, — отрубил он. — Феликс мертв. Кто вы, занявший его тело, я не знаю.

— Могу я выйти, прогуляться, ноги размять?

— Нет, — опять отрубил он. — Доступ запрещен.

— А если я все-таки попытаюсь выйти? — нахально заявил я. — Ударишь?

Вместо ответа он положил руку на рукоятку станнера.

— Что-то еще? — враждебно сказал он.

— Н-нет… — промямлил я.

Дверь опять поехала вбок и закрылась.

Меня просто взбесила ситуация. Понятно, что «папаша» решил подстраховаться, не зная, что от меня можно ожидать. Ну ничего, появится — все выскажу!

Ждать пришлось недолго. Он прилетел какой-то взмыленный, в спешке.

— Значит, так, — указующий перст его уперся в меня. — Я отбываю отдельно, а тебя охрана доставит в наш орбитал, «Орлиное гнездо» на орбите Пэри. Ну да ты помнишь…

И он пристально посмотрел на меня, ожидая реакции. Видимо, хотел выяснить, что я помню, а что нет.

— Это где ты пытался завалить начальницу лаборатории «Даждьбог» графиню Черскую, но был настолько пьян, что у тебя ничего не получилось? — мило проворковал я, не спуская с него взгляда. — Как же, помню. Ты нажра…

— Хватит! — рявкнул багровый папа. — Значит, память моего сына частично восстановилась. Вот и хорошо, Ее Сиятельство как раз ждёт тебя для полного и детального обследования.

— Не хочу! — заявил я.

— А кто тебя спрашивать будет? — рыкнул он.

Хорошо хоть слово «свинья» пропустил, а то прямо анекдот про Винни и Пятачка получился бы.

— Ну хоть из каюты можно выйти? — намеренно жалобно спросил я. — Сколько можно сидеть взаперти?

— Пока считай себя под домашним арестом, — сказал он. — Сам понимаешь, почему. Охрана дан приказ держать тебя внутри и оглушить при попытке покинуть каюту. Ну, а если ты знаешь, на что они способны, то свои возможности применить не рискнешь.

Это уж точно. Тот же Степан превосходил меня настолько, что даже неудобно как-то и говорить. Я бы действительно не рискнул бы с ним встать на татами.

— Потом я сам прибуду в лабораторию, поговорю с графиней о результатах твоего обследования, и мы решим, что с тобой делать.

— «Железная маска»? — решил уточнить я.

— Тюрьма? Зачем? — усмехнулся князь. — Частная психиатрическая лечебница на одном из наших орбиталов. Где ты вполне свободно сможешь рассказывать, кто ты и что с тобой случилось. А ласковые санитары тебя внимательно выслушают и вколят тебе аминазин. И будешь ты тихо и спокойно пускать слюни и мычать. Понятно?

— Спасибо за откровенность, — сказал я.

Действительно, спасибо — я не покривил душой. Знание планов противника — главное. В дурку решил закатать? Ладно, сам виноват.

— Так что счастливо оставаться, встретимся на Пэри. А у меня дела, извини, — папаша отсалютовал двумя пальцами и увеялся, оставив меня в состоянии задумчивости.

А подумать было о чем. Значит, игра в хорошего и благородного наследника отменяется. Раз тут изначально ко мне относятся как к кукле, а теперь еще и это? А что, удобно — наследник в секретной дурке, если надо предъявить — отмоют от соплей и дерьма, представят перед камерой, заставят вякнуть что-то типа «Попка дурак, слава Империи!» и потом опять закроют на неопределенный срок до следующего раза. Бр-р, да даже в тюрьме лучше, чем жизнь овоща на грядке, которого санитары поливают из своих леек!

Решение одно — валить. В значении «бежать». А вот если попробуют помешать — тогда пущу в ход другое значение. Зря, что ли, меня этому учили в двух мирах? И тут даже не сумма величин получается, а их произведение.

Надо выбирать момент, когда я это сделаю. И, главное, как? На борту остаются два охранника в собственном соку — Степан да Семен. Три «эс», как называл их папа. Хорошо, что третий, Сергей, приболел как раз перед поездкой. Хотя мне и двух оставшихся хватит.

Сейчас бежать не вариант — чужая планета, да еще и даймоны, связанные с папой союзными обязательствами. Значит, до гипера — никак. В конечной точке назначения — тоже, проще из острога бежать. Остается — по маршруту следования. Не знаю, сколько остановок по пути, но, если хорошо прикинуть, их должно быть три или четыре. Кораблю приходится корректировать курс, вываливаясь из гипера в пространство обычное. А то вот так вот промахнешься при длинном прыжке и окажешься внутри чьего-нибудь солнца. Пичалька, да.

Значит, при одном выходе из гипера. Или в гипере, а там уже сообразим. Остался са-авсем маленький вопрос — как избавиться от охранников? Два амбала — не, не тупых, далеко нет, папа дураков не держит — которые преданы папе со всеми потрохами и боевая подготовка у которых на уровне «бог»? Нет, папа не стал в свое время в личную охрану брать отставников-спецов, взял эту тройку витязей из воспитанников волхвов. Потому что цели спеца и телохранителя различаются — первый избегает пуль, а второй их ловит, закрывая собой принципала. Как-то так.

Но вот проблема так не решается. По-хорошему меня не выпустят, а валить их я не готов. Да и оружия никакого нет — еду мне еще не подавали, но, вангую, вилки и ножи будут пластиковые. Значит, придется что-нибудь тут разобрать, чтобы использовать, как оружие.

Мои мысли прервало ощущение движения. Как ни старались внутренние гравикомпенсаторы, ускорение я чувствовал. Корабль взлетел и двинул за атмосферу — джамперы категорически не рекомендовалось использовать на планете, только что на враждебной. Которой вырожденный вакуум не повредит.

Минут через пять, я услышал знакомый свист и через тело словно бы прошла тугая волна — мы вышли в гипер. Теперь оставалось лишь ждать подходящего момента и соответственно вооружиться.