Пять масок тьмы - Гаглоев Евгений Фронтикович

– Мам, погоди. – Женя вскинула руки, останавливая маму. – Я очень за тебя рада, правда. Никто не заслуживает этого так, как ты. – У матери никогда не было романтических отношений, она всю себя посвятила дому и работе. – Я буду только рада с ним познакомиться. Ну вот теперь понятно, к чему все эти пирожки и оладьи. Так и знала, что это неспроста!

Мама смущенно улыбнулась.

– Приводи его, как только будешь готова, – рассмеялась Женя. Она быстро допила чай и схватила с блюда несколько пирожков. – Это возьму с собой, угощу Сашку. Ну и… это… Позже расскажешь мне все подробности!

Она чмокнула мать в щеку и побежала к себе одеваться. София с улыбкой посмотрела ей вслед.

Женя и Сашка жили далековато друг от друга, поэтому у них не было возможности встречаться по дороге в школу, как у многих других ребят. Женя всегда ходила пешком, и ей это нравилось. За полчаса она успевала окончательно проснуться, повторить в уме выученные уроки и поразмышлять о чем-то своем.

Сейчас девушка думала о телефоне деда, который по-прежнему носила с собой. Странно, что никто о нем не вспомнил. Видимо, у Инессы хватало других забот, а мама подобными вещами не интересовалась вовсе. Особенно теперь, когда у нее внезапно появился поклонник.

Женя уже несколько раз листала телефон, но пока не нашла там ничего интересного. Память мобильника заполняли текстовые документы, таблицы, всевозможные фотографии.

В отдельной папке лежали детские фотографии Жени. Когда она их обнаружила, у нее что-то сжалось в груди и на глазах выступили слезы. Девушка не помнила этих снимков, на них она была совсем крохой. Рядом всегда стояла мама, такая молодая и красивая. Дедушка в то время был очень обижен на Софию, но все-таки собирал и хранил фотографии любимой внучки.

Интересно, почему он попросил сберечь телефон? Что там было такого? Пока Женя изучала чаты и папки, несколько раз звонили. Видимо, какие-то знакомые и партнеры по бизнесу, которые не в курсе событий. Жене даже пришлось убрать звук, чтобы не услышала мама. Если учесть, что вместо стандартной мелодии дедушка установил сумрачный «Полет валькирий» Рихарда Вагнера, – это было очень разумно. Женя и сама вздрагивала каждый раз, когда телефон выдавал грозные аккорды.

На первых двух уроках была физкультура. Занятия проходили на школьном стадионе, залитом солнечным светом. Физрук Михаил Федорович объединил оба одиннадцатых класса и заставил ребят сдавать последние нормативы. Учащиеся пыхтели, потели и тихонько возмущались, а физрук лишь посмеивался над их страданиями.

– Скоро вы покинете эти стены, жалкие слабаки и слабачки! – приговаривал Михаил Федорович. – А я хочу, чтобы вы меня надолго запомнили. На всю оставшуюся жизнь.

– Уж мы запомним, не сомневайтесь, – пропыхтел, спотыкаясь на беговой дорожке, Артем Бирюков, симпатичный кудрявый блондин из параллельного класса. – Да чтобы я еще хоть раз пришел на стадион!

Рядом с ним бежал, посмеиваясь, Игорь Лужецкий. Женя следовала за мальчишками. В отличие от изнемогающего Бирюкова, высокий и стройный Игорь двигался без малейших усилий. Он профессионально занимался волейболом, даже ездил на соревнования со своей командой, вот и был таким выносливым. Но остальные ребята тоже отдувались и обливались потом.

Женя уже успела пожалеть, что от стрелков требовались лишь зоркий глаз и твердая рука. Поэтому хоть она и занимала призовые места в спортивных состязаниях, но до Лужецкого сильно недотягивала.

Артем Бирюков снова споткнулся и рухнул навзничь. Игорь мгновенно притормозил, чтобы не наступить на него, а вот Женя не успела сориентироваться. Врезалась в него сзади с разбегу и сшибла с ног. Оба свалились на Артема.

– Ну все, – жалобно просипел Бирюков. – Кажется, я свое отбегал.

– Да ладно тебе, – хихикнул Игорь, потирая ушибленное колено. – Не так уж много я вешу.

– Мне лучше знать, – буркнул Артем. – Свалились-то на меня! И на вашем месте, свиные туши, я бы сел на диету!

– Прости, пожалуйста, – смутилась Женя, все еще лежа на широкой спине Лужецкого. – Я не нарочно…

Игорь ловко выскользнул из-под нее, а затем подал руку и помог подняться. Он был почти на голову выше Жени.

– Да мы сами виноваты, – хмыкнул Лужецкий. – Особенно этот. Вечно падает не вовремя!

И он легонько пнул ногой растянувшегося на дорожке Артема, который явно не спешил вставать. Бирюков громко ойкнул.

– В следующий раз оповещу вас заранее, – пообещал он.

– А ты новенькая? – поинтересовался Игорь.

– Ты дурак, что ли? – пропыхтел Артем, наконец поднимаясь. – Она уже второй год в нашей школе учится.

– Правда? – удивился Лужецкий. – Я с этими соревнованиями и факультативами как-то немного выпал из жизни…

Женя вдруг заметила, что у него красивые глаза. И он все еще держал ее за руку. Ситуация становилась неловкой, нужно было что-то сказать или сделать. Только что? Сашка бы мигом сориентировалась, но у Жени не было опыта в подобных делах.

– Да у спортсменов вообще мозги плохо работают, – отметил Бирюков. – Весь ресурс расходуется исключительно на рост мышечной массы.

– Сейчас еще получишь, – беззлобно пообещал ему Игорь, не сводя глаз с Жени.

– Вы чего там встали? – раздался сзади крик Михаила Федоровича. – Опять Бирюкова ноги не держат? Живо бежим дальше, а иначе будете досдавать нормативы после уроков!

Физрук подкрепил угрозу громкой трелью свистка. Игорь, встрепенувшись, выпустил Женину руку. Девушка облегченно вздохнула, Артем пробурчал что-то неразборчивое, и они продолжили бег. До окончания экзекуции оставалось еще три круга.

К своему удивлению, Женя закончила не самой последней. Некоторые еще только начинали последний круг, а она уже сошла с беговой дорожки и присела на нижнюю скамейку трибуны, чтобы немного отдышаться.

Неподалеку кучковались члены школьной редколлегии. Бойкая рыжеволосая толстушка Ирина Клепцова гневно что-то выговаривала Никите Легостаеву, слушающему ее с самым невозмутимым видом. С ними сидело еще трое девчонок из параллельного; кажется, их звали Лариса, Алена и Вероника.

Женя часто видела эту компанию на переменах. Каждую неделю по средам в коридорах раздавали очередной выпуск школьной газеты с последними новостями, и, к Жениному удивлению, ученики бойко расхватывали свежие экземпляры. Кроме того, ребята постоянно выкладывали статьи и видеоролики на сайте школы и в соцсетях.

Вскоре к редколлегии присоединился Артем Бирюков. Он практически вполз на трибуну на карачках, обессиленно рухнул на скамейку рядом с Клепцовой, вытянулся на спине и прикрыл глаза правой рукой.

Ребята оживленно болтали, не замечая Женю, сидящую поблизости. Все, кроме Легостаева. Никита сидел молча, то поглядывая в ее сторону, то наблюдая за другими школьниками, бегающими по дорожкам стадиона. Женя невольно начала прислушиваться к разговору, но тут на скамейку рядом с ней плюхнулась Катя Державина.

– Фу, – выдохнула она, вытирая пот со лба. – Отстрелялась! Надеюсь, это были последние нормативы. Все мышцы болят.

– Ты же в цирке выступаешь, – удивилась Женя. – Я думала, с твоей физической подготовкой не трудно сделать десять кругов по стадиону.

Державина действительно работала в небольшом частном цирке, принадлежащем ее семье. Она занималась фехтованием и акробатикой, и Женя просто не представляла, как девчонка умудряется совмещать репетиции и выступления с подготовкой к выпускным экзаменам.

– Бег всегда давался мне с трудом, – выдохнула Катерина. – Другие группы мышц работают. Кстати, я видела, как ты втреска… врезалась в Игоря Лужецкого. Не ушиблась?

– К счастью, я упала на него! – рассмеялась Женя. – Кстати, в него легко втрескаться. Он очень… приятный. Но заметил меня впервые за два года.

– Приятный, верно, – кивнула Катерина. – И кажется, ни с кем не встречается.

– Откуда такая информация?

– Только не считай меня сплетницей, – улыбнулась Катя. – Просто Алена недавно пыталась нас свести, а я отказалась.