Дампир. Компиляция (СИ) - Хенди Барб

В начале трапа незамедлительно появилась третья фигура. Эта была гораздо выше человека, как Малец по сравнению с волком. Длинные, жесткие, до белизны светлые волосы были прорезаны серыми полосами — признак возраста у Ан`Кроан. Он был очень смуглый, с морщинами в уголках рта и больших янтарных глаз. Но особенностью, которая выделялась больше всего, были четыре белых шрама, будто бы от когтей, бегущих под углом вниз ото лба, через одну высокую перистую бровь, чтобы перескочить через правый глаз и достигнуть скулы.

Ни Магьер, ни Лисил не могли произнести его полное имя. Поэтому они просто сократили его до «Бротан».

Среди анмаглаков, касты убийц, которые рассматривали себя в качестве защитников Ан`Кроан, он был одним из редких «держателей теней». Это были мастера навыков и путей касты. Такой была и умершая бабушка Лисила, которою он никогда не видел. Но Бротан больше не носил одежду своей касты: серо-зеленый плащ с капюшоном, штаны и сапоги. Вместо этого капюшон его темного шерстяного дорожного плаща был отброшен на кожаную куртку — ещё более человеческая одежда, чем у Леанальхам. Но у смены одеяния была своя причина.

Бротан воевал с собственной кастой, но для Магьер он оставался анмаглаком. Это было столь же постоянно, как шрамы на его лице. Она глянула на Лисила. Лицо ее мужа напряглось при виде мастера-анмаглака, который все еще путешествовал с ними. Ненависть на лице Лисила была ясной, холодной и целенаправленной, поскольку Бротан когда-то обманул его, заставив убить военачальника и самозваного монарха. Это разожгло войну на родине Лисила.

Леанальхам начала торопливо спускаться по трапу, и ее слишком длинная юбка дико вихрилась при каждом шаге ее узких ног.

— Не спеши, — произнесла Магьер. — Мы пока никуда не идем. Леанальхам, помедленней!

Малец, предупреждая, раздраженно фыркнул и ринулся за девушкой. Следующий поспешный шаг Леанальхам пришелся на передний край подола ее юбки, и она пошатнулась.

— Ой-ой! — пискнула она.

Малец быстро сцапал ее юбку сзади и плотно встал на все четыре лапы. Но это лишь заставило ее зашататься сильнее, и его когти заскрежетали по древесине трапа. Сумка Леанальхам соскользнула с ее плеча.

Магьер тронулась к ним с основания пандуса, а Бротан двинулся вниз за спустившимся Мальцом. Едва с плеча Лисила соскользнул сундук, как Леанальхам снова вскрикнула:

О, нет-нет, маджай-хи!

Глаза Лисила широко открылись, когда он увидел летящую сумку Леанальхам, которая секундой позже ударила его в живот. Закрыв рот, он бросил сундук и обхватил сумку, и лишь тогда понял свою ошибку. Юбка Леанальхам порвалась в зубах Мальца, и она, ненадолго задержавшись, качнулась головой вниз с пандуса. Малец кувыркнулся назад с обрывками ткани в зубах и попытался встать на ноги. Бротан подхватил Мальца сзади, но пёс огрызнулся на него: неприязнь Мальца к «держателю теней» была в два раза сильнее Лисиловой. Магьер попыталась добраться до Леанальхам прежде, чем…

Девушка врезалась лицом в сумку, которою Лисил сжимал на уровне своего желудка.

Рот Лисила тихо приоткрылся, а его смуглая кожа явственно побледнела. И он, и Леанальхам свалились назад себя, и Магьер отшатнулась от соединения крутящихся рук и сумок. Она схватила плащ девушки, но два ее запутавшихся товарища внезапно остановились рядом с большой, закутанной в меха громадиной.

Большие руки крупного нортландера под мышками Лисила помешали ему упасть назад себя. Леанальхам соскользнула с сумки и упал лицом вниз на ноги Лисила.

Все вокруг остановились и смотрели на них.

Леанальхам перевернулась, держа нос одной рукой, и застонала.

Независимо от того, что она проворчала на эльфийском, звучало это очень сердито — ей наверняка было больно. Прежде чем Магьер смогла помочь девушке встать, Лисил испустил булькающий стон и зажал рукой рот. Сквозь его пальцы послышались приглушенные звуки отрыжки, и большой нортландлец отпустил его.

Спиной Лисил упал на док. Он мгновенно вскочил на четвереньки у тяжелых ботинок большого мужчины и направился к дальней кромке дока. Моряк, сматывающий канат, сидя спиной к бочке, подтянул под себя ноги, а Лисил перевесился головой через край.

Проблема заключалась в том, что из-за своей морской болезни он еще ничего не ел в этот день. Звук безрезультатных рвотных позывов заставил перевернуться и желудок Магьер, а остальные продолжали бросать взгляды на нее и ее спутников. Все пятеро из них покинули свои родные земли и пересекли океан, а затем континент, разными путями прошли полмира, и им нужно было выполнить свою задачу как можно тише.

Снова нужно незаметно было пройти дальше.

Магьер разрывалась между желанием помочь или Лисилу, или Леанальхам. Девушка приподнялась, на глазах её выступили слёзы, она опустила нос, и Магьер потянулся к ней первой.

— Амагук! — прорычал кто-то низким голосом, как кричали бы предупреждение.

Магьер заметила, что одетый в меха нортландец достаёт свой меч. Его испуганные глаза смотрели на Мальца, пока пёс сходил с трапа корабля… с куском юбки Леанальхам в зубах.

— Подождите, остановитесь! — вскликнула Магьер, пытаясь привлечь внимание нортландца.

Крупный мужчина схватил запястье Леанальхам и, подняв ее одной рукой, увлек за свою спину. Магьер положила одну руку на рукоять своей сабли, а вторую подняла перед ним, ладонью наружу.

— Нет! — рявкнула она, указывая на Мальца, а затем на себя. — Это — питомец. Мой. Домашнее животное.

Здоровяк застыл, следя за нею с сомнительной хмуростью. Он наморщил нос, будто испытывал зуд, а его темные глаза смотрели за ее спину.

— Это… питомец?

Тут же Магьер передернуло от сломанных слов, звучащих в ее мыслях. Они принадлежали двум разным голосам, отдельные слова были украдены из старых воспоминаний где-то в ее голове и вытолкнуты вперед в ее осознание. И позади слышалось рычание.

«Я… не… питомец…»

Не было никакого намека на предупреждения в тех словах в ее голове, но в рычании Мальца оно было. До недавнего времени он всегда общался с нею и Лисилом, вызывая любое из их воспоминаний, которое он видел по крайней мере один раз. Это был его уникальный талант, как Стихийного Духа, родившегося в теле потомка духорожденных. Через обрывки собственных воспоминаний человека, призванных обратно, он делал свои мысли и команды достаточно ясными… или манипулировал теми, кто не знал этого.

А потом Винн научила Мальца новому трюку.

Маленькая Хранительница и ее своенравная маджай-хи-опекун — Тень, дочь Мальца, — научила Мальца, как изолировать произносимые слова в воспоминаниях. Таким способом, естественно, он мог сделать смысл более ясным. Однако это новое «умение» было раздражающим, потому что Малец еще не был хорош в нем. Как правило, вместе с этими словами из памяти возникал мерцающий вихрь, высвечивая изображения из прошлого, потому что Малец не мог пока отделять только слова.

— Не сейчас! — приказала Магьер, оглянувшись на него через плечо.

Малец прижал уши. Он оскалился, и большинство обрывков юбки Леанальхам выпало из зубов. Магьер услышала, как здоровяк-нортландец внезапно сдвинулся с места.

— Леанальхам! — резко крикнула она.

Девушка выглянула из-за толстых ног нортландца.

— У нас есть веревка? — спросил Магьер более спокойно.

Леанальхам кивнула, шаря по длинной плетеной веревке вокруг своей талии. Это снова вызвало рычание Мальца.

Магьер не стала бы проделывать с ним эту процедуру, но после глупого инцидента в Колм-Ситте, когда толпа погнала «дикого волка» по улицам, она не могла позволить этому произойти снова. В отличие от других мест, где они были, дикое животное в цивилизации привлекало слишком много внимания.

Крутя веревку в руках, Леанальхам замялась. Малец все еще рычал, приводя в смятение всех вокруг, и девушка горестно глянула на Магьер.

Как и у Лисила, внешний вид Леанальхам был уникальным. Хотя она была только на четверть человек, в ее внешности это проявилось намного сильнее, чем в его. Вместо светлых, почти белых, ее волосы были чуть ли не каштановыми.