Дампир. Компиляция (СИ) - Хенди Барб

Малец увидел Лисила, который пытался добраться до него, но тот сильно хромал.

Лисил был за ним или вне пределов его видимости с того момента, как они шли за Кваххаром в последний коридор. Лисил должен был быть ранен в столкновении с тремя слугами. Все больше крови просачивалось через пальцы, сжимающие его раненную руку.

Малец поднялся; пещера по-прежнему выглядела размытой и колеблющейся от звона в его голове. Когда он шагнул вперед, чтобы встать между Лисилом и древним немертвым…

Магьер низко взмахнула мечом, когда Кваххар попытался подойти к ней. Он легко уклонился от дуги, описанной тяжёлым лезвием, словно лед под его босыми ногами был грубым камнем.

Меч четко опустился, и Кваххар уклонился. Магьер последовала за ним, стремясь нанести удар кинжалом Хейнас.

Малец смог только услышать свист в холодной воздухе. Каждый взмах этого клинка из белого металла превращали его в черный, и тонкая нить шва по центру, казалось, загорается оранжево-красным цветом.

Кваххар не обратил внимание на белый клинок, зажав его пальцами, и потянулся к горлу Магьер.

Острая грань клинка прорезала его ключицу и пошла вниз по ребрам.

Его крик заглушил шелестящий звук разрываемой плоти. Дым поднимался к его лицу и глазам от дорожки, проложенной кинжалом, когда Магьер выдернула кинжал. Но она не ударила снова.

Малец обежал Лисила, когда Кваххар, шатаясь, шагнул назад, а Магьер выбросила вперед ногу. Ее ботинок ударил прямо в обожженную грудь Кваххара, и с криком боли он, ковыляя, отправился к краю платформы.

Магьер не последовала за своей жертвой, и прежде, чем она крикнула: «Бегите!», Малец уже знал, что они должны были сделать.

У них уже был один шар, который нужно увезти отсюда; они должны были отказаться от мысли захватить второй. Магьер вцепилась в спину пальто Лисила, и Малец свернул в сторону, поскальзываясь в туннеле, который привел их сюда.

Если слуги Кваххара где-то поблизости, он не позволит им захватить Магьер и Лисила на узких мостках. Достигнув уступа, он остановился на полпути к входу в туннель и следил за ним, пока его товарищи не достигли его. Когда это произошло, он бросился вперед, часто оглядываясь.

Лисил убрал в ножны оба листовидных клинка, или Магьер сделала это за него. Он пытался прижать разорванный рукав к руке, но споткнулся и захромал, когда Магьер потянула его за собой. В свете все еще горящего амулета тонкий след крови отмечал весь его путь на льду.

Лисил терял слишком много крови. Скоро холод доберется до него прежде, чем это сделает потеря крови, и убьет его. Но даже паникую, Малец не мог остановиться сейчас.

Когда он добрался до пересечения проходов, там никого не было. Вместо облегчения, его паника усилилась. Где тогда слуги Кваххара?

Малец заглянул во все ходы, а затем направился в туннель, ведущий наружу. Отдающийся эхом вой ярости донесся оттуда, откуда он пришел, и Малец развернулся.

Кваххар не упал в пропасть.

— Иди! — приказала Магьер, толкая Лисила вперед.

Лисил отпустил раненную руку и схватился за листовидный клинок окровавленными пальцами. Магьер ударила его по руке.

— Нет! — прошипел он. — Я не уйду!

Из-за изменившихся зубов все, что она попыталась сказать ему, перешло и рычащий визг.

Мальцу была противна сама мысль оставить ее прикрывать путь к отступлению, но он не имели ни малейшего понятия, что стало с их собственным шаром. Схватив зубами спинку шубы Лисила, он вызвал в его памяти образ шара на санях.

Лисил попятился, практически упал на спину, и Малец поспешил убраться с дороги. Когда Лисил выпрямился, Малец увидел Кваххара, выходящего из туннеля позади них.

Магьер обернулась и бросилась в устье туннеля.

Малец гавкнул на Лисила один раз, прежде чем броситься в другой туннель. На пути к внешнему миру он слышал, как Лисил пытается его догнать, но по крайней мере он послушался и пошел за ним. Этого не было, пока Малец не достиг покрытого снегом склона, но он был уверен в том, что видел.

На бесконечной белой равнине то, что раньше было санями, было всего лишь темно-красным пятном, практически черным в холодно сумраке. Пробегая по снегу, он заметил первый труп.

Собаки были мертвы, их тела были разорваны в клочья. Он нигде не видел Тийквага, а одна из слуг Кваххара — женщина — снимала шар с саней. Двое других показались из-за саней, и Малец понял, что их проводник погиб, как и собачья упряжка.

Все три немертвых были перепачканы кровью, уже замерзшей на их лицах, руках и телах. Все трое повернули головы и уставились на него.

Визгливый крик разнесся по равнине из-за спины Мальца.

Либо Магьер, либо Кваххар вышли из скалы, и за голосом Магьер последовал еще один. Оба все-таки выжили.

Малец не мог смотреть назад, даже на Лисила, и сконцентрировался на немертвой женщине, бросившись вперед. Она просто упала на грудь и приготовилась встретить его атаку.

У него был только один шанс, только один способ забрать по крайней мере две из этих вещей с собой. Однажды он уже делал нечто отчаянное, когда на них напали одичавшие немертвые в замке с шестью башнями.

Он даст этим троим то, чем они смогут питаться.

Когда Малец бросился вперед, он призвал Воздух от ветра, Воду изо льда, Землю из-под корки равнины и Огонь от тепла собственного тела. Он смешал все это со своим собственным Духом, включенным в элементы бытия, как и у всех его собратьев — духов — созданный для того, чтобы они не блуждали в вечной пустоте.

Только Винн с ее магическим зрением смогла бы увидеть линии, сине-белым паром мелькающие внутри его тела, словно призрачный огонь. Малец отбросил печальные мысли, что может никогда не увидеть ее больше, и бросился на немертвых.

Она только споткнулась вместо того, чтобы упасть. Царапая и хватаясь за любую часть ее тела, до которой мог дотянуться, Малец, наконец, сомкнул челюсти на ее плече. Он вонзил свои зубы глубоко, до кости, и она закричала.

Меч Магьер был единственным оружием, который мог причинить немертвым столько же боли, сколько его зубы и когти. Он не разжимал хватку, даже когда едкая маслянистая черная жидкость просочилась в его пасть. Она пыталась оторвать его от себя, но он не уступал.

Ее жуткий визг оглушил его, пока она била и рвала на части мех, обернутый вокруг его тела. Резкая вонь ее страха все сгущалась, пока он не вогнал ее в крайнее отчаяние.

Зубы — клыки — резко прошли сквозь мех и кожу у основания его шеи.

От боли мир расплылся перед его глазами. Всего через два вздоха после нападения он начал падать. Слабость заставила его повалиться на женщину, и ее зубы исчезли с ее шеи. Она содрогнулась в конвульсиях под ним, и, все еще в полубреду, он оторвался от нее. Два других вампира были рядом — и они мчались к нему.

Малец споткнулся, когда увидел их, несущихся к нему.

Лисил ударил прямо атакующего Мальца. Оба покатились по равнине, разбрасывая снег и лед.

Малец обернулся и заметил третью нежить, бросившуюся на него сзади из-за саней. Взгляд нежити быстро изменился, когда он взглянул на женщину. Малец уже знал, что увидел мужчина.

Темные линии паутинкой уже начали расползаться под ее кожей, разрывая кожу и превращаясь в трещины, кровоточащие черной жидкостью. Глаза и уши тоже скоро начнут кровоточить, пропитывая снег черной масляной краской. Малец слышал ее последний крик, и звук волочения по снегу прекратился.

Ни один немертвый не мог выжить, когда духи проникали в их плоть. В нем было больше жизни, чем они могли потребить — но это дорого стоило ему. Из-за слабости холод проникал в его тело.

Третий немертвый перевел взгляд на Мальца — а потом вздрогнул и напрягся. Он смотрел не на Мальца… а за ним. Его глаза расширились, вместе с его ртом, покрытым кровавой коркой, и он отступил назад.

Малец рискнул бросить один взгляд назад, когда бросился на противника Лисила.

Магьер и Кваххар стояли прямо над частями собак. Она обронила свой меч где-то по дороге, и они шли друг на друга с пустыми руками, крича и крадясь.