Озадаченный таким поворотом событий, Бротандуивэ изучающее посмотрел на нее.
— Я пришел за журналом, но провалил миссию, и, зная, что он использует его против нас… да.
Он все еще был ошеломлен видом Сердце-Корня, закрывающегося перед ним.
Куиринейна попыталась сесть, и ему практически удалось остановить ее. Все, что ей удалось, это приподняться и зарыться в плащ. Когда она вытащила руку и снова откинулась, она протянула ему нечто.
Это был журнал, и за свою долгую жизнь он редко бывал в таком удивлении, что потерял дар речи.
— Как… откуда?
— От Джуаниарэ, — сказала она. — Я же сказала тебе, что проверила его. Он нес его.
Практически не веря, он потянулся к книге. Она не отпустила его, когда он потянул.
— Я сделала это не для тебя, а для того, кто нес его, — сказала она, а затем отпустила.
Когда он полностью заполучил журнал, он почувствовал небольшую выпуклость в его верхней обложке. Открыв его, он нашел небольшой овальный кусок полированного дерево… слово-древо.
— Ряд мятежников из клана Алачбен присоединился к нам, — сказала она. — Они с нами и до сих пор избегали любых подозрений. Одна из их целителей может сравниться своим мастерством с Глеаннеохкантвы. Как и все в нашей группе, она сделала это из древесины главного дерева в своем селении.
Он сжал слово-древо в руке. В том, что они могли напрямую общаться при необходимости, было некое облегчение.
— Ты и Глеаннеохкантва знали об этом? — спросил он.
У нее хватило такта выдержать паузу, прежде чем сказать.
— Он знал, что лучше держать такую информацию ограниченно, для защиты отдельных группировок, особенно в случае с Алачбен. Из всех оппозиционных группировок только эта не привлекла никакого внимания Вельмидревнего Отче.
Хотя и обеспокоенный этой информацией, Бротандуивэ обратил свои мысли к главному вопросу.
— Ты нашла девушку и позаботилась о ее безопасности?
Наступила очередная пауза.
— Да.
Ее нерешительность указывала на то, что не все пошло по плану.
— Ты виделаУркарасиферина?
— Нет. Его сестра и брат предложили свою помощь. Они приняли девушку без неохоты, но явно дали знать, что мне лучше уйти.
— Почему? — спросил он, а затем, когда она не ответила, продолжил: — Что случилось?
Она внимательно посмотрела на него, и стало ясно, что ответ ее смущает.
— Уркарасиферин не поддерживает ни одну сторону конфликта, — ответила она. — Он не потерпит ни мятежников, ни фанатиков на своей территории. Они приняли меня в клан только потому, что я избавила невинную от гнева ее клана и единственная была к ней терпима.
Бротандуивэ не мог предвидеть значение того, что раскол среди его людей начал проходить все глубже. Возможно, только Куиринейна была достаточно мудра, а он на самом деле был глупцом. Было вполне вероятно, что большинство кланов сейчас обернется против мятежников и фанатиков.
— Послушай меня, — сказал он. — Я знаю нечто большее.
Он рассказал ей все, что увидел и услышал за время двухдневного наблюдения за деревом Вельмидревнего Отче. От того, что она слышала, ее тревога только возрастала.
— Такая большая команда… отправилась за моим сыном! — она поднялась. — Их нужно остановить любой ценой.
Он шагнул в ее сторону, и она напряглась, как будто могла пойти против него. Он вскинул пустые руки.
— Я отправлюсь в Гайне Айджайхе сегодня, — заверил он ее. — Они уже успели далеко уйти и, вероятно, отбудут, прежде чем я доберусь до нашего порта. Но я буду преследовать их… один.
— Нет! И не стой на моем пути!
— Куиринейна!
Хотя у нее не было другого выбора, он знал, что его следующие слова, правда и ложь одновременно, все они должны были удержать ее от той единственной вещи, что была для нее важнее, чем свержение Вельмидревнего Отче.
— Кто-то должен остаться — один анмаглахк должен остаться, чтобы направлять тех, кто останется внутри касты, чтобы привлечь на нашу сторону еще больше мятежников из числа людей.
— Есть и другие! — зарычала она на него и попыталась его обойти. — Главное сейчас мой сын и надежда, что мы возлагали на него.
Бротандуиве не смягчился.
— Анмаглахк убил товарища по касте! И они убили целителя и строителя… старейшину клана. Что подумают те, кто присоединился к нам? Они будут смотреть на любого анмаглахка с подозрением, словно весь мир рухнул. Среди нас есть только один, кому они смогут доверять.
Челюсти Куиринейны клацнули, когда она покачала головой.
— Ты была в заключении десять лет, — продолжил он. — Но даже тогда Отче ничего не добился от тебя… ничего, что позволило бы удержать тебя, когда твой сын вернулся. Ты известна — и уважаема — среди всех нас.
Ее ярость вырывалась наружу в виде тяжелых вдохов и выдохов.
— Ты должна удержать нас всех вместе в мое отсутствие, — прошептал Бротандуивэ, и он смотрел на ее лицо, наблюдая, как слова достигают ее. — Расскажи правдиво о том, что произошло в Койлехкроталле… и почему я сделал то, что сделал.
Дыхание Куиринейны прошелестело между ее стиснутыми зубами. Все это выглядело не так, как должен был принять известие анмаглахк, но в эту ночь он не мог лучше напутствовать ее.
— Ты сможешь связаться со мной в Алачбен, — прошептала она. — Через слово-древо, что теперь у тебя есть.
В благодарности Бротандуивэ кивнул и начал разворачиваться. Рука вцепилась в его руку.
— Найди моего сына — защити его! И если представится шанс, направь его к истинной цели… или все, что здесь произошло, не будет иметь значения.
Бротандуивэ медленно кивнул головой. Затем он развернулся и побежал на север к Гайне Айджайх.
* * *
Стоя на палубе «Королевы Облаков», Бротандуивэ замолчал. Он мог вспомнить малейшую деталь того, что произошло позже, но он больше ничего не сказал. Он не вдавался в подробности своей истории, рассказал только общую суть. Он не сказал ничего конкретного…
Лисил пока не был готов встретиться лицом к лицу со своей судьбой.
— Ты отправил мою мать обратно к своим мятежника? — в шоке спросил Лисил — Ты оставил ее в центре того, что наворотил?
Бротандуивэ не ответил. На бегу к Гайне Айджайхе он искренне надеялся, что весь о его предательстве не достигнет порта до его прибытия.
— Ты оставил ее, — нажимал Лисил, его гнев все возрастал. — В центре гражданской войны… что сам начал!
Бротандуивэ посмотрел на внука Эйллеан.
В ретроспективе, ему было интересно, все ли усилия по подготовке Лисила в тайне, вдали от всех связей, могли служить его истинной цели. Он хотели воспитать кого-то, не лишенного хитрости, без всяческих пристрастий, чтобы он стал необходимым им оружием. Лисил не был таким же профессионалом, как анмаглахк, но был весьма опытен. В отличие от анмаглахка, его разум не был строго контролируемым, был ужасно творческим, непредвзятым и ни к чему не привязанным — каким и должно быть живое оружие.
Бротандуивэ все еще не верил в предзнаменования, знамения и откровения, но он шел самым трудным путем. И возможно, при необходимости, может быть найдено другое оружие.
Шары.
Возможно, оружием, способным убить Древнего Врага, было нечто из его творений. Какие еще причины могли привести сюда Бротандуивэ? Но, когда он посмотрел на Лисила, некая неопределенность мерцала на его тонких чертах. Возможно оружие, что уже было создано, то, что стояло прямо перед ним, должно будет использовать оружие, что еще будет найдено?
Теперь он знал, что ему придется следовать за Магьер, чтобы раздобыть этот артефакт, этот ключ, этот шар. И этого может быть достаточно. С его помощью он мог бы найти путь, чтобы завладеть остальными спрятанными шарами. У него может появиться оружие, чтобы направить Лисила к конечной цели.
— Ну? — потребовал Лисил.
Магьер молчала и просто смотрела, а Малец медленно и угрожающе кружил около Бротандуивэ.
— Твоя мать сильна, — ответил он. — Она нужна там, где сейчас находится. Мы все должны идти своей дорогой, каждый к своей цели.
