Правила волшебной кухни 9 (СИ) - Сапфир Олег

И на чернушек я смотрел теперь не как на аномальную угрозу, а скорее как на наглых соседей, которые заняли тамбур лестничной клетки своим грёбаным велосипедом. Не убивать людей — это норма и она даже не обсуждается. Никогда и ни при каких обстоятельствах. Но с недавних пор мне, получается, и аномальщину трогать жалко.

В целом оно немудрено, поскольку мой окружение теперь внезапно состоит на бОльшую часть из нечисти. Петрович, Женевра, Агуриели, Шон, Конан, Ужас Глубин… всех не перечислить. К тому же, чернушки на полном серьёзе хотели стать шарфами. Ну и как убить такую милоту?

— Маринарыч, — раздалось из-под стола. — Ты опять на синьору Андреа в упор пялишься. Так тебя скоро Юлька ревновать начнёт, да и старушке неловко.

— Отстань, — попросил я.

— О чём думаешь-то? Опять о Римской Империи?

— Петрович, задолбал! Иди уже работай!

Домовой тяжко вздохнул и исчез. Я же вернулся к своим размышлениям: жалко у пчёлки, а проблемы с чернушками в цеху нужно было решать, причём чем быстрее, тем лучше. Три повара на такой гигантский цех — это непозволительное расточительство производственных мощностей. К тому же слепые отгружают коробки, что мне категорически не нравится.

И не мне одному, к слову. Барт уже пожаловался на то, что его помощника на зоне погрузки какой-то теневой молнией шарахнуло, когда он полуфабрикаты забирал. Не критично, конечно, но неприятно. Для меня слишком много ненужных объяснений, а для людей вокруг слишком много ненужных разговоров.

Ладно. Допив кофе, я предупредил Джулию о том, что ухожу, скорее всего, на весь день. Собрался, переоделся в «штатское» и быстрым шагом пересёк часть Дорсодуро, лавируя между толп туристов. И кстати! Толпы туристов в Дорсодуро. Приятно, чёрт возьми.

По дороге заглянув в «Между Булок», я подхватил с собой синьору Паолу вместе с её помощником, и вместе мы отправились в заготовочный цех, проверить как там наши новые сотрудники поживают.

Забегая чуть вперёд — неплохо. Когда я пошёл в цех, картина была не самой обычной. Три слепых повара в идеально-белых колпаках бились в запаре, как в последний раз. Причём… я-то понимаю, что запара была создана искусственно. И сугубо по той простой причине, что они от неё кайфовали. Мария на скорость формовала тесто для пиццы, Джованни рубал лук в промышленных масштабах, а синьор Бастони управлялся сразу же с шестью кастрюлями соусов, не давай подгорать ни одному из них.

Работа, короче говоря, кипела. Тогда я свистом и подманил к себе один из шарфов на серьёзную беседу.

— Вы, конечно, красавцы, — начал я особо не расшаркиваясь. — Но с темнотой надо что-то делать. Давайте-ка убирайте к чёртовой матери самостоятельно.

Тут чернушка перевоплотился из шарфа. Принял свою обычную форму и, как мне показалось, нахмурился.

— Человек, мы так не дого…

— Ты знаешь моё имя, — перебил я.

— Человек, мы…

— Маринари я! Артуро!

— Ну хорошо, — чернушка тряхнул головой. — Маринари, мы так не договаривались. Это наша территория. И напоминаю, что это именно ты на неё самым наглым образом вторгся. Тут решаем мы…

Остальные духи заприметили наш разговор. Думаю, у них сложилось твёрдое ощущение, что это тёрки, и теперь чернушки крепли в убеждении, что на них наехали. Иначе я не могу объяснить тот факт, что они соскочили с шей поваров и начали потихоньку приближаться.

Я же решил не агрессировать в ответ и сперва надавить на жалость.

— Погоди, — улыбнулся я. — Ты кое-что забываешь. У тебя была мечта побыть шарфом, так?

— Так.

— И я выполнил твою мечту. Когда бы ещё тебе пришлось столько времени провести на шее у живого человека? Но теперь хватит. Хорошего понемножку, и пора сворачиваться.

Тени обступили меня со всех сторон, но… не выглядели угрожающими, а скорее растерянными. Первый чернушка так вообще начал медленно уменьшаться в размерах. И окончательно скукожился, когда:

— Он прав, — сказал второй. — Побыть шарфом было забавно. Но это вовсе не то, за что стоит цепляться.

— Мы об этом не мечтали, — добавил третий.

Первый же зашипел на своих друзей и заявил, что:

— Я никуда не уйду!

— Ну отлично, — сказал я. — Давайте я уйду? А заодно уведу отсюда всех людей, и будете вы снова сидеть в одиночестве. Только на сей раз до скончания времён, я уж об этом позабочусь…

Долго ли, коротко ли, но я прожал свою правду.

— Я не прошу вас забиться в подвал, понимаете? Я лишь прошу дозировать энергию. Не превращать цех в логово теней и не пугать моих работников. Прятаться в тени, когда нужно, а когда вы нужно выходить и помогать. А излишки темноты можете сливать ночами, когда цех простаивает.

— А если мы нарушим этот договор?

— Тогда я тоже его нарушу, и посмотрим кому с того станет хуже. Ну так что?

Повисла тишина. Однако тени вокруг нас начали медленно таять, уступая место обычному электрическому свету.

— Договорились…

Обернувшись шарфами, чернушки вернулись на шеи слепых поваров, а я наконец-то смог пригласить внутрь синьору Паолу. А то… неловко получилось — заставлять старушку ждать. Благо не на морозе, а в доках с видом на летнюю венецианскую лагуну, но всё равно.

Итак, зачем мне понадобилась здесь бабушка Джулии? Да всё просто на самом деле: я попросил её познакомиться с нашими новыми поварами, поделиться с ними опытом и хотя бы на какое-то время одолжить им Альфонсо, бригадира домовых из пекарни.

Альфонсо — это вообще отдельный кадр. Домовой нового поколения. Мускулистый, с модельной укладкой бороды и целой сетью татуировок, которые покрывали каждый клочок его тела. Даже на лице, под глазом, было выбито слово… думаю, не нужно говорить какое именно.

— Справитесь? — уточнил я у синьоры Паолы, на что старушка просто отмахнулась и попросила, чтобы я её не обижал. — Отправляйся по своим делам, Артуро, и ни о чём не беспокойся. Мы с Альфонсо наведём здесь порядок.

Что ж! Вот она, живительная сила слова! В итоге всё закончилось хорошо, цех задышал свободней, а главное — теперь он был действительно похож на цех. Настоящий рабочий цех, который может выдавать полуфабрикаты для всей нашей сети. Ещё раз поблагодарив синьору Паолу, — лишним не будет, — я вышел из цеха и направился в сторону сквера.

Казалось бы — зачем? Не знаю. На этот вопрос у меня чёткого ответа нет. Просто захотелось проверить свои новые владения в качестве префекта и проследить за тем, чтобы всё на них было хорошо.

Путь до точки назначения занял не больше получаса. Если узнать район получше, — со всеми его тайными ходами и срезками, — на поверку оказывалось, что Дорсодуро довольно компактный. Это с непривычки тут можно заблудиться, но когда он становится тебе действительно родным…

Ладно, к делу.

Остановившись на краю сквера, я невольно присвистнул. Прогресс, что называется, на лицо. Деревья росли не по дням, а по часам, и назвать их «саженцами» у меня уже язык не поворачивался. Некоторые так вообще вымахали на несколько метров вышину и раскинулись кроной у посетителей над головой. А как же здесь теперь пахло… чем конкретно не скажу, потому что не понимаю. Но факт есть факт — от ароматов у меня аж голова закружилась.

Местные дети с визгом и смехом носились по траве и играли в свой венецианский аналог салочек. Родители тем временем сидели на скамейках, спокойно общались друг с другом, пили кофе и, как мне казалось, совершенно не обращали внимания на стоящие вокруг ароматы.

Ну а по центру сквера, в самой его мякушке, в режиме невидимости караулил леший с ружьём. То есть… это была невидимость не в прямом смысле слова, конечно же. Сальван замаскировался и выглядел теперь, как лимонное дерево, с аккуратно приставленным к стволу ружьишком.

Но меня не обманешь! Своим зрением, доставшимся от города, я видел истину — леший пристально следил за детьми. Ничего не предпринимал по поводу того, что они носятся между его драгоценных деревьев, однако страдал изо всех сил. Мощно страдал. Интенсивно.