— А когда? Пленника скоро отправят в Запретный город. — Магистр открыл передо мной дверь. — Ну же, Астер, не тушуйтесь. Это всего лишь бастард, запертый в клетке.
Мы спустились на первый этаж, вышли на улицу…
Это случилось, когда мы пересекли двор Ордена. Казалось, народу около ристалища только прибавилось. Железная тварь рвала цепь, парни свистели, кто-то махал рубахой, словно флагом. Я увидела, как припавший на одно колено Крис вытирает лицо пригоршней снега, и белая масса окрашивается в алый цвет, значит, он уже выходил против металлического зверя на ученический поединок. Тварь протяжно взвыла, словно дал гудок отплывающий пароход.
Я услышала смех, увидела Этьена с родовым клинком. Рыцарь готовился шагнуть в центр ристалища и лихо улыбался двум девочкам с параллельного потока.
— Он в темнице у рыцарей, — пояснил учитель, отворачиваясь от арены.
А потом произошло сразу две вещи. Первую заметили все, вторую только трое. Мне сложно сказать, какая из них важнее.
Земля под ногами завибрировала и вдруг провалилась вниз, словно корзина дирижабля, попавшая в воздушную яму.
Завизжали девчонки, я, не удержав равновесия, упала в снег. Знаете, когда у вас внезапно пропадает опора, это пугает. Падение Острова длилось всего несколько секунд. Несколько ударов сердца, наполненных паникой и холодом нехорошего предчувствия, а потом Академикум выровнялся, и вибрация исчезла.
— Спокойно! — закричал магистр рыцарей. — Отставить панику! Не в первый раз и не в последний. Ганс, Пьер, помогите упавшим. Льюис, возьми…
Звякнула цепь. Почувствовавшую вместе со всеми опору под ногами железную тварь не интересовало состояние врагов, что приковали ее к позорному столбу и жалили металлическими лезвиями. Она пригнула голову и ринулась к ближайшему ученику. К Этьену. К счастью, тот уже поднялся на ноги и успел выставить вперед клинок из чирийского железа. Он сардонически улыбнулся, предвкушая, как вгонит лезвие в треугольную морду.
— Вставайте, Астер. — Магистр подал мне руку.
Тварь атаковала Этьена. В воздух взвились сразу кнут магистра и клинок ученика. Я еще успела подумать, почему не слышно скрежета, какой издавали звери в Запретном городе. Они скрипели, как паровые телеги с плохо подогнанными деталями, месяц простоявшие под дождем, а эта… Эта была почти бесшумна.
Этьен ударил зверя клинком. Черное железо столкнулось со светлым, и… ничего не произошло. Морда твари не расплавилась. Лезвие с громким «дзанг» отскочило. Зверь мотнул головой, раскрыл пасть, полную острых зубов. Я успела заметить, как оскалился в ответ южанин, словно собирался броситься на зверя, но перед этим противники решили сравнить, у кого острее зубы. Щелкнул кнут, на его конце вспыхнула искра. Зверя отбросило на снег. Магистр опустил плеть.
— Идемте, Астер, — поторопил меня учитель.
Я увидела Криса, который только что помог подняться двум жрицам в алых плащах. Он повернулся. Лицо Оуэна было мрачным. Три взгляда: мой, Этьена и Криса, встретились, словно мы были заговорщиками, словно мы одни знали что-то, недоступное другим. В первый раз Оуэн не отвел взгляда. В первый раз южанин не скорчил брезгливую гримасу.
Крики стали утихать, сменились нервными смешками. Ученики недоуменно озирались, словно спрашивали друг друга: «Что это было?»
— Но…
— Нас трясет с первого дня пребывания на Острове, пора бы уж привыкнуть. Времени нет, Астер, пленника скоро увезут, — перебил магистр.
Он крепко взял меня за руку и почти потащил к зданию Ордена, к его арочным проходам и уводящим вниз ступеням. Я успела обернуться всего раз. Крис и Этьен все еще смотрели мне вслед. Барон задумчиво, словно решал сложную задачу, а вот Этьен зло.
Мы спустились вниз по каменной лестнице.
— Приветствую, смотритель подвалов Райнер, — поздоровался учитель.
— Доброго дня, милорд Виттерн. — Мужчина с колючими серыми глазами поднялся из-за стоящего в каменном мешке стола. — Что там? — Он поднял глаза к потолку. — Насколько все плохо? Есть раненые? Нужна моя помощь?
— Благодарю, все уже под контролем. Как всегда, больше шума, чем урона.
— Тогда чем могу помочь? — Рыцарь оглядел меня с ног до головы, задержался на поясе с ингредиентами, на руке учителя, сжимающей мой локоть, и спросил: — Вы снова к нам в гости, Астер?
— Не… нет, — пискнула я.
— Мы хотим поговорить с пленником.
— А совет Академикума в курсе ваших желаний? — уточнил смотритель подвалов.
— Нет, — честно ответил учитель.
— Хм… Возможно, вам стоит получить разрешение и прийти в более подходящее время.
— Не будет никакого другого времени, его сегодня заберут. Несколько минут. Под мою ответственность, Райнер, — сказал Йен Виттерн, но, увидев, что старый рыцарь колеблется, добавил: — Буду должен. Мы даже не подойдем к решетке.
— Хорошо. Несколько минут, но не проси меня сохранить это в тайне. Если будут спрашивать, я все расскажу.
— Договорились.
Потом была еще одна лестница и колеблющийся свет фонаря. Мы спустились гораздо ниже того уровня, на котором меня держали. Девы, а я еще думала, что оказалась в темнице. Да это апартаменты для учеников, для удобства оборудованные решетками. Темница начиналась намного ниже. Там, где стены сочились влагой, где по коридорам гуляли сквозняки, от которых колебался свет в магических светильниках. Хотя их было всего два. Первый в руках у смотрителя подвала, а второй… Сначала мне показалось, что он висит за углом очередного узкого коридора, но когда мы свернули, я увидела накрытое магическим стеклом пламя, закрепленное под потолком устланной соломой камеры. Увидела решетку. И пленника.
Железнорукий сидел прямо на полу, его левая рука… настоящая, человеческая, была закована в кандалы, тогда как железная лежала на коленях. С момента нашей последней встречи мужчина осунулся, светлая кожа казалась серой, волосы грязными и будто седыми, вот только глаза оставались такими же безумными. Рядом с ним, прямо на соломе, валялась потрепанная книга и стояла плошка с мутной водой. Я сморщила нос: пахло хуже, чем в неубранном стойле на конюшне у папеньки.
— Несколько минут, — сказал смотритель подвалов и, кивнув магистру, скрылся за углом. Эхо его шагов отскочило от стен и стихло.
— У тебя несколько минут, — переадресовал чужие слова учитель и, посмотрев на пленника, тоже скрылся за поворотом, создав иллюзию уединенности. И он, и я знали, что, стоя в двух шагах от камеры, магистр услышит каждое слово.
Альберт рассматривал меня с насмешкой.
— Давно гадал, кого они пошлют, чтобы разговорить меня, — произнес он через несколько минут. — Но не думал, что это будешь ты, девка змеиного рода.
— А почему нет, парень змеиного рода? — ответила я, а он вдруг расхохотался.
— У тебя прорезались зубки. Так и до яда дорастешь, если не прибьют. — Смех оборвался так же резко, как и начался. — Я все равно ничего не скажу. Не трать время. Слышите, вы там? — Он повысил голос. — Чтобы ты ни пыталась узнать по их наущению.
— Почему ты не пришел к нам? Почему не пришел к отцу? — спросила я совсем не то, что интересовало учителя. — Он бы помог тебе.
— Уверена? — Парень шевельнулся, и я увидела, как он похудел. Одежда висела на Альберте, как на голодающем бродяге.
— Нет. Но ты даже не попытался. — Я подошла ближе. — Неужели заражать людей коростой лучше, чем попробовать договориться?
— Да, лучше. — Он встал.
— Ты пытался убить людей! Много людей!
— Я хотел их спасти! Ты все еще не понимаешь. — Альберт покачал головой. — И, наверное, не поймешь. Так будет даже лучше.
Он говорил сам с собой, и я вдруг задумалась: а не сошел ли он с ума? Или я? Или все мы?
— Так объясни… Альберт, — я едва заметно запнулась на его имени. За спиной раздался какой-то шум, но я не стала оборачиваться. — Тебя сегодня отправят к князю, и если тот будет милостив…
— Он даже не знает такого слова. — Железнорукий грустно улыбнулся. — Возвращайтесь к учебникам, леди Астер. — С этими словами он наклонился, поднял растрепанный фолиант, вытянул, насколько позволяла цепь, железную руку и подал книгу мне. — Почитайте на досуге, леди. Уверяю, узнаете много нового.
