Дампир. Компиляция (СИ) - Хенди Барб

— Добрый вечер, верховный премин, — вежливо сказала она, поглаживая спину Тени. — Я странница Винн Хигеорт из нуманского филиала Это необычное животное — Тень, она никому не повредит. Она путешествует со мной для моей защиты, как и другие мои два спутника.

Оба метаолога наблюдали на ней, но она была предметом пристального внимания много раз прежде. Оба были среднего возраста, и скорей всего имели звание Доминов.

— Мы прошли долгий путь, и мы устали, — добавила она. — Если бы мы только могли…

— Почему ты здесь с такой защитой? — Неожиданно спросил Авели-Джама. — Совет вашего филиала не сообщите нам о путешествии.

Ситуация становилась всё страннее и страннее.

— Я была не в курсе, что вас нужно информировать о путешествии, — ответила она, все еще не называя ему реальную причину приезда. В полной тишине, она прислушивалась к звукам позади нее. И Чейн и Оша вели себя тихо.

Авели-Джама покачал головой, отрицая.

— Конечно, нет, — ответил он категорически, как если бы ее комментарий был бессмысленным. "Я имел в виду, что, если бы я был проинформирован, то мог бы ответить с сожалением вашему премину, который мог бы сообщить вам. В это время, вы и ваши товарищи не могут быть размещены здесь из-за последних и непредвиденных проблем с безопасностью. Я сожалею, что вам пришлось преодолеть такой долгий путь, но, пожалуйста, ищите жилье в другом месте".

Не говоря ни слова, верховный премин начал отворачиваться.

Рот Винн начал приоткрываться. Что-то здесь было не так… Тень не могла увидеть никакие воспоминания охранников на воротах, Амели-Джама отказал в приюте путешественнику из другого филилала. В метаологи повернулись следовать за верховным премином, а охранники преградили им путь.

Ее мысли судорожно метались, чтобы сказать, что-то, что возможно, остановит верховного премина на мгновение. Она напряглась, когда рука Чейна опустилась на плечо, потому что она не слышала, как он двигался позади нее.

— Не упоминай… других, — прошептал он на белашскийском.

После момента замешательства, она поняла, что он имел в виду, Магьер, Лисила и Мальца, но она должна была что-то сказать.

— Премин, — крикнула она. — Я пришла, чтобы увидеть домина Гассана иль'Шанка.

Это была последняя тема, на которую она хотела говорить открыто, но это было единственное, что она могла придумать в это мгновение. Она должна была попасть туда и найти Домина.

— Могу ли я, по крайней мере поговорить с ним, — продолжала она, наполовину солгав. — Он был одним из моих наставников, когда посещал Колм-Ситт.

Верховный премин Авели-Джама резко остановился, как и пара метаологов.

Чейн пытался закрыть свой ум от зловония — страха, исходящего от суманских хранителей. Он был настолько сильным, что зверь внутри него, его внутренняя дикая природа, испытывал напряжение. Страх сделал зверя голодным, ему нужна была добыча, и Чейн до боли сжал челюсти.

Когда Винн называла имя иль'Шанк, вонь от хранителей казалось густела.

Чейн боролся, он старался очистить свои мысли, чтобы усмирить рычащего зверя.

Верховный премин развернулся и уставился на Винн. На мгновение, на его морщинистом лице стал очевиден страх, но быстро исчез. Выражение его лица изменилось и стало холодным.

— Почему вы хотите увидеть его? — спросил Авели-Джама с небольшим дрожью в голосе.

Метаологи тоже повернулись, один из них пристально посмотрел на Винн, которая отступила на шаг и наткнулась на Чейна. Другой посмотрел на каждого по очереди.

— Как я уже сказала, — отвечающий голос Винн колебался. — Он был моим учителем во время его пребывания на севере. Я хочу засвидетельствовать ему свое почтение. Это было бы невежливо, проделать весь этот путь и не встретиться с ним.

Холодное выражение Авели-Джама осталось неизменным, хотя его голос стал еще более контролируемым.

— В чем именно заключается ваша миссия здесь странница? — Его взгляд переместился вверх. — Та, которая требует присутствия фехтовальщика и лучника Лхоина.

Верховному премину было необязательно знать, что Оша был эльфом ан'Кроан с восточного континента. Чейн не имел намерения просвещать его, ему было интересно, что ответит Винн. Он отошел в сторону, пытаясь очистить голову снова, чтобы можно было слушать, как премин будет реагировать на следующие слова Винн.

— Нет никакой миссии, премин, — ответила она. — Я просто… путешествую, чтобы узнать о земле и людях, которых я никогда не видела. Во время своего пребывания здесь я не могу увидеть моего старого учителя и поблагодарить его за его доброту? Почему вы заставляете меня быть грубой и не сделать это?

Премин долго изучал ее в тишине, возможно, Винн поймала его в ловушку хороших манер. Его выражение лица осталась, хотя зловоние страха не уменьшалось.

Чейн посмотрел на охранников. За спиной Винн, он медленно потихоньку передвигал свободную руку по направлению к рукоятке меча. Два метаолога беспокоило его больше всего, но если что-нибудь случится, Оша мог отключить по крайней мере одного, а Чейн готовился, чтобы удержать охранников.

— Домин иль'Шанк не в резиденции в настоящее время, — заявил Авели-Джама, — но, так как вы видимо его студент, — он вполоборота взмахнул узкой рукой по направлению к главному зданию с шестью остроконечными вершинами крыш, — возможно, мы можем разместить вас… пока он не возвратиться.

Зверь Чейна осторожно рванулся назад; премин лгал о чем-то.

В прошлом, он и Винн использовали эту его странную особенность. Она задавала вопросы, а за ней, сохраняя свои мысли, он будет сжимать ее плечо, когда зверь насторожился. По какой-то причине его внутренняя природа знала, когда он слышал ложь. Но вопрос и ответ были озвучены расплывчато, чтобы знать, какая часть была ложью.

— Нет, — прошептал он за Винн, слегка сжимая ее плечо. Тогда он заговорил открыто с верховным премином. — Мы не хотим быть обузой и устроимся в городе.

— Нет необходимости для этого, — возразил Авели-Джама. — Странница, пожалуйста, приведите своих товарищей. Мы найдем для вас немного места.

Метаологи смотрели друг на друга. Оба шагнули вперед, женщина встала за премином, а мужчина слева. Двое охранников, ближайшие к каждой боковой колонне шагнули вперед к краю улицы.

Это, возможно, должно было выглядеть, что они сдавали комнату для посетителей, но не для Чейна. Когда Тень заворчала снова, Чейн скользнул свободной рукой позади Винн, чтобы положить ее на рукоять меча.

— Оша? — Прохрипел он, не оглядываясь.

— Да, — твердый ответ пришел Чейну сзади и слева.

Он знал, что Оша наложил стрелу и будет стрелять по левой стороне метаологов первым. Он не любил нападения на хранителей, но здесь была скрытая опасность, да еще Винн стояла впереди.

Чейн аккуратно положил руку на плечо Винн, а левой ногой скользнул назад.

Тень освободилась от руки Винн и стала перед ней.

— Нет необходимости для этого, — настаивал Авели-Джама с оттенком отчаяния. — Если вы будете просто…

Винн бросилась назад, напугав Чейна, но он не сводил глаз с верховного премина. Все четверо охранников достали свои изогнутые мечи. Губы мужчины-метаолога двигались, как будто он говорил, но Чейн ничего не слышал.

— Оша! — Прохрипел он.

— Нет! — Закричал Винн. — Не причиняйте им вред!

Ни одна стрела не ударила по суманским метаологам.

В панике, Чейн замер и не знал, что делать. Он, не колеблясь, чтобы отключить или даже убить вооруженных солдат, таких как городская стража, но ученые другое дело. Предусматривая действия стражи, Тень медленно двигалась вперед, и шерсть на загривке собаки встала дыбом, когда она зарычала.

Чейн собирался начать действовать, когда тот первый охранник остановился, глядя мимо него. Лицо человека озадаченно хмурилось.

— Чейн, пригнись и накройся плащом! — Закричала Винн.

Он чуть повернулся — и тут её посох оказался у его левого бока. Длинный кристалл на навершии был обнаженный, и он выругался.