Объяснил последствия, а дальше все своим умом жить будут. На всю жизнь не назапрещаешься.
– Вот и отлично. Я вам дам книги на неделю, сделаете себе копии.
– Спасибо. Я верну, – пообещала Ирина.
Засядет на ночь на работе и все отснимет. Это дело полезное.
– А пока посмотрим, что не так с вашей подругой. К дверям палаты отойдите.
Ведьма и оборотень переглянулись и послушались. В чужой суп ложками не лезут. А уж в чужую магию – тем более!
Петя выдохнул. Собрался. И…
Никогда Ирина не видела подобного преображениям. Когда они вместе работали, ей не до переглядываний было. А сейчас…
Куда исчез безобидный, в сущности, серый человечишка?
Но блеснули темной прозеленью глаза, скрючились когтями пальцы, и показалось ей – или из-под губ мужчины лезут острые вампирские клыки? Или как-то многовато их для вампира?
Опасность?
Не совсем то слово.
За плечом мужчины словно выросла женщина с косой, сладко улыбнулась… ну, кто ко мне в гости первый? И положила руку на плечо проклятийника, давая свое благословение.
Да, чудо, что Чивилихин вообще выжил. Хотя Петя и работал не в полную силу, это уж наверняка. Зачем ему надрываться?
За идею? Ради личных устремлений?
Это – не то. А уж тем более ради подонков, которые его жену украли…
Мгла сгустилась, обвилась вокруг беспомощной Люси, запустила свои щупальца под одеяло…
И вдруг все кончилось.
Петя съежился, стал меньше ростом, отступил на шаг – и в палату словно бы вернулась жизнь. Зажужжали медицинские приборы, ярко вспыхнули, радуясь свободе, лампочки, даже воздух стал иным. То ли чище, то ли лучше…
А сам проклятийник устало потер руками лицо.
– Не могу. С этим я не справлюсь.
– С чем – с этим?
Ирине было не просто интересно. От этого зависела жизнь ее подруги.
– Подозреваю, что из вашей подруги хотели сделать сосуд.
– Для чего?
– Для вашей магии, Ирочка, для нее.
– Не поняла?
Ирина даже рот открыла от удивления.
– Вы в курсе, что магию можно передать? – прищурился Петя.
– Да. Мне предлагали…
– Только кто-то при этом умрет?
– Ну да.
– А вот теперь представьте. Приходит к вам подруга. И вы рады, вы расслабляетесь, вы можете и не почуять ничего. А она подловит момент и задаст вам ритуальный вопрос.
– Это как?
– Ты отдашь мне свою силу? К примеру… Но можно и другую формулировку подобрать, или просто на японском спросить то же самое.
– А если я ничего не пойму?
– А это неважно, важно согласие.
Ирина хмыкнула.
– В магии достаточно много формализма, – согласился Петя. – Процесс бы в любом случае запустился, тут многокомпонентное заклинание. И сделать из Людмилы… да?
– Да.
– И сделать из Людмилы сосуд, и достаточно покорное существо. Она забирает у вас магию – вы умираете. Она отдает магию – она умирает. И кто-то третий становится ведьмой.
– Козлы.
Кирилл сориентировался первым.
– Почему это нельзя снять? – Ирине было не до оценки действий неизвестных магов. Это уж она потом поругается, а сейчас о деле.
– Сил не хватает, – признался Петя. – Накладывали несколько человек, чтобы с гарантией.
– Я могу помочь?
Ирина даже минуты не колебалась. Если ее подруга из-за нее пострадала, что ж? Это надо исправлять.
– Помочь-то можешь, да толку не будет, – проворчал Петя.
– Почему?
– Там было четыре человека. Не меньше.
– Хм…
– Четыре человека, из которых один накладывал заклинание, а остальные его поддерживали.
– Там был только рунный круг.
– Ага, а его так просто писать, да? Взял мелок и пошел черкать, как классики, – огрызнулся Петя. – Там каждую руну силой напитывать надо.
– А почерк вам незнаком? – Кирилл подумал еще и об этом.
Петя пожал плечами.
– Кажется, знаком. Сами понимаете, проклятийников по городу… да что там! По стране нас и то мало!
– Зато проклятий много, – грустно пошутила Ирина.
Петя собирал свое снаряжение в сумку.
– Проклясть-то каждый может. А вот сделать это грамотно, не подставиться самому, не накликать на себя проблем… а то так бросишь человеку – чтоб ты сдох, гадина, и себе жизнь укоротишь.
– И ведь не проверишь ничего, – Кирилл думал о чем-то своем.
– Почему же? Проверить можно, только это должен быть специалист, – отмахнулся Петр.
– А сам человек? Никак не проверит?
– Ты себе сам диагнозы ставишь, или идешь, анализы сдаешь? К врачу ходишь?
– Не хожу, но смысл мне ясен. Жаль, что вы, специалисты, рекламы не даете.
– Не даем. Кому надо – тот нас найдет и так. Хотя… грамотное проклятие, если что, жертву не отпускает. Человек помрет от стечения обстоятельств, ему и в голову не придет, что он проклят. Или счастья в жизни всей семье не будет…
– Церковь-то справится, – Кирилл был в этом абсолютно уверен.
Петя фыркнул весьма ехидно.
– Ты сюда хоть роту попов нагони – дела не сделаете. И знаешь, почему?
– По вере?
– Именно. В любой структуре есть те, кто верит и верует, искренне и истово. И есть те, кто свечками и водкой торгует. Если первых можно позвать и польза будет немалая, то вторых… хоть ты армию нагони! И у вас таких найти не легче, чем белого слона в Сиаме.
– Суть ясна. А как все же можно помочь подруге?
– Советую встретиться с магистром. И поговорить по-человечески. Ведьмы, как правило, вне ковена. Разве что сотрудничают, по своему желанию.
– Почему такая дискриминация?
– Потому что вас, баб, в структуру встраивать – отдача замучает. Слишком уж вы непредсказуемы. Так что это не дискриминация, а разумная предосторожность.
Ирина потерла нос.
– Ладно. А как я могу встретиться с магистром?
– Я тебе телефончик напишу.
– И последнее. Так чей почерк тебе, кажется, знаком? – Ирина не пропускала нужное ей мимо ушей.
Петя замялся.
– Знаешь, проверить бы надо.
– А потом, по результатам проверки, найдут тебя, как всадника – без головы? И знания при тебе останутся? Лучше делись сейчас, – Ирина свято помнила принцип: чем меньше народа посвящено в тайну, тем легче ее утратить.
– Логично. Темка это, Михайлов.
– Кто такой?
– Тоже проклятийник, и не из худших. Но до меня не дотягивает, – приосанился Петя. – Числом берет, силой его Бог не особо наделил. А вот объединять нескольких людей, сосать силу, как пиявка, это он может. Это ему всегда хорошо удавалось. И я не удивлюсь, если трое из четверых, которые сейчас это проклятие накладывали, или болеют, или еще что…
– Высосал много?
– Да. Ты учти на будущее, так безоглядно, как мне – не доверять. Вмиг высосут.
– Я не банка с пепси. Часть силы высосут, еще появится.
– Так-то да. И появится, и может, даже прибавится. Это как упражнения на раскачку резерва. Но есть и другое. Пока ты слаба, ты беззащитна. В спортзале ты тренируешься не до «упасть и не встать», а до усталости. Тогда правильно получается. А если упасть, где стояла и сил нет… знаешь, сколько на тебя можно гадости подцепить?
– Не знаю, но верю. Значит, Артем Михайлов.
– Да.
– Телефон?
– Держи.
Самый простой номер сотового. Ни шестерок, ни единичек, ни какой-либо «цифровой крутости», вам достанутся самые лучшие номера, только запишитесь у нас. Наоборот, запомнить номер было сложно.
– Кстати, ты магией на нее действовала?
– Нет, – растеряyно посмотрела Ирина. – Попросту смыла водой рунный круг, там ведь все мелом было нарисовано, и привезла подругу в больницу.
– Повезло.
– Почему?
Петя рассмеялся очень неприятным смехом.
– Потому что идиоты, вот что.
– Что именно? – насторожилась Ирина.
– Сами привыкли даже задницу с магией чесать, вот и думают, все такие. Недоумки, – продолжал веселиться проклятийник.
– Объясни? – потребовал Кирилл.
– А чего тут. Проклятие сильное, мощное, но… понимаешь, проклинают обычно на то, что легче поддается.
