Дампир. Компиляция (СИ) - Хенди Барб

Она слышала, как кто-то поднимался по подвальной лестнице, но не обратила на это никакого внимания. Тварь, что ей хотелось раскромсать, была рядом.

Она стиснула удлинившиеся клыки в попытке остановить любые последующие изменения.

Другой ее половине, дампирской, пришлось отступить, и Магьер не могла позволить ей снова обрести над собою власть. Она изо всех сих старалась не потерять рассудок. Если она потеряет самообладание и прирежет одержимого до рассвета, призрак сможет совершенно незаметно удрать и завладеть новым телом.

Ей нужно было это запомнить, иначе все, что они сделали в эту ночь, будет псу под хвост.

"Ты никто… всего лишь орудие и игрушка"

Магьер обернулась на голос, такой звонкий, но не сопровождавшийся потоком шепчущих голосов.

"Ты можешь достичь гораздо большего… если позволишь мне отвести тебя к твоему создателю."

Тяжело дыша, она вновь попыталась подавить голод. Теперь, когда она уловила мерцание справа, скользящее вверх по лестнице, опомниться ей нужно было больше всего.

Магьер бросилась к лестнице и стала карабкаться. Ей показалось, что она слышала шаги в коридоре, но не придала им значения. Никто другой не должен приближаться к той твари, никто, кроме нее. Преодолевая за раз по две-три ступени, она забралась наверх и вынула кинжал Хейнасов. С кинжалом и саблей она побежала в ближайший открытой проем.

В конце комнаты на одиноком застекленном окне висели белые занавески. С одной стороны стояла небольшая кровать, с другой-комод, и все вокруг слегка пахло пылью. Когда она медленно вошла внутрь, то не увидела места, где можно было бы спрятаться, и стала разглядывать окно… пока не заметила, что задвижка все еще закрыта изнутри.

Она развернулась, собираясь пойти осмотреть другие комнаты, и застыла.

В дверях стояла фигура в сером, и Магьер все еще не могла разглядеть её лица.

Это было не важно, поскольку вновь вспыхнул голод, и она почувствовала, как внутри нее пробудилась ярость.

…что ты такое… зачем ты пришла… кому ты служишь…

Магьер заняла свое место в том вихре шепота. На этот раз ее не сковывали цепи. Она прикусила губу в надежде, что боль поможет ей сохранить рассудок… удержаться от того, чтобы не броситься бездумно на эту мантию и не разорвать ее в клочья.

Мантия перенеслась в комнату.

"Неужели… ты решила убить меня сталью? Я прожил сотню жизней и проживу еще тысячу. Сколько еще ты будешь отрицать того, кто ты есть… и свое предназначение?"

У Магьер закружилась голова, а затем поплыла и сама комната. Все в глазах искажалось.

"Куда бы ты ни пошла, ты в такой же ловушке, как в той темнице, одинокая и беспомощная до тех пор, пока не последуешь туда, где тебе место… вместе со мной."

Что-то пробудилось в подступившей тошноте, пересиливая ее. Оно подступало к ее горлу, словно голод и жар, и пронзительно кричало в голове, заглушая тот голос и перешептывания. А может звериный крик вырвался из ее собственного рта?

Правая ее рука разжалась и выпустила саблю. Все светлее и светлее становилось в комнате, и Магьер крепче вцепилась в кинжал. На грани беспамятства она понимала, что это вовсе не связано с ее дампирской стороной.

За окном неумолимо таяла ночь, и близился рассвет.

Магьер атаковала свободной рукой. Затвердевшие ногти, подобно когтям, разорвали серую ткань, покрытую сверкающими символами. Единственной мыслью, за которую она смогла ухватиться, был… солнечный свет.

Она выгнулась, чтобы вышвырнуть своего мучителя в окно. Каким-то образом он удержался и не прошел насквозь. Капюшон стал поворачиваться, пока черный провал в нем вновь не оказался перед ней. Когда тень его голоса стала проникать в ее сознание, она, отбросив ее, ринулась вперед и обрушилась на него.

Почти не слыша звона разбившегося стекла, Магьер вцепилась в свою добычу.

Лисил выскочил в коридор следом за Чейном. Мгновенье спустя, все еще хромая, появился Малец, но Лисил уже потерял Магьер из виду. С ковылявшим следом Мальцом, он поспешил к парадной двери и остановился, чтобы заглянуть в пустую гостиную. Он обыскал все и всюду, каждый потайной уголок и темное пятно. Паника толкнула его на то, чего бы он никогда не сделал.

— Где она? — рявкнул он на Чейна. — Где одержимый? Ты должен знать, чувствовать, ну и где они, отвечай!

Когда Чейн озирался по сторонам, даже в темноте его глаза сверкали подобно вправленным кристаллам. Он повернулся и покачал головой. Пожалуй, он, правда, не знал.

Лисилу захотелось прошипеть, но вместо этого он прошел мимо Мальца, а затем Чейна и направился в заднюю часть дома, заново всматриваясь в каждую тень.

Ноги Гассана коснулись крыши, и он выпустил Винн, позволив ей опуститься на колени. Он подбежал к краю и посмотрел вниз.

После того как он усилием воли взмыл в воздух, первым его порывом было зашвырнуть их обоих в первое увиденное окно на верхнем этаже. Ставить безопасность выше необходимости, было на него не похоже, но он побоялся уронить Винн или навредить ей.

— Что ты делаешь? — запинаясь, спросила она и, спотыкаясь, подошла ближе.

Гассан промолчал. Внизу все еще лаяла маджай-хи. Ему хотелось, чтобы старый эльф с изуродованными шрамами лицом успокоил эту собаку. Затем он осторожно высунулся за карниз и украдкой заглянул в ближайшее окно.

Едва ли не оглушительный грохот донесся из задней части дома и вынудил его оглянуться.

Винн повернулась вместе с ним и втянула воздух. Гассан усилием воли перебросил себя через плоскую крышу. Достигнув заднего края, он глянул вниз. Магьер летела в лавине битого стекла и колышущейся серой ткани.

Винн возникла рядом с ним, и, повернувшись, закричала в сторону фасада:

— Тень, назад!

Больше времени Гассан ей не дал. Он обхватил ее за талию, призвав взглядом мерцающие линии и символы. Благо, на этот раз она не протестовала. Как только она обвила руками его шею, он шагнул с крыши и, падая, направил всю свою волю вниз на землю.

Земля стремительно приближалась.

Гассан согнулся от удара, за мгновение он смог лишь немного замедлить падение. Винн выпустила Гассана из объятий и рухнула на землю. Когда она оперлась на посох и поднялась на колени, она, на первый взгляд, казалась невредимой. Из-за угла выскочила Тень, но Гассан смотрел совсем не на нее.

Он едва узнал Магьер, когда та поднялась, сжимая в руке серебристо-белый кинжал. Совершенно черные глазные яблоки заполняли ее глазницы. Бледное лицо исказилось под стать по-настоящему разъяренному чудовищу. Щеки, лоб и все открытые участки кожи покрывали кровоточащие порезы. Она выглядела обезумевшей, и казалось уже не понимала кто она и где находится, а ее зубы…

Гассан никогда не видел подобного во рту человека.

Фигура в мантии — вместилище Халиды — лежало прямо за ней и пыталось подняться. Одна из его рук подогнулась, словно была ранена, и Магьер с противным криком набросилась на него.

— Не сейчас! — воскликнул Гассан, так как солнце еще не взошло.

Что-то в его голосе пробилось сквозь ее безумие, и она замерла, склонившись с занесенным кинжалом над противником. Ее цель даже не дрогнула и поднялась на четвереньки. Когда фигура повернулась, часть капюшон сползла.

Гассан лишился дара речи, увидев под серым одеянием советника А'Ямина. Сквозь растрепанные седые волосы, с изборожденного морщинами лица глядели два зорких глаза.

Советник встал, словно что-то невидимое бережно подняло его на ноги. Он больше не горбился от старости.

Всё внутри оборвалось. Гассан подозревал, что Халида вселился в кого-то высокопоставленного, но не догадывался насколько. И как давно призрак так близко подобрался к принцу?

И если бы не медальон, что носил Оуньял'ам, то всё, что потребовалось бы А'Ямину — нашептать принцу во сне. Тайна связи между наследником империи и сектой была бы утеряна… вместе с принцем.