Дампир. Компиляция (СИ) - Хенди Барб

— Покажись! — он зарычал, все еще держа руку поднятой.

— Я думаю, что нет, — возразил Халида, на этот раз настоящим голосом. — Как и ты, плоть снова подходит мне. В отличие от тебя, я пока сохраню свою цельность и жизненность.

И снова Сау'илахк был потерян. Он не помнил, как звучал голос Халиды, но знал, что голос, который он слышал, был не тот.

— Как давно ты…

Через некоторое время Халида снова ответила среди шепота:

— Принятие плоти было таким облегчением после стольких лет. Но я уверен, что вы это понимаете.

Сау'илахк колебался, потому что здесь было много такого, чего он не знал.

— Почему ты здесь? Как ты меня нашел?

— Я могу найти все, что мертво, — вместо этого ответила девушка-призрак. — Даже те, кто служит иль-Самару.

Он взглянул на ребенка и нерешительно перевел взгляд на труп. Иль-Самар было еще одним именем для возлюбленного. Значит, эти двое думали вернуть заблудших к своему богу?

— Ты не можешь взывать ко мне, — предупредил он Убада. — Если хочешь, возьми этого твистера разума в его новой плоти. Подари его возлюбленному, но я...

О, боже мой, ты все еще такой невежественный… священник!

Сау'илахк обернулся на этот голос в своем сознании.

— У нас нет желания служить возлюбленному, — громко сказала Халида. — Разве тебе самому этого мало? Разве тебе недостаточно нарушенных обетований нашего Бога? О, да, я знаю, что это так.

— Мы отнимем у возлюбленного то, что он отнял у нас… — сказал маленький призрак, хотя Халида закончила, — и способ убить бога-это использовать его собственные инструменты.

Сау'илахк перевел взгляд с одного на другого.

— Ты нашел… все… о якорях творения?

— Мы знаем, как их достать, — ответил Халида. — Но более того, мы знаем, где сейчас находится самая новая и любимая возлюбленная.

— Дампир будет служить нам так же хорошо, как и шары, — добавила девушка-призрак.

Халида повернулась в темноте, направляясь обратно в переулок.

Будь готов, о капризный священник. Я найду тебя снова, когда придет время для возлюбленной умереть.

Сау'илахк услышал низкий, хриплый смех в переулке.

Силуэт Халиды скользнул на дальнюю улицу, завернул за угол и исчез. Слуги выровняли носилки и покатили их за ним, и маленькая девочка-призрак внезапно исчезла.

Сау'илахк так долго испытывал разочарование и отчаяние, что почти боялся надеяться… убить своего бога.

Халида шел по улице с узкой улыбкой, злобной, но полной надежды. После столь долгого отсутствия плоти, с момента его бегства из секты, каждое тело, которое он утверждал, было чудом, а также незначительной борьбой.

Этот новый еще не был полностью его собственным, и он остановился возле чайной, закрытой на ночь.

Как бедное место, оно не имело стекол в окнах, которые были плотно закрыты ставнями. Перед этими ставнями действительно висела потертая медная вывеска. Он не мог не желать забавного взгляда, поэтому схватился за нижний край вывески. Когда он повернул ее покрытую ямочками поверхность, то увидел лучшее отражение своего нынешнего лица.

— Я вижу тебя, — прошептал он. — И ты видишь меня, не так ли?.. домин?

Халида обрадовался крику, вырвавшемуся из глубины его мыслей.

Гассан иль'Шанк уставился на свое искаженное медной табличкой лицо. Он увидел еще одну улыбку, сопровождаемую еще одним низким смехом, ни один из которых не был его собственным. И он снова закричал во тьме собственного разума, когда Халида ушла в его плоти.

Барб Хенди, Дж. С. Хенди

Голос в ночи

ПРОЛОГ

Легкий соленый ветер дул над вечерним океаном, где, прислонившись к голому стволу дерева, сидел пожилой мужчина с белокурыми волосами. Возможно, когда-то его волосы были даже ближе к белым, а теперь в них появились более темные пряди, что делало их скорее бело-серыми, чем белокурыми.

Лишь несколько звуков долетали до него из маленького приморского городка в нескольких минутах ходьбы от берега. Он никогда не оглядывался назад и только смотрел на воду, как будто уже знал каждый звук, который слышал.

Бледное мерцание, похожее на старую изношенную дорогу, бежало от берега за его вытянутыми ногами и высокими сапогами к горизонту, где солнце скрылось за горизонтом и океаном. Он был спокоен и неподвижен, потому что на самом деле ничего не искал. Погруженный в свои мысли, он, возможно, не слышал таких тихих шагов среди деревьев. А если и знал, то не подал виду. Скорее всего, он знал эти звуки так же хорошо, как и звуки города. Темная, маленькая фигура была легче на ногу, чем кто-либо другой.

— Так … а где же твой муж? — сухо спросил он, не шевелясь.

Коротышка среди густой тьмы деревьев со вздохом остановился.

— О, Отец! — прошептала она в отчаянии. — Однажды я подкрадусь к тебе незаметно."

Он рассмеялся, хотя это был усталый звук. — Только не в этой жизни, моя маленькая дикарка."

Когда она вышла из-за деревьев, то была не более чем тенью, неясной в длинном одеянии и глубоком капюшоне. Чем ближе она подходила, тем ярче свет освещал ее темно-зеленое одеяние мудреца. Это само по себе было странно, поскольку ни один известный орден мудрецов не носил такого цвета.

В глубине капюшона сумерки, возможно, зажгли бы более яркую зеленую искру в ее больших миндалевидных глазах. Эти глаза ничем не отличались от его собственных, хотя у них были более традиционные янтарные глаза. Она замедлила ход и остановилась через несколько секунд. Шаги справа и сзади, а он все еще смотрел на воду.

"Я пришла, как только получила твое сообщение, — тихо сказала дочь, делая еще один шаг. "Ты не пошел с матерью …не хотел увидеть ее."

"Нет смысла, — ответил отец, слегка покачав головой. "Она уже ушла, и твоей матери было достаточно."

На мгновение воцарилось молчание.

"Вы не хотели ехать? — спросила она.

"Конечно, я это сделал!"

Наконец, он отвел взгляд от света на воде, но все еще не смотрел на нее. Она чувствовала его печаль, потому что разделяла ее с тем, кто ушел из жизни. Слишком короткая жизнь закончилась, даже для человеческой женщины, старого друга для них всех.

Дочь внимательно посмотрела на печальный и холодно-сердитый профиль отца. Даже в темноте она заметила морщины на его лице.

"По крайней мере, какое-то время она была счастлива, — добавил он. — Я отдам ей должное, и она это заслужила."Снова долгое молчание, а потом ….

"Она была твоей подругой, так же как и матерью, — настаивала дочь. "Тебе надо было уйти. Я бы так и сделала, но сначала решила приехать сюда."

Сначала он не ответил. "На этот раз твоей матери нужно было идти одной, — тихо сказал он. "Это в последний раз. И ты не знаешь всего … о том, чем это может закончиться."

ГЛАВА 1

Гассан иль'Шанк был бессилен остановить движение своих ног. Он шел по темным улицам Самау'а Голба, главного портового города иль'Хааб Наджуум, имперского города империи Суман. Пытаясь, наверное, в сотый раз напрячь волю, он мысленно закричал, потому что даже голос его не был властен.

— Стой!

Как всегда, это не возымело никакого эффекта.

Пойманный в ловушку, он был всего эх лишь пассажиром … пленник в собственной плоти, захваченный тысячелетним призраком.

Халида теперь управляла его плотью.

Тело Гассана прошло мимо людей на улице, которые едва взглянули в его сторону. Для них он будет казаться обычным человеком. Под капюшоном выцветшего халата с открытым воротом его короткие шоколадного цвета волосы с серебряными крапинками были в беспорядке. Пряди волос свисали на густые брови над глазами, разделенные прямым, но чересчур выдающимся носом. Хотя когда — то он носил темно — синюю мантию мудреца из ордена Метаологов, теперь его позаимствованная одежда-темная льняная рубашка и серые панталоны-ничем не отличалась от одежды обычного уличного торговца.