— Да, — она нанесла смазанный укол, и я легко отбила удар. — Но если ты думаешь… думаешь… — девушка мотнула головой.
— Я думаю, что можно спросить у него про методы защиты. Или, может, не у него, а у другого старшекурсника.
— Но это же нечестно!
— Что поделать…
— Переход! — скомандовал магистр, так и не сумевший разоружить Мэрдока.
Дженнет удалось приставить лезвие к ключице Мерьем. Махать железом у герцогини получалось на удивление ловко. Хотя, почему на удивление? Наверняка за этим стоят труды не одного и не двух домашних учителей.
Мэри отошла, а напротив меня оказалась Гэли.
— Ангард!
Звон стали и тихие шаги. В зале ни ветерка, ни одного дуновения. Я чувствовала, как пот потек по спине, широкие тренировочные брюки прилипли к ногам, а кисть руки болела все сильнее и сильнее.
Гэли практически не дралась, махала шпагой для отвода глаз, не переставая улыбаться. Стоило мне провести простенькую атаку, как она с готовностью выронила клинок. Я вздохнула и спросила:
— Зачем ты здесь?
— Что? — не поняла подруга и неторопливо переступила с ноги на ногу на цветных плитках пола.
Узор пола казался абстрактным, хотя меня не отпускала мысль, что если «взлететь» или повиснуть на одном из светильников, как скоморох в бродячем балагане, что мы наблюдали как-то в шатре на сельской ярмарке, то можно разглядеть что-то интересное. Ну, или разочароваться, увидев лишь ворох цветных пятен. Вот тут вроде лапа какого-то зверя, а тут ухо или лепесток мохнатого цветка. Каблук наступил на коготь или на закручивающуюся ленту, под носком скрылись глаз или звезда на ночном небосводе. Я ступала то ли по шерсти диковинного зверя с узким поджарым телом, то ли по траве, которую неизвестный мастер перенес на мозаичные плитки пола.
Подруга наклонилась к упавшей шпаге, она даже не переоделась, осталась в юбке, которая теперь путалась и стесняла движения.
— Почему отец отправил тебя в Магиус? Ты ведь не горишь желанием учиться.
— Ты тоже, — фыркнула девушка.
— И все же? Раньше я думала, что…
— Ну, заканчивай, — она отсалютовала клинком.
— Что ты ищешь мужа, — пожала я плечами.
— Тоже мне, секрет, — хохотнула она, ничуть не обидевшись. — Ищу, как ты и Дженнет, Мэри, Алисия и каждая поступившая девчонка. — Мы скрестили клинки. — Но для этого совсем не обязательно махать железом.
Я позволила себе вопросительный взгляд.
— Какая ты непонятливая, Иви, — дернула плечом Гэли. — Кто возьмет в жены колдунью, не умеющую контролировать силу?
— Никто, — согласилась я, вспомнив, как орал от боли обожженный противник брата.
— А магесса с моим приданым может рассчитывать даже на аристократа… наверное… — девушка хихикнула, но тут же стала серьезной и тоскливо добавила. — По крайней мере, так планирует папенька, раз у него нет сына. — Забывшись, она развела руками, и я нанесла легкий укол в корпус. Учебный наконечник мягко ударился об одежду. — Сказал, дела внуку передаст.
— А ты не думала стать магом? — задала я вопрос, ради которого и затеяла весь этот разговор. На лице подруги отразилось недоумение. — Не бакалавром через три года, а настоящим магом, закончить полные пять?
— Нет, — покачала головой подруга. — Иви, ты меня пугаешь. Ты же не думаешь стать такой… такой, как мисс Ильяна?
— Нет, — выдохнула я, вспомнив сухощавую фигуру Ильяны, главы Магиуса, ее упрямо вздернутый подбородок, короткие, как у мужчин, черные волосы, глубокую складку у рта и жесткие глаза. — Конечно, не думаю.
Гэли улыбнулась, еще тревожно, но улыбнулась. Магистр тем временем уже разоружил Тару.
— Переход, — раздалась отрывистая команда. Подруга опустила клинок, а я увидела, как ко мне танцующей походкой идет Дженнет. Наверное, что-то отразилось на моем лице, потому что подруга обернулась, а потом, схватив меня за локоть, торопливо зашептала:
— Иви, прошу тебя.
— Ее проси, — процедила я сквозь зубы.
— У тебя уже есть один неуд, получишь второй, и плакал твой пропуск в город. Пожалуйста… — прошептала она, отходя.
Герцогиня улыбнулась, стала наизготовку. Я сцепила зубы.
— Ангард.
Рапиры столкнулись даже не со звоном, а с каким-то яростным скрежетом. Дженнет была очень быстра и напориста. Сталь в ее руках извивалась, словно жезл шамана в каком-то языческом танце. Я не успевала даже разглядеть рисунок боя, не то что разгадать его. Мягкий наконечник рапиры с силой ткнулся мне в локоть, обозначив укол, потом в живот. Наверняка останутся синяки.
Я перехватила рукоять, чувствуя, как пот заливает глаза.
— Учись проигрывать, Астер, — проговорила леди Альвон Трид, блокируя мой неловкий удар. Ее забранные в высокий хвост белокурые волосы взметнулись и упали на плечо.
Из всего первого потока только у нас с ней белые волосы. Да не того серо-русого оттенка, что распространен у простолюдинок, а настоящего, чистого, как ствол дерева Ро, что растет далеко на юге. Говорили, это отличительная особенность тех, кто ведет свой род от первого князя. Как Триды. Как Астеры.
Астеры всегда были белоголовы — или безголовы, как часто говорила нянька. Даже брата не раз дразнили деревенские, пока он не вырос и не научился давать сдачи. Не в этом ли кроется причина неприязни Дженнет?
— Только если у тебя, — ответила я, посмотрев в сверкнувшие яростью глаза. Голубые глаза, тогда как у меня — карие.
Она снова пошла на меня. Удар, удар, уклонение, разворот. Ни о какой контратаке не могло быть и речи, удержать бы шпагу в руках. В какой момент слетел ее защитный наконечник? Я не знаю. Просто, в очередной раз взмахнув рапирой, она распорола мне рубашку.
— Тогда позволь начать обучение, — оскалилась девушка. Тонкие высокомерные черты лица исказились, разом превратив ее в пещерную мегеру[1], которой пугали детей старые няньки. Чистая злость и ничего больше. С таким же лицом Этьен бросался на Криса.
Кто-то вскрикнул, я не видела, кто. Мир сосредоточился на остром кончике сверкающей стали. Я забыла про все — про боль в руке, про то, что леди надлежит и что не надлежит, про сокурсников, которые, оглядываясь на нас, прервали тренировку… Я не могла позволить ей победить.
Парировать, уйти, не раскрываться, не дать прорвать оборону. Блок, от которого мгновенно онемели руки.
— Что, Астер, нравится?
— Очень, — прохрипела я. — Особенно твое красное, как у прачки, лицо.
А вот это я сказала зря и поняла сразу же. Нельзя опускаться до оскорблений. Думаю, мое лицо было ничем не лучше, но герцогиня, как всегда, думала только о себе. Она провела целую связку ударов, заставив меня увязнуть в обороне.
Укол. Мимо. Девушка скользнула в бок и ударила снизу вверх. Я приняла ее выпад на перекрестье. Но вместо того чтобы отпрянуть, она опустила рапиру, проваливая удар, заставила мой клинок по инерции следовать за своим и ударила в бедро. Почти ударила. Я видела, как приближается острие, и знала, что не успею отвести шпагу. Я отступила, зацепилась носком ноги за штанину, не смогла удержать равновесие и упала. Совсем неэлегантно плюхнулась на задницу. Рапира вспорола пустоту.
Победная улыбка Дженнет сменилась гримасой разочарования.
— Хватит! — рявкнул Ансельм Игри.
Я заморгала, все разом заговорили …
— Нельзя продолжать бой без наконечника! — негодовала Гэли.
— Астер, ты в порядке? — спросил Мэрдок. Сердце, стучавшее, как сумасшедшее, замерло, но во взгляде парня была лишь вежливость и ничего более, точно так же он склонялся к перемазанной краской Алисии.
— Это было… — обеспокоенно и чуть сердито проговорила Мэри, — неправильно!
— Нет, это было здорово! — хохотнул Оли.
Разные нестройные выкрики, шумное дыхание Дженнет, неторопливо приближающийся магистр.
— В чем ошибка Астер? — спросил учитель. — Если не касаться техники. В чем ее самый очевидный промах?
Все затихли.
— В… — начала Мэри и, смутившись, замолчала.
— В нерешительности, милорд, — ответил Отес. — Словно она никак не может решить, драться ей или нет.
