19
19
В метро как всегда: толкучка, нервозность и спешка. Люди битком набиваются в вагоны, наступают друг другу на ноги, толкаются и недовольно огрызаются. Мы успеваем сесть в относительно пустой вагон, но свободных мест нет. На сиденьях по-утреннему злые люди, которых срочные дела выдернули из тёплых постелей, а потом погнали на стылую улицу.
— Так даже лучше, — шепчу я Глебу, оглядыва людей, — можно переходить по вагону и присматриваться к каждому.
— Понял, — отвечает Глеб, — ещё раз объясни, что ты увидела в ауре у того мужика?
Пытаюсь передать оттенок чёрного в полосах, которые вплелись в мутную ауру вчерашнего мужика, но Глеб странно косится на меня, качая головой.
— Что не так?
— Тут я беспомощен, Ник. Я много лет работаю с аурами и ни разу ничего похожего не встречал. Воронки, повреждения или отметки от магического вмешательства, но они всегда выглядят иначе. Тут два варианта: или колдун действует грубо, оставляя подобные следы, что очень сомнительно. Или…
— Что «или»? Ты считаешь, что я ошиблась? — хмурюсь я.
На мгновение я чувствую обиду, хотя и осознаю, что у него больше опыта.
— Нет. Или это особенности твоего дара. Видящие всё видят глубже, чем простые маги. Если это преимущества твоего дара, то только ты во всём нашем отряде сможешь отследить жертв колдуна.
Неожиданное открытие. Замираю в нерешительности, обида проходит, но снова накатывают сомнения в собственных силах. Может я заблуждаюсь и пытаюсь выдать желаемое за действительное?
— Ника, — Глеб обнимает меня за плечи и притягивает к себе, — перестань сомневаться.
— Я не…
— Я всё вижу, — целует он меня в макушку, а после шепчет на ухо, — ты сильная, моя ведьма, ты не могла ошибиться. Давай займёмся делом, а сомнения оставим на потом. И даже если это не связано с нашим делом, то все равно ты увидела то, в чем стоит разобраться.
Киваю, но сомневаться в себе не перестаю. Что я за ведьма, если о существовании магии знаю без году неделю?
«Такая ведьма, которая смогла вытянуть всех из казино без последствий», — тут же отвечаю сама себе!
— Действуем так, — не даёт расслабиться Глеб, — переключаем зрение на определение ауры, сначала сканируем всех в вагоне. Если заметим, что у кого-то есть признаки тех чёрных полос, то подходим к этому человеку, встаём рядом и сообщаем Саше. Дальше ведём жертву колдуна до того места, куда прибудет группа захвата. Не забываем отслеживать всех входящих в вагон. Это будет непросто, потому что после каждой остановки начнёт собираться толпа. Поэтому соберись.
— Слушаюсь, мой капитан, — улыбаюсь я более уверенно.
Уверенные распоряжения Глеба помогают мне преодолеть беспокойство и опасения, что я не смогу справиться с задачей.
— Умничка, — щурится забавно Глеб.
Зрение послушно переключается и мы незаметно обследуем весь вагон. Однако пока мы не видим ничего необычного. Ауры блеклые и мутные, иногда с лёгким блеском, а иногда розоватые или голубоватые, но ни в одной из них нет тёмной полосы проклятия. Люди входят и выходят из вагона, и всё повторяется снова.
Черных лент нет ни в одной!
Вчера мне просто повезло попасть в нужный вагон и сесть рядом с нужным человеком. Вот и всё, простая удача. Наверное, если попасть в соседний или любой другой вагон, то можно найти человека с черными лентами в ауре. Но нам достался именно этот.
Сейчас у нас есть хоть слабая, но зацепка. Почти намёк, за которую надо крепко схватиться и тянуть из него всё, что возможно.
— Ладно, Глеб, передай всё Саше, а мне на учёбу надо, — грустно вздыхаю я, когда мы покидаем метро и выходит под серое дождливое небо. Влажный и прохладный воздух заставляет идти быстрее в теплое помещение и мы ускоряем шаг.
— Нет, так не пойдёт, — противится вампир, — ты должна сама пообщаться с куратором. В конце концов, отпечаток ауры ему скинуть.
— Учёба, Глеб, в страшной заднице!
— Саша может это уладить.
— Черт! Я не согласна! Сама накосячила, сама буду исправлять! — возмущаюсь я, делаю пару глубоких вздохов и усилием воли успокаиваюсь.
Моя жизнь никогда больше не будет простой! Я вроде приняла это, а потому должна расставлять приоритеты.
— Хорошо, пошли к куратору. Это всё-таки важнее. В универе двойки на кону, а тут жизни людские.
Когда мы заходим в кабинет почти все уже на месте, нет только Адама и Саши.
Снежана переглядывается с Ярославой и делает шаг навстречу.
— Ник, слушай. Прости меня за мои выкидоны. Знаю же, что на практику к Стражам так просто не попасть, но… Прости, в общем.
— Да я сильно и не обижалась, знаю как это выглядит со стороны. Только вот мои очки хоть и не розовые были, а все равно разбились стеклами внутрь.
Снимаю влажную верхнюю одежду и вешаю на стул.
Слышим стук двери о стену, как будто ее открыли с ноги. Хотя почему как будто, видимо так и открыл Адам, в обоих руках у него было по стаканчику кофе.
— Привет народ! Желаете кофе? — спрашивает оборотень, уже протягивая мне стаканчик.
— Благодарю, это именно то, что нужно, — отвечаю я с улыбкой, не замечая, как Глеб недовольно кривит губы.
— Мог бы и о кураторе подумать, — следом за Адамом в кабинет вошел куратор, который сам держал в руках точно такой же стаканчик с кофе. — И хочу вас поздравить, у нас еще одна жертва.
Саша открывает ноутбук и показывает личное дело жертвы, мы все смотрим…
— Это он! — говорю я Глебу.
20
20
Саша включает ноутбук, поворачивает его экраном к нам, демонстрируя фотографию новой жертвы. Я ставлю на стол стакан с кофе, и мы все подходим ближе. Я узнаю вчерашнего мужчину из метро и хватаю за руки вампира и оборотня. Они стоят по разные стороны от меня.
— Это он! — говорю я Глебу.
— С этого момента поподробнее? — изгибает брови Саша.
И я рассказываю про вчерашний вечер.
— Почему сразу не доложила? — требует куратор. — Ты понимаешь, что все могло сложиться по другому?
— Саш, полегче! — вступается Глеб.
— Полегче? Полегче? — еще больше заводится куратор.
— Я.. у меня телефон разрядился, говорю же. Именно поэтому начала глазеть по сторонам. А потом стала сомневаться, был поздний вечер, думала может от усталости показалось.
— Выговор в личное дело! — жестко пресекает мои оправдания Саша. — А ты хватит защищать! Здесь она не твоя девушка, а прежде всего практикант!
Виновато смотрю на Глеба. Вот зачем он влез? Сейчас и ему прилетит!
— Ты кстати почему вчера не зашел за плюшками, которые я обещал? Я ждал!
Ну все Саша пошел в разнос.
— Так я вчера опрашивал жертв…
Но Сашу не остановить, он не слушает.
— А вы! Какие были идеи? Что сделали?
— Мы все вчера опрашивали, — начинает Снежа.
Все! Кроме меня…
— И где сводный отчет? Что общего между всеми? Чтоб, — Саша смотрит на часы, — через два часа был у меня на столе!
Куратор разворачивается и уходит, громко хлопнув дверью.
Несколько секунд переглядываемся, пытаясь понять какая муха его укусила.
Я вспоминаю, что не всё рассказала с перепугу. Срываюсь с места, вылетаю за дверь. Куратор уже довольно далеко ушёл. Бегу следом.
— Куратор! Саша, подождите!
Он резко разворачивается, останавливаясь.
— Что ещё, практикантка Майская? — он так гаркает, что от него в стороны шарахается мимо снующий народ. Черные пушистые комочки едва ли не на стены лезут от испуга.
— Разрешите доложить? — я делаю «казённое лицо», «таращу глаза» и пытаюсь не засмеяться от глупой попытки загладить вину. Ну что мне стоило просто по-человечески рассказать всё?
— Ника, ты в своём уме? — подозрительно косится Саша, — Адам тебе чего-то в кофе подмешал?
— Никак нет! — бойко рапортую я, продолжая ломать комедию, — соблюдаю устав и субординацию!
