Тренер Гильдии Фамильяров 6 (СИ) - Харченко Сергей

— Боевое снабжение, ик… это фундамент всякой виктории, — слегка заплетающимся языком вещал барон, прожёвывая хлебный мякиш. — Без качественного фуража… и капли хмельной росы… никакая кавалерия никого не сомнёт. Даже луговую пехоту! Хитин сохнет, усы не крутятся! Какой там вперёд и за родину⁈ Уж вы поверьте старому рубаке-с…

Наташа прикрыла рот ладошкой и тихо захихикала.

Барон тем временем проглотил хлеб и воинственно, но слегка неуверенно, махнул передней лапкой в сторону окна лазарета.

— Вот взять хотя бы ту зелёную бестию, — Сверчанский понизил голос до заговорщицкого шёпота. — Я про ту многоногую хищницу, которая давеча пыталась меня употребить в пищу без соли и перца… Знал бы я, что там засада, взял бы крошку сухаря! Бросил бы ей для отвода жвал, а сам изящным кавалерийским маневром — вжух с фланга! И ка-а-ак рубанул бы её по всем сорока пяткам разом!

Сверчок всё ещё находился под сильным впечатлением от стычки с мухоловкой. Но уже более хладнокровно говорил об этом. Отсюда я сделал вывод, что роса от Полины пошла ему на пользу.

Я наблюдал за этой идиллией со стороны, облокотившись на спинку скамейки. Наш усатый барон был бы просто счастлив навсегда избавиться от Розочки. Желательно — отправив её куда-нибудь на другой континент в наглухо заваренном ящике.

Но терять такого редкого и перспективного питомца я не хотел. Да, скутигера совершенно дикая. Да, она агрессивна, прожорлива и опасна.

Но она настоящий алмаз, требующий правильной огранки. Из этой зелёной бестии, как выразился Сверчанский, выйдет превосходный боец. Нужно лишь найти к ней правильный подход и стабилизировать Ядро. А для этого следует перевести её в петы.

Вечером, когда солнце окончательно скрылось за крышами соседних многоэтажек, база «Огненных львов» погрузилась в заслуженную тишину. Команда разъехалась по домам. Последним ушёл Костя, всё ещё восторженно бормоча что-то про тактический потенциал Желешки.

Я закрыл кабинет, прощался с Серёгой, махнул рукой Семёну, который как всегда оставался на ночное дежурство. Вышел через парадный вход.

Осенний Питер встретил зябким ветром и тусклым светом фонарей. Я запахнул куртку плотнее, слыша недовольное сопение Искорки из переноски. Барон заворчал из кармана про адскую погоду. Живчик попёрся сразу в сторону лужи.

Я был не согласен с ним, оттянул его к себе. Направился к знакомому переулку.

Ровно в этот момент из густой тени раскидистых деревьев, росших у проезжей части, отделился силуэт.

Неизвестный шагнул мне наперерез.

— Артур, — раздался тихий и немного хриплый голос.

Я остановился, машинально напрягая мышцы и готовясь отдать команду Живчику. Но угрозы не было.

В тусклом свете уличного фонаря я узнал Самуила Широкова. Комментатор, чьё лицо обычно сияло с рекламных билбордов и экранов Арены, сейчас выглядел совершенно иначе. На нём было неприметное тёмное пальто с поднятым воротником, а на глаза низко надвинута шляпа.

Широков нервно оглянулся по сторонам, словно ожидая, что из-за ближайшего угла вот-вот кто-то нападёт на него.

— Ты что здесь делаешь, Самуил? — я не скрывал удивления. — И почему такой вид, словно ты ограбил банк?

— Пока не ограбил, — комментатор попытался улыбнуться, но вышло не очень. — Артур… У меня есть одно прибыльное дело для вашей гильдии.

Я всмотрелся в лицо Широкова. От лощёного, уверенного в себе шоумена не осталось и следа. Глаза бегали, пальцы нервно теребили пуговицу пальто.

— Прибыльное дело, говоришь? — ухмыльнулся я. — Только вот я не вижу радости на твоём лице, Самуил. В чём подвох?

Широков замялся. Он опустил глаза, глубоко вздохнул, собираясь с мыслями.

— Подвох в том, Артур, что возможно это тебе очень не понравится, — сглотнув, тихо ответил Широков.

Глава 5

Я не стал отвечать сразу. Внимательно огляделся, изучая пустую улицу. Похожие, редкие припаркованные машины. Всё было как и прежде, и явной слежки я не заметил.

Я бы мог пригласить его в чебуречную. Перекусили бы, я бы его выслушал. Но после нападения на Серёгу рисковать по-прежнему не хотелось.

— Отойдём, — коротко бросил я комментатору.

— Да, я на машине, она вон, на другой стороне, — махнул куда-то Широков, и мы перешли дорогу, направляясь в сторону чёрного джипа.

— Ты всё же взбудоражен, — заметил я, когда мы садились в салон. — Кто-то следит за тобой?

— Да… это мои заморочки, — кисло улыбнулся Широков. — В последнее время какой-то чудак звонит на телефон. Угрожает. Но что я сделал? Всего лишь раскритиковал его любимую команду. Вот и показалось, что следят за мной.

— Тогда выкладывай. Что за дело, которое мне не понравится? — уставился я на него, оттягивая Живчика от резинового коврика, который щенок пытался попробовать на вкус.

Искорка фыркнула, зыркнув на Самуила, будто поторапливала его тем самым.

Комментатор нервно оглянулся, затем поправил воротник пальто, потарабанил по рулю пальцами. Затем вновь тревожно взглянул на меня.

— Есть разовый контракт, Артур. С продюсерами Якова Хлеборезова.

Я вопросительно вскинул бровь. Имя мне ничего не говорило. Но где-то оно точно мелькало, было на слуху.

— Поп-идол. Звезда молодёжи. Девочки-подростки от него без ума, собирает стадионы, — торопливо пояснил Широков. — У него завтра вечером сольная программа. Грандиозное шоу на главной городской площади, ожидается огромная толпа. Продюсеры хотят сделать из концерта нечто особенное.

— Так, а мы то тут причём? Пусть ищет подтанцовку, или что там ещё им нужно, — хмыкнул я.

— В том то и дело, — вздохнул Широков. — С реквизитом у них беда, сгорел вроде. А подтанцовка отказалась без него выступать. Мой приятель проболтался, и я вспомнил сразу о вас.

— Ты встретился с продюсером, рассказал о нашей гильдии, — логично закончил я за него.

— Да, так всё и было, — взгляд Широкова оживился, улыбка появилась на лице. — И они загорелись идеей. В общем, нужны «настоящие боевые монстры», говорят. Прямо на сцену. Чтобы произвести эффект.

— И при чём тут мы? — сухо уточнил я. — Пусть наймут со стороны тандемы. Мало ли наёмников в Питере?

— Я же не просто рассказал, я показал твоих питомцев, — комментатор виновато отвёл взгляд. — Они подняли записи, посмотрели ваше выступление в финале «Бетонки». И пришли в полный восторг. Им нужны живые, харизматичные и узнаваемые звери. А как услышали про твою огненную саламандру, так сразу подняли гонорар.

— И сколько?

— Платят четыреста тысяч рублей. За один вечер. Просто за присутствие животных на сцене.

Четыреста тысяч. Цифра прозвучала весомо. Так мы можем с ходу усилить пропускной пункт, да ещё и останутся деньги.

Но я слишком хорошо знал изнанку шоу-бизнеса.

— В чём подвох, Самуил? — я сверлил его ледяным взглядом. — Ты сам сказал, что мне это не понравится. Четыреста тысяч просто так не платят.

Широков тяжело вздохнул, словно собираясь прыгнуть в холодную воду.

— Ты же сам понимаешь, что такое концертная сцена. Софиты, стробоскопы, лазерное шоу, дым-машины. Всё это наваливается со всех сторон. Огромная ревущая толпа. И звук. Громкая музыка, басы, барабаны… децибелы такие, что земля дрожит.

Он сделал паузу, нервно облизав губы. Понятно было, что он был в доле, и терять свой процент не хотел.

— К зверям будут относиться не как к реквизиту, но близко к этому, — продолжал Широков. — Возможно, продюсеры захотят нарядить их. В какие-нибудь дурацкие сценические костюмы… Я знаю твоё отношение к питомцам, Артур. Им там будет непросто.

Я нахмурился. Широков был прав. Идея превращать боевых фамильяров в подтанцовку на потеху ревущей толпе претила всем моим принципам. Да и шум этот концертный. В прошлой жизни я видел, как некоторые звери начинали паниковать от концертной атмосферы.

Но с другой стороны…

Последние несколько дней команда стала крепче. Каждый тандем активно работает с главными раздражителями. А это уже успокаивало.