Врачевальная 13 (СИ) - Поддубная Таруна

- Интересно, нужен кофе, и приступим искать информацию про Проклятье кровавой Мэри, - положив книгу и размяв плечи, я пошла на кухню - варить кофе.

Глава 18

Вернувшись обратно в тайную комнату знаний уже с кружкой кофе, я стала рассматривать книги с Проклятьями. Как оказалось, книга, которая помогла мне вчера - лишь одна из многих. За множество поколений ведьмы и многие другие существа придумали просто шокирующее количество проклятий, мне даже показалось - это было любимым занятием существ. Когда я наконец-то нашла то, что искала, то была поражена тем, что тут было написано.

На заре веков, когда еще не образовались поселения и города, и не разделились, спрятавшись каждый в своем секторе за кучей правил, существа и люди, произошла трагедия, которая и породила проклятье:

«Молодая ведьма и вампир полюбили друг друга, только семья вампира была против. И не потому, что девушка не была равной их роду, или они не любили ведьм, просто вампир был обручен с другой девушкой из клана вампиров с раннего детства. До встречи с ведьмой он испытывал к избраннице родителей симпатию, родители надеялись на удачный союз, а сама девушка влюбилась в него без памяти. Когда она узнала, что ее любимый разрывает помолвку и уходит к другой - попыталась его отговорить. Она пошла на все, даже падала перед ним на колени и просила не бросать ее, только он все равно ушел. Когда обиженная вампирша вытерла слезы спустя несколько дней, ее глаза горели гневом и безумием. В ночь, когда была назначена свадьба любимого, она прокралась в его комнату и убила, отрубив тому голову. Именно с этой отрубленной головой ночью, почти в полночь, она появилась в доме ведьмы. В темноте вампирша шла с горящими глазами и безумной улыбкой, поднялась по ступеням, смотря в глаза своей сопернице, стоящей на пороге, а выйдя на свет, она подняла отрубленную голову.

- Забирай его, вот только эти мертвые уста никогда больше не смогут подарить никому поцелуй и предать! – сказав это, она засмеялась и стала спускаться по лестнице.

Обезумевшая от увиденного и потери любимого ведьма вложила в заклинание все свои силы, даже те, что поддерживали в ней жизнь. Она произнесла проклятье, которое наказало не только виновницу ее горя, но и всех женщин-вампиров ее возраста.

В течении тринадцати дней погибло много молодых вампиров, людей и других существ, в которых была хоть капля вампирской крови, в возрасте ста тридцати лет. Врачевательницы вместе с другими ведьмами и старейшинами вампиров пытались помочь им и остановить безумие, которое происходило, так как кровь текла рекой, но у них получилось только найти способ успокаивать проклятье на время.

Проклятье, поражающее исключительно только вампиров определенного возраста и пола. В день зимнего солнцестояния, раз в тринадцать лет, тринадцать смертных девочек, стоя у зеркала, призовут кровавую Мэри - нарисуют на зеркале ступени. Произнесут они одновременно в разных уголках земли в двадцать три часа сорок семь минут фразу «Кровавая Мэри, приди». И это действие запустит проклятье, которому подвержены вампиры в возрасте ста тридцати лет. Таким образом активируется проклятье, которое было наложено на вампиршу Мэринэль, которая принадлежала к очень старинному роду, и поэтому кровь, что текла в ее жилах, текла в большом количестве вампиров и смесков.

Проклятье медленно, но верно лишает вампира его сил, и потом его охватывает безумие. Сначала ослабевает регенерация, раны заживают медленнее, становятся более болезненными. Затем, их острое зрение и слух притупляются, делая охоту все более рискованной. Самым страшным является потеря контроля над жаждой. Она становится невыносимой, животной, заставляя атаковать невинных, привлекая нежелательное внимание. Вампир прекращает хоть как-то себя контролировать, он превращается в жестокую машину-убийцу, в которой остается только жажды крови и больше ничего.

Сколько бы не старались вампиры контролировать всех в этом возрасте, почему-то обязательно периодически появляется та девица, о ком они не знали, или почему-то ее семья не спрятала свою дочь в эту ночь, чтобы уберечь от проклятья. К сожалению, также существуют и вампиры обращенные, чаще всего среди них и появляются проклятые, ведь обращенные часто врут о возрасте и совершенно не обращают на те, предупреждения, которые им делают истинные вампиры. В этом возрасте вампиры вообще сложно управляемы, так как проходят первый виток увеличения силы, и многим это сносит голову.

Кульминация проклятья наступает в течение тринадцати дней после зимнего солнцестояния. Вампир теряет контроль над своей сущностью, его плоть начинает гнить, а разум погружается в пучину безумия, и он начинает есть самого себя. Единственный выход - исчезнуть до наступления полного распада, раствориться в небытии, оставив после себя лишь горстку пепла, воспоминания о былом величии.

Этот ритуал, совершенный невинными, запускает древний механизм, связанный с балансом сил между миром живых и мертвых. Жертвами становятся вампиры, достигшие возраста, когда их превращение под действием проклятия начинает угрожать этому хрупкому равновесию.»

Так же сбоку текста была приписка - уже другим почерком и, судя по всему, карандашом:

«Кровь… все всегда возвращается к крови. Наследие, сила, слабость – все переплетено в этом багряном потоке, передающемся из поколения в поколение. Но проклятие? Это уже искажение, злонамеренное влияние, ложащееся тяжким бременем на нить родословной. Кровные узы – священны, и вмешиваться в их течение, плести вокруг них чары – опасно. Но если проклятие уже наложено, можно ли его снять? Или это вечный приговор, который будут нести потомки?

В глубине души я верю, что любую тьму можно рассеять светом. Но проклятие крови требует особого подхода. Это работа, требующая не только силы, но и мудрости, и понимания истории семьи, пораженной этим недугом. А главное – согласия всех ее членов, ведь только всем вместе можно разорвать оковы прошлого.»

- Так, а как они все это время лечили тех, кто был подвержен проклятью? – что-то рецепта я не увидела и спросила Гошу, который после моих слов так же уставился в книгу.

- Вопрос, конечно, интересный... Видимо в других книгах, давай искать, но эту книгу пока оставь, - тяжело вздохнув, я согласилась с Гошей и присоединилась к нему.

Поиски по книгам рецепта зелья или заклинания, что разрушит проклятье, продвигались медленно. Каждая пыльная страница, каждый пожелтевший манускрипт требовали пристального внимания. Старые бестиарии с изображениями различных существ, трактаты по алхимии, исписанные сложными символами, сборники народных заклинаний – все рассматривалось нами с надеждой, но чаще всего – с разочарованием.

Особенно интересными оказались записи ведьм прошлых веков. Их рецепты, хоть и написанные порой небрежно и туманно, обещали силу, способную противостоять самым темным чарам. Но многие ингредиенты, упоминаемые в этих текстах, давно исчезли с лица земли или требовали немыслимых условий для добычи, на которые сейчас точно не было времени.

Тем не менее, мельчайшая зацепка, намек на нужную комбинацию вдохновляли на новые раскопки в библиотечных лабиринтах. Ведь где-то здесь, среди этих бесконечных томов, скрывался ключ к спасению, рецепт, способный обратить проклятие в сон хоть на время.

- Это невыносимо! не может такая вещь прятаться где-то далеко! – ворчала я, листая очередную книгу – Нам явно нужен каталог, в котором будет все указано.

- Согласен, каждый раз перебирать все эти книги в поисках нужного средства - невозможно. А почему ты думаешь - оно должно быть под рукой? – спросил змей.

- Ну сам подумай: оно требуется каждые тринадцать лет, значит рецепт должен быть всегда под рукой, - хотя может я не права, и моя предшественница просто помнила его наизусть, а зелье где-то тут прячется.

- А давай-ка попробуем посмотреть не тут, а спустимся в лабораторию? – подкинул правильную мысль Гоша.

- В любом случае пойдем - мне нужно размять ноги и мозг, - и мы пошли, зайдя по пути на кухню за очередным кофе.