Эволюция целителя 4 (СИ) - Карелин Сергей Витальевич

— Прошу, присаживайтесь, Алексей Михайлович, — пригласил меня за столик Войничев и показал на старика. — Познакомьтесь, это Пётр Владимирович Протасов.

— Добрый вечер, — кивнул мне напряжённый старик, и я поздоровался в ответ. — Мне Николай Александрович уже успел рассказать о ваших интересах, я вновь озвучил сумму.

— Но она нас не устраивает, — заметил Войничев, мельком бросив на меня озадаченный взгляд.

— Да мало ли что вас не устраивает, — хмыкнул Протасов. — Цена озвучена, а там уж вам решать, идти на сделку или отказаться.

— И сколько вы хотите за участок на Суворовской двадцать четыре? — поинтересовался я.

— Постойте, там не совсем участок, — возразил замдиректора банка. — Фамильный дом, хозпостройки, сад, разведанные залежи ценного минерала.

— Вы только что назвали руины фамильным домом и хозпостройками? — удивился я. — Засохшие деревья садом? У вас очень богатая фантазия, Пётр Владимирович.

— Это не мои слова, а заключение группы оценщиков, — побледнел Протасов.

— Передайте им от меня привет и скажите, что они шарлатаны, — произнёс я.

— Не буду я им такого говорить, — покачал головой старик.

— Так какова ваша цена? — вновь спросил я.

— Сто тысяч, — холодно улыбнулся Протасов.

— Но это слишком дорого для заброшенного участка даже на Суворовской, — произнёс я, и замдиректора «Империала» тяжело вздохнул.

— Тогда я вообще не понимаю, зачем мы встречаемся, — пробурчал он, вставая со стула.

— Сядьте, прошу вас. И послушайте меня, пожалуйста, — остановил его Войничев. Старик нахмурился и с явной неохотой вернулся на своё место. — Вы никому не продадите участок за такую цену. Мой клиент прав, на участке лишь руины и засохший сад. А ваши утверждения о разведке недр, будто что-то вы там нашли, не имеют подтверждения.

— Вот же они. Вот доказательства, — Протасов достал из своего портфеля несколько листов и кинул их на стол. — Здесь всё и описано.

— Я уже ознакомился с этим заключением ранее, Пётр Владимирович, — напряжённо уставился на него нотариус. — Но ведь это фикция. Нет печатей гос образца, нет нужных подписей. Мы прекрасно знаем, что ваша организация просто хочет продать участок дороже.

— Вы обвиняете «Империал» в мошенничестве? Да как вы… — густо покраснел Протасов, затем добрался до внутреннего кармана и достал пузырёк, высыпая из него пару таблеток. Выпив их, он выдохнул. — Да как вы могли подумать?..

— Я всего лишь констатирую факты. Тридцать тысяч рублей. Вот красная цена этому поместью, — продолжал давить Войничев. — Мы можем сразу же оформить сделку и оплатить. Верно, Алексей Михайлович?

— Да, разумеется, — кивнул я. Как раз на такую сумму я и рассчитывал.

— Вы слишком настойчивы, но ничего не получится, — тихо произнёс Протасов. — Решение принимает Рогов, директор банка. Именно он настаивал на повышении суммы.

— Вы не предоставили ничего, чтобы это повышение считалось адекватным, — произнёс я, едва скрывая раздражение.

Этот старик будто издевается над ними. Он ведь может повлиять на своего босса. Я видел его лёгкую ухмылку, которую он пытался скрыть. К тому же старик нервничал. Да и Войничев тоже заметил это.

— Я понял — вы просто давите на меня, поэтому хочу прервать нашу беседу, — сухо произнёс Протасов, нервно поправляя очки.

Войничев вздохнул, затем достал из своей папки бумаги.

— Но вы её продолжите, Пётр Владимирович, — холодно произнёс нотариус. — Видит бог, я хотел договориться мирным путём. Но… не судьба.

— Что это? — уставился на распечатки замдиректора банка.

— Это часть тех документов, которые могут вас выставить перед Роговым в очень некрасивом свете, — улыбнулся Войничев.

— Да это бред! — воскликнул Протасов, хватая первый лист и пробегая его глазами, затем уже более тихим и неуверенным голосом выдавил: — Чушь и поклёп…

— Исключительно факты, — сухо произнёс нотариус. — Весной этого года вы оформили пару крупных кредитов, не ставя в известность организацию.

— Откуда… — Протасов захватал ртом воздух. — Вы ничего не докажете. Никто вам не поверит.

— Вы удивитесь, насколько быстро все документы окажутся на столе вашего начальника, — продолжал Войничев.

— Сволочи… — пробормотал старик и схватился за сердце, сминая в руках пару распечаток.

Ну а я решил проверить его текущее состояние. Выпустил диагностический щуп и уже через несколько секунд имел на руках полный расклад.

Атеросклероз второй стадии. На стенках его сосудов интенсивно формировались бляшки, или, как их называют в медицинских кругах, атеромы. Одно из плотных образований с жировым ядром внутри уменьшило просвет внутренней сонной артерии, кратковременно перекрывая её.

— У вас сейчас был микроинсульт, Пётр Владимирович, — сообщил я. — А если вы не успокоитесь, это может привести к инсульту. Всё идёт к этому.

— Откуда эт… откуд… узнали? — шумно задышал Протасов, тараща на меня глаза.

Ну вот, проблемы с речью, затуманенное зрение. Визуальные симптомы тоже присутствуют.

— Я ведь лекарь и обладаю даром, — объяснил я. — Так что успокойтесь, и предлагаю начать конструктивный диалог.

— Да, мы вам не враги, — сообщил нотариус. — Просто вы не оставили нам выбора.

Протасов вновь вытащил свои таблетки. Высыпал несколько на руку, готовясь закинуть их в рот.

— От этих таблеток вам станет только хуже, забудьте про них, — сообщил я, и старик замер.

Пришлось втянуть атеромы при помощи «Экстрактора». Я обезболил организм Протасова анестетиком настолько, чтобы он мог почувствовать моё вмешательство.

Около минуты продолжалась чистка. Старик изредка дёргался на стуле, а я убирал основные опасные очаги один за другим, затем почистил его лёгкие от последствий курения и выдохнул.

/ПОЗДРАВЛЯЕМ!

Проведена операция по удалению атеросклеротических бляшек.

Награда: +500 очков опыта.

Текущий уровень: 9 (9600/25000)/.

— Сейчас вам уже лучше, — сообщил я старику. — Считайте, что эта услуга — плата за вашу лояльность.

— Вы… вылечили меня? — уставился на меня Протасов. — Я ведь ощущал, как вы… Я себя чувствую гораздо лучше.

— Убрал то, что могло привести к инсульту и облегчил симптомы, — объяснил я ему. — А если хотите пройти полный курс чистки — приходите в «Возрождение».

Я вкратце рассказал Протасову, что убрал из его организма, и он затих на пару минут.

— Приходите в клинику, сделаем скидку, — пообещал я. — И мой вам совет — прекращайте курить, а также забудьте о вредной пище.

— Это было впечатляюще, — оценил Войничев.

— У меня просто нет слов, — Протасов аж прослезился.

— Может вернёмся к сделке? — спросил у него Войничев.

— Хорошо, я поговорю с Роговым, — пробормотал Протасов, протирая стёкла очков, затем напяливая их обратно на нос. — Его ещё надо убедить продать участок за вашу цену. Только умоляю, не говорите никому о тех кредитах. Никто не должен об этом узнать.

— Уверяю вас, ни одна душа не узнает, — пообещал Войничев. — Но всё зависит исключительно от вас. Вы ведь понимаете?

— Да-да, я понимаю, конечно, — закивал уже сговорчивый старик.

На этом мы пожали друг другу руки и попрощались с Протасовым.

— Сделка прошла шикарно, — рассмеялся нотариус. — Вас подвезти до Суворовской?

— Буду благодарен, — кивнул я.

— Как вы это сделали? Как вылечили его? — удивлённо взглянул на меня Войничев, когда мы направились в сторону его вишнёвого кадиллака.

— Как обычно. В клинике это происходит точно так же, — ответил я.

— Тогда и я к вам, пожалуй, запишусь, — натянуто улыбнулся нотариус.

На ходу Войничева сложно было диагностировать, но когда мы сели в машину, я внимательно обследовал его.

— Варикозное расширение вен на правой ноге? — улыбнулся я.

— Именно так, — печально взглянул на меня нотариус. — И уже третий лекарь не знает, что с этим делать. А к целителям обращаться даже для меня слишком накладно.