Учитель Особого Назначения. Том 7 (СИ) - Савич Илья

— Хорошо, — кивнул Григорий «Цыпа» Орлов. — Итак, кто за то, чтобы применить наказание к Савельеву Александру Ивановичу по обвинению в прямом воздействии магией на других учеников?

Тут же руку поднял Максимилиан. Ещё парочка учительниц, с которыми он зажигал вчера. Видимо, помирились. Ну да, тут такой шанс выбить хотя бы одного конкурента — мало кто не задумается использовать его. Даже в глазах Ратко я заметил мыслишки в эту сторону.

А Леонид так и вовсе чуть ли не быстрее Максимилиана вскинул руку. Он, кажется, и сам хотел поставить этот вопрос на повестку.

— Итак, четверо «за». — улыбнулся Цыпа. — Кто против?

И только я хотел вскинуть руку, как он меня тут же остановил.

— Нет, нет, нет, Сергей Викторович! Вы, как заинтересованное лицо, не можете участвовать в голосовании.

Вот зараза! Тогда дела мои хреновы. За меня вступились Елизавета, Ратко и Никанор — всего трое из оставшихся учителей.

— Что ж, — осклабился Леонид. — Похоже, что…

— Кхм-кхм, — прочистил горло Аверьян, привлекая к себе внимание. — Господа, — буркнул он, недовольно кинув взгляд в мою сторону, — у меня, как у сопровождающего олимпиады, тоже есть право голоса.

Все, кто проголосовал против, насторожились. Лиза, Ратко и Никанор, наоборот, обрадовались, но только не я. Там внизу была целая разрушенная библиотека причин, по которым Германович мог невзлюбить Саню. И это я уже не говорю про развороченный сад.

Блин… Да не, он вроде нормальный мужик, даже несмотря на то, что мои парни очень сильно ему подпортили настроение и подкинули головной боли, станет ли он мстить? Я сейчас чувствовал, как сердится его Источник. Да и глядел он на меня с заметной долей осуждения.

— Я внимательно наблюдал за происходящим, — начал Аверьян. — Да, всплеск магии этого молодого человека был на зависть сильный, даже могущественный для его лет. Однако ни одного из учеников он не задел напрямую. Снёс все книжные шкафы, книги — это несомненно. Но правил не нарушал. Я — против!

Ура! Да Саня лично ему всю библиотеку в первозданный вид приведёт! Уж я за этим прослежу.

— Четверо «за», четверо «против», — вздохнул Орлов. — Что ж, тогда, следуя регламенту, я должен принять решение.

Он вдруг замолчал, пристально посмотрел мне в глаза. Затем вниз на учеников, которые продолжали искать очередные ключи. И особенно на Саню — тот сосредоточенно чесал затылок, тупо глядя на страницы книги ничего не понимающими глазами.

Затем Орлов слегка улыбнулся и наконец произнёс:

— Я согласен с Аверьяном Германовичем, — ошарашил он, наверное, всех, в особенности меня. — Александр невиновен. Никаких санкций к команде Академии Общемагического образования применяться не будет.

— Да как вы!.. — вспыхнул было Леонид, но тут же проглотил своё возмущение.

Они с Максимилианом сурово переглянулись, но затем смиренно приняли судьбу. Наверняка поняли, что перечить распорядителю себе дороже.

— Да, господин Лихватский, — кивнул Леонид. — Мы всецело доверяем вашему мнению.

— Согласен, — мрачно произнёс Максимилиан. — Если вы говорите, что нарушения не было, значит всё так.

Ни фига себе! И что это было? Цыпа очень сильно мне подыграл. Правда, сам он так, кажется, не считал и даже не догадывался, как именно это сделал.

Дело не в том, что я боялся санкций, совсем нет. Снять команду за такое простое нарушение никто бы не посмел. Скорее всего, поставили бы Саню в самый хвост гонки, запретив искать, но в таком случае наша игра была бы раскрыта, ведь тянуть время уже было бы нельзя. Пришлось бы в ускоренном темпе проходить этап, чтобы не отстать слишком сильно, а потом уже нагонять остальных.

Опасный, блин, момент!

К тому же погром, учинённый Саней, значительно ускорил нахождение ключей всеми остальными. У кого-то это был тубус, у кого-то свиток. Но так или иначе, один за другим ученики начали находить ключи.

Однако в этот раз они не спешили к выходу. А скорее, наоборот, с озадаченными лицами вчитывались в тексты.

— Что случилось? — нахмурилась Елизавета. — Почему они не двигаются дальше?

Она обеспокоенно наблюдала, как её воспитанница Мирослава хмурится, всматриваясь в глиняную табличку с репликой древних письмен. Как я смог разглядеть, усилив своё зрение.

— Я думала, они все быстро отправятся к третьему этапу, — поджала губы Елизавета.

— Головоломки первого этапа были чрезвычайно просты, — решил пояснить Аверьян. — На втором же этапе ученикам нужно расшифровать послание, написанное на одном из известных человечеству иномирных языков.

— Но как они должны это сделать⁈ — ахнул Максимилиан. — Каковы шансы, что ученики знают иномирный язык, который попадётся им случайно⁈

Вообще-то на этот раз я был согласен с этим засранцем. Ничего себе заданьице! А если ученик вообще не знает языков?

— В таком случае есть два выхода, — улыбнулся Аверьян. — Во-первых, можно договориться, если у соперника знакомый конкретному ученику язык.

— Да кто ж на такое согласится-то? — возмущённо рявкнул Леонид.

— Кажется, такие всё же есть, — хмыкнул Никанор. — Мой Вася с вашей Мирославой, Елизавета Александровна, кажется, нашли общий язык.

И правда. Кудрявая девушка с высоким худощавым парнем в очках обменялись ключами и разошлись в разные стороны.

— Хм-м… — присматривалась Елизавета. — Это дощечки из разломов. Кажется, новосёлковская археологическая культура. Верно, Аверьян Германович?

— Верно, верно, — кивнул тот.

— Ой, как удачно! — обрадовалась Елизавета и даже захлопала в ладоши. — У нас как раз есть преподаватель, который занимается изучением этой замечательной культуры. Мирославочка отлично знает эти письмена!

Новосёлковская культура. Я слышал про неё, интересный случай. Названа она так в честь разлома, который около полусотни лет назад открылся в небольшом посёлке Новосёлки. Что, кстати, в Тверской губернии. Сам разлом оказался очень непростым, и зачищали его несколько месяцев.

Но пока бойцы проводили работы по зачистке, из каждого похода они возвращались с трофеями. На некоторых были изображены эти самые письмена. Учёные, которые заинтересовались сперва таким сложным разломом, впоследствии заинтересовались этими самыми письменами. Поэтому когда разлом стал относительно безопасен, туда наведывались научные экспедиции, в том числе археологические.

Они откопали целый город культуры из какого-то другого мира. И такие вот связанные между собой дощечки были популярным в том городе носителем информации. На них записывали всё что угодно — от торговых договоров до произведений художественной литературы.

Когда было сделано это открытие, учёные объявили разлом важным с научной точки зрения, и его передумали закрывать. Сохраняли популяцию монстров в безопасном количестве, но не давали сгинуть совсем. А Новосёлки на многие годы стал точкой притяжения для учёных со всего мира, которые под охраной боевых магов проводили там свои раскопки.

Очень быстро подключились лингвисты. Не знаю, каким макаром, но им удалось частично расшифровать этот язык. Версий было много. Вроде как ещё раньше подобные работы были и в других разломах, и нашлись парные языки, которые уже удалось частично расшифровать. Или отыскались в каких-то архивах переводы как раз этого языка, только куда более древние. Но не суть.

Затем новосёлковскую культуру начали находить и в других разломах. Научные кафедры со временем завалило всяческими артефактами, в вот в Академии Ковалевской нашёлся, или, если быть точнее, нашлась специалист, которая занимается этим языком.

Зачем вообще изучать такие иномирные языки? Ну, причин может быть несколько. Во-первых, сам феномен разломов до сих пор терзает умы всех жителей Земли. Как они появляются? Что за миры, точнее, их осколки прорываются в наш мир? Ну и как не допустить, чтобы наш язык когда-нибудь где-нибудь вот так вот не изучали другие учёные?

Или вдруг носители этой культуры когда-нибудь появятся? Возможно, кстати, первоисточник знаний был как раз носителем такой культуры. Попался какой-нибудь абориген, с которым провели разъяснительные беседы. Я совсем не удивлюсь.