Лесной Дозор 4 (СИ) - Вольт Александр

И ведь я его прекрасно понимал. Сам тридцать лет строчил в район бумажки про количество обходов и поголовье лося. Начальству нужна цифра. Начальству не нужен человек за этой цифрой.

Я откинулся на спинку стула, побарабанив пальцами по столешнице. Такие сухие сводки годились исключительно для замыливания глаз штабным писарям, которым важно было подшить бумажку в папку и забыть о ней до следующей квартальной проверки. Мою нынешнюю проблему подобная писулька сдвинуть с мертвой точки совершенно точно не могла, а значит требовался увесистый бюрократический пинок, способный пробить толстую шкуру кабинетных генералов.

Открыв поисковик в браузере, я вбил запрос на поиск официальных форм и бланков для рапортов об эпидемиологической угрозе. Пришлось повозиться минут десять, продираясь сквозь ссылки на устаревшие ведомственные приказы, покуда я не выудил на свет божий вполне солидный шаблон военного донесения.

Скопировав форму в текстовый редактор, я принялся заполнять пустые графы, тщательно подбирая слова. Писать я решил сразу на имя старшего следователя Канцелярии Дорофеевой Ольги Владимировны. Во-первых, она уже плотно занималась нашим сектором, а во-вторых, сто процентов имела выходы на вышестоящие чины, с которыми можно будет приступить к работе, а не мурыжить бумажки полгода.

В том, что Ольга прочтет эту бумагу и сразу учует неладное я ни грамму не сомневался. И все равно даст ход проверкам. Я почему-то был в этом уверен настолько же крепко, насколько в том, что она мгновенно мне позвонит, как только откроет письмо и увидит форму заполнения.

Пальцы застучали по клавишам, выбивая на белом поле экрана черные буквы.

'Рапорт.

Довожу до Вашего сведения, что на территории вверенного мне четвертого смотрового пункта зафиксирована вспышка неизвестного инфекционного заболевания среди дикой фауны. Симптоматика указывает на атипичную форму бешенства с ускоренным инкубационным периодом. Зараженные особи демонстрируют крайнюю степень агрессии, полное отсутствие инстинкта самосохранения и гидрофобию. Биологический образец пораженного животного упакован по протоколу химической защиты и передан спецкурьерами для доставки в столичную лабораторию Канцелярии'.

Я пробежался по первому абзацу. Пока что, вроде бы, все выходило нормально.

Про Мишу я писать не собирался вообще, потому что это значит сразу сдать друга с потрохами на анализы, откуда он уже точно не выберется ни под каким предлогом. Пусть уж лучше в бумагах будет одна дохлая белка.

Теперь следовало привязать сюда эльфийскую проблему, сделав это так, чтобы комар носа не подточил к моим источникам информации.

«Дополнительно сообщаю, что при осуществлении визуального контроля сопредельной территории Свободных Эльфийских Резерваций с использованием штатной оптики, мною неоднократно фиксировались факты перемещения тяжелобольных представителей эльфийского населения вблизи государственной границы. За последние двое суток выявлено несколько инцидентов непреднамеренного пересечения демаркационной линии больными эльфами, находящимися в состоянии глубокого бреда и сильной лихорадки. Наблюдаемые симптомы включают надсадный кашель, обильное кровохарканье и потерю пространственной ориентации».

Тут я, конечно, приврал, но приврал с умом и в нужную сторону. Больного эльфа вблизи границы я и вправду видел собственными глазами, вот только не в оптику и не через линию, а на расстоянии вытянутой руки, сидя с ним рядышком на замшелом пне. И кровью он харкал не в бреду, а вполне себе в трезвом рассудке, растолковывая мне беду своего народа.

Господь простит. А ежели не простит, так у меня к нему тоже накопилось пара вопросов насчет капкана в тайге. И вообще это отдельный теологический вопрос, следит ли Он за мной в этом мире или нет? А ежели нет, то все взятки гладки.

Глоток остывшего чая помог смочить пересохшее горло. Я размял затекшую шею и перешел к самому главному аргументу, ради которого вся эта бумага и затевалась.

«Основываясь на визуальных данных, можно сделать вывод о начале масштабной эпидемии на территории Резерваций. Болезнь носит массовый характер и стремительно распространяется среди трудового населения. Считаю своим долгом предупредить, что неконтролируемое вымирание рабочей силы в СЭР в кратчайшие сроки приведет к полной остановке сбора и поставок уникального древесного экстракта. Прекращение импорта данного сырья вызовет немедленную остановку производственных линий Империи, выпускающих препараты для лечения онкологических заболеваний, что создаст прямую угрозу национальной безопасности и здоровью граждан страны, а также ударит по экономической составляющей».

Я прищурился, вчитываясь в светящиеся строчки. Вот так. Бьем прямо по кошельку и по стратегическим запасам. Ни один граф или министр не рискнет отмахнуться от бумаги, в которой черным по белому написано про угрозу срыва поставок самого ценного лекарства в мире.

Можно сколько угодно кричать про умирающих детей, будут создавать видимость работы, собираться собрать собрание для собрания по утверждению планового собрания, но воз останется и ныне там.

А напиши про срыв поставок сырья, и на другой день полетят гравиходы.

'В связи с вышеизложенным, настоятельно прошу инициировать формирование межведомственной санитарно-эпидемиологической комиссии для совместной работы на приграничных территориях. Прошу рассмотреть вопрос о направлении гуманитарного медицинского конвоя в зону бедствия для локализации очага инфекции до момента его перекидывания вглубь имперских земель.

Дозорный егерь РИ-И-003478-Б, Багрицкий Е. Д.'

Я перечитал бумагу от начала до конца, потом еще раз, придирчиво, как перечитывал когда-то протоколы перед отправкой в район. Убрал одну лишнюю запятую, поправил номер пункта.

Курсор мигал над кнопкой отправки, а я все сидел и медлил.

Вот сейчас нажму, и эта писулька уйдет в столицу, и обратной дороги не будет. Тихой жизни у четвертого сектора не станет. Понаедут комиссии, инспекторы, врачи с чемоданчиками, а следом за ними любопытные глаза, которым захочется поглядеть на ушастого мальца в соседнем бункере и на каменного философа под кухонным столом, а также на летающего кота без зрачков, всем своим видом и формой напоминающего уменьшенную копию Разломной Твари.

Только вот на другой чаше лежали переполненные лазареты, жаровни с полынью и жрецы в белых рясах, поющие мертвым богам.

Некоторые люди любят говорить, что это выбор без выбора, где я остаюсь заложником ситуации и под давлением принимаю такое решение. А я считаю, что это осознанный выбор ответственного человека, потому что мне до экстрактов никакого дела нет. Вернее сказать, что это невероятно здорово, что в империи научились вырабатывать такое уникальное лекарство и теперь мир не знает проблем в лечении онкологии, однако лично я считаю, что ежели вопрос касается выживания целого государства с остроухими, пускай и с крайне вредными характерами, я делаю принял правильное решение.

Пускай приукрашенное и донесенное в виде полуправды, но решение чистое по совести и морали.

Я нажал на левую клавишу мышки, отправив письмо конкретному адресату.

Значок отправки крутанулся раз другой и на экране выскочило уведомление, что сообщение было отправлено. Оставалось дождаться, пока Ольга его откроет, прочтет, затем выдохнет, выйдет покурить… почему-то я очень красочно себе представил как она видит мою фамилию на почте, напряженной рукой открывает письмо, а затем, читая, кладет себе руки на лицо.

«Багрицкий, какая проверка, ты что там, с дуба рухнул во время обхода⁈»

Кхе.

Я покосился на ретранслятор, который молчал, но что-то мне подсказывало, что через пару минут он обязательно оповестит меня о входящем вызове. Однако у меня до этого времени было еще чем заняться, раз уж я добрался до ноутбука.

Но первым делом — наведаться к Мише.

Я поднялся из-за стола и накинул куртку. Оттягивать время до крайнего срока совершенно не хотелось. Выйдя в холодный тамбур, я сунул ноги в сапоги, натянул шапку и толкнул створку, после чего спустился по ступеням, обогнул бетонную стену бункера и подошел к разлапистой ели, чьи ветви почти касались земли.