Записки о сломанном мире (СИ) - Войлошникова Ольга

Я посмотрел на него сверху вниз:

— Во-первых, не имею чести быть представленным. А во-вторых, я не нахожу возможным в тот момент, когда меня пытаются убить, предлагать убийце подыскать местечко получше.

Тот пожевал губами и кивнул словно сам себе:

— А я думал, рассказы о вашем несчастье преувеличены. Кхм. — Он вздёрнул подбородок и неожиданно протянул мне руку: — Старший инспектор Кроу, начальник второго отдела Департамента.

Второй отдел занимался, вроде бы, доследованием и экспертными заключениями. Одним словом — криминалисты и «чистильщики», подбирающие после оперативников ошмётки и выполняющие всякие лабораторные изыскания.

Чтобы попасть туда на службу, можно было ограничиться теми же двадцатью двумя уровнями. Да и требования к физическим кондициям у них практически не предъявлялись. Возможно, отсюда и некоторая ревность к оперативникам?

— Кажется, прежде мы с вами не очень хорошо ладили? — напрямую спросил я.

— Да бросьте! — махнул он рукой. — Обычное дело. Все хотят поменьше писанины, а мы — чтобы всё и сразу было чётко и не приходилось переделывать. Вот и сейчас… Только не кривитесь! Мне придётся тащить вас в отдел. Вы же не на дежурстве?

— Я вообще числюсь на излечении, — ворчливо ответил я.

— О-хо! Тем более, милый мой! С вас придётся брать показания почти как с гражданского лица. Вы же знаете, Уилл — протокол, против него не попрёшь! Давайте-давайте, проходите в фургон. Да не туда! — с досадой и некоторой неловкостью воскликнул он, завидев, что я пошёл в сторону задней двери. — Обойдите, там дверца для сотрудников.

Я кивнул, чувствуя себя под случайными взглядами весьма не в своей тарелке, и потащился в указанном направлении.

ФУРГОН

Передняя часть фургона была более всего похожа на короткий бронированный автобус с четырьмя рядами двухместных сидений. От задней, ещё более укреплённой, она была отделена окошком с решёткой, сваренной из прутьев толщиной не менее пяти сантиметров и довольно частой — максимум руку по плечо просунуть. Однако! Похоже, что здесь время от времени возят не только останки, но и вполне живых чудовищ.

Ожидая остальных, я имел возможность наблюдать, как четверо коронеров подцепили труп вампирши специальными телескопическими захватами и, не прикасаясь, перенесли его в зарешёченную будку. Команда зачистки осталась на месте ликвидации монстра, поливая землю чем-то обеззараживающим из опрыскивателей, подключённых к баллонам на их спинах. А фургон, в котором кроме меня и водителя уселось всего трое парней из криминалистов, в сопровождении двух довольно лёгких машин охраны двинулся в отдел.

— Инспектор Андервуд? — обратился ко мне один из последних вошедших сотрудников.

— Да, это я.

— Старший инспектор Кроу предложил вам не терять времени зря и описать произошедшее по дороге, — он протянул мне простой деревянный планшет с пристёгнутым к нему резинками листом и самопишущую ручку, — так вы сможете быстрее отправиться домой.

— Благодарю, — кивнул я и, рассудив, что это будет разумно, углубился в изложение сути дела.

Наверное, поэтому я пропустил тот момент.

Кажется, мелькнуло какое-то тёмное пятно. В бравый борт кабины пришёлся страшный удар, и фургон начал заваливаться на бок. Планшет с ручкой вылетели у меня из рук, время замедлилось… Я старался упереться во что-нибудь, растопырившись между сиденьями… Краем глаза я почему-то успел увидеть, как швыряет ударами тело Айрин по пустой будке — словно куклу. Мои соседи, брошенные на противоположный ряд кресел, закричали.

— Рука, рука…

— Арх, кажется, я сломал лодыжку…

Водитель от удара потерял сознание и распластался по приборной панели совершенно бездвижно. Двери оказались прижатыми к земле и заблокированными.

Но главным было не это! В боковые окна «автобусной» части фургона, которые при ударе сделались верхними, я увидел огромную, почти двухметровую лапу с серо-стальными когтями, которая ударила в боковину будки (тоже теперь верхнюю) — ещё и ещё раз!

— Старый слуга! — зашипел криминалист с обвисшей плетью рукой. В другой он уже сжимал небольшой револьвер. — Давно мутировавший. Такому лет двести!

Да я и сам видел. В окнах над нашими головами мелькало существо, похожее на искажённого волка. Совершенно лысого. И бесхвостого. С бугристо-серой кожей, короткими и необычно толстыми задними ногами и, наоборот — длинными передними. Пожалуй, пропорциями он был бы похож на гориллу, если бы не пасть хищника. Тварь упорно и методично вскрывала бочину фургона, словно консервную банку!

На улице началась пальба.

Очнувшийся третий мой попутчик попытался вскрыть некстати заклинивший эвакуационный люк в потолке:

— Андервуд, помогите мне!

Но я смотрел сквозь решётку наблюдательного окошка, как заворожённый — главное происходило здесь! Я видел транспортировочный отсек для чудовищ, а в дыру в его боку, развёрнутом в небо — пробивающиеся внутрь огромные лапы. Чудовище разгибало рваные края металла…

Я ожидал, что вот сейчас оно заглянет внутрь — и получит от меня пулю в глаз. Я был наготове, хотя моя позиция и не могла считаться самой выгодной…

Но оно кинуло внутрь будки человека. Живое ещё тело упало вялой тушкой и на глазах начало иссыхать, превращаясь, фактически, в мумию! Следом упал ещё…

На улице кричали. Что-то грохотало.

— Что он делает? — напряжённо спросил за моей спиной тот, со сломанной рукой. — Он пытается её кормить? Не понимает, что — всё?

И тут Айрин дрогнула. Сперва я подумал, что это от возни прислужника, толкающего фургон, но…

— Она тянет энергию! — поражённо воскликнул криминалист. — Невозможно! Она совершенно однозначно была мертва!

Верно. И ни в одном отчёте по вампирам я не встречал ничего подобного. По шее словно холодными пальцами провели. Да она пытается тянуть энергию и с нас!

Айрин, в которую тонкими эфирными потоками заструилась чужая жизненная сила, зашевелилась… выгнулась дугой… и совершенно противоестественным движением, начиная с ног, поднялась с этаким прогибом. Глаза у неё оставались закатившимися, волосы извивались вокруг лица, как змеи…

— У него с собой рабы! — яростно закричал парень со сломанной лодыжкой, приникший к окну. — Не меньше десятка! На цепи! — и с досадой стукнул в мощное противоударное стекло, установленное для защиты сотрудников, но сейчас работавшее против нас.

Вампирша широко раззявила пасть и зашипела.

Я выстрелил ей в лоб, понимая, что у меня остаётся не так много выстрелов — девять в этом магазине и двенадцать в запасном, полном — и увидел, что в тот же миг чёрный туман вокруг неё дёрнулся к новому пленнику и вытянул силу уже из него. Да я так людей убью!

— Сирены! — вскрикнул криминалист с ногой. — Оперативный отдел близко!

Плохо то, что и слуга услыхал сирены тоже. Он изо всех сил рванул лоскут крыши и сунулся внутрь, чтобы достать свою госпожу. Я выстрелил, но пуля только чиркнула по его мощной шкуре. Не обращая на меня внимания, он схватил вампиршу и исчез из поля моего зрения.

Но когда он в последний раз рванул металл, над моей головой в крыше образовалась щель! Я поспешно вскочил на спинку сиденья, подтянулся и выдрал себя на воздух, не обращая внимание на треск ткани плаща.

— Андервуд! — кинулся однорукий вслед. — Возьмите! — в щель высунулся дробовик. — Заряжен. Крупная картечь, иначе вы его не пробьёте. Там на прикладе патронташ на четыре патрона! — крикнул он, когда я уже спрыгивал на землю.

— И подождите меня! — пропыхтел третий, боеспособный криминалист, выбираясь вслед за мной.

— Догоняйте! — бросил ему я, перескакивая через очередной высушенный труп. Силуэт чудовищного слуги с двумя телами на плечах (хозяйкой и, видимо, её пищей) уже мелькал вдали улицы в свете фонарей.

15. Я ЖИВ!

В ТЁМНОМ ПРОУЛКЕ

К моему великому сожалению, сирены звучали совершенно в противоположной стороне от того направления, куда спешными рывками мчался монстр. Слишком он был умён. Обычно в сводках подобные слуги описываются туповатыми. Возможно, две сотни лет службы в этом отношении пошли ему на пользу.