Наперекор судьбе (СИ) - Стрельнева Кира

— Как ты себя чувствуешь?

— Если ты про моё физическое состояние, то прекрасно.

И это действительно было так. Не было никакой слабости, а даже наоборот — я была бодра и полна сил. Правда, этого же нельзя было сказать о моём душевном состоянии. Оно было очень шатким, и казалось, ещё немного — и я просто взорвусь, рассыпаясь на мелкие частички.

— Когда ты потеряла сознание на пустыре, мы жутко за тебя испугались. Ты практически не дышала, и… Тебя с трудом удалось вытащить. Два дня ты была на грани, но всё-таки выкарабкалась.

— Они все мертвы? — спрашиваю я, вспоминая, как моя тьма убивала. Именно после того, как я её выпустила, меня стала охватывать слабость, и я отключилась.

— Да.

— А Максим? Вы его уже…

Страшно было сказать вслух это слово — похоронили. Никак не могу поверить, что его больше нет. Однако я точно помню его безжизненное тело, в котором больше не билось сердце.

Хотелось выть во всё горло, рыдать и проклинать всё на свете, но как ни странно, я не сделала ничего из этого. Будто кто-то помогал мне не сорваться и не сойти с ума от горя.

— Ника, он жив.

Я не сразу поняла, о чём Дима говорит. В ушах словно эхом повторялось: «Жив! Он жив!» Подскочила на кровати, скользнула взглядом вправо и… застыла, не веря в то, что вижу.

Ещё мгновение, и я склоняюсь над лежащим на соседней кровати Максимом. Смертельно бледный, с плотно закрытыми веками, огромными кругами под глазами, но с… аккуратно вздымающейся грудью.

Живой!

Господи, мой муж жив!

Я едва не упала на подкошенных ногах. Дрожащей рукой коснулась его лица, будто желая проверить, что это не галлюцинации, а действительно он.

Мой. Родной. Любимый.

— Как… как он выжил? Я точно помню, что…

— Он был мёртв, Ника. Это действительно так. Тебе каким-то способом удалось его вернуть при помощи своей магии. Правда, за всё это время он так и не пришёл в себя.

— Моя магия? — вспомнила о тьме, что была со мной в тот момент. Неужели это она мне помогла? — Это сила не моя, а…

Рукой скользнула к своему животу, округлость которого уже не скрывает магия. Да, теперь ни для кого не будет секретом, что я беременна.

— Это сила принадлежит твоей дочери, Ника, — закончил за меня Дима. — Ты чистокровная волчица, и магия не может быть твоей.

— Значит, отец ребенка всё-таки Максим… — поняла я. Магия ребёнку могла достаться только от отца, а учитывая, что Егор тоже чистокровный оборотень, то и от него магия не могла передаться. — Подожди, но мой отец говорил, что в предсказании сказано так: в ребёнке будет течь кровь проклятого рода, — неожиданно вспомнила я. — Максим никак не подходит под эту категорию, а это значит…

— Значит, что у нас есть несколько вариантов. Первый — предсказание подделка. Второй — в нём речь идёт не об этом ребёнке. Хотя, учитывая силу, что я видел на пустыре, даже не могу представить, кто другой будет сильнее. И последний вариант…

— У этого ребёнка два отца. Он взял гены двух мужчин… — озвучила я его мысли. Это было как-то… нереально, но почему-то мне казалось, что всё именно так.

— Тогда это кое-что объясняет, — совсем тихо сказал Дима, но я услышала.

— О чём ты? Что объясняет?

— Я думаю, ты должна кое-что узнать, — уже громче сказал оборотень, и в этот момент моё сердце забилось в ускоренном ритме. Не знаю, почему, но появилось ощущение, что это «кое-что» многое изменит.

— Что я должна узнать?

Дима не отвечает ничего и молча кивает мне в противоположную часть комнаты, где стоит ещё одна кровать, которую до этого я не замечала.

Немного удивлённо направилась в ту сторону, а вскоре застыла, не в силах поверить своим глазам.

Это казалось ещё более нереальным, чем то, что Максим выжил.

— Я думаю, Егор выжил именно из-за этой связи и вашего совместного ребенка, благодаря которому эта связь и возникла. Именно это спасло и его, и Максима.

В просторном кабинете, обставленном мебелью из красного дерева, у нас было небольшое собрание, на котором присутствовали я, Дима и Николай Сергеевич.

Причина собрания — обсудить всё происходящее и наконец-то раскрыть все карты друг перед другом.

— Как Егор выжил? И почему, чёрт возьми, его считали мёртвым? Кого же тогда похоронили вместо него? — первая решила задать интересующий меня вопрос Николаю Сергеевичу.

— В тот день, когда машина Егора взорвалась, он ехал в ней не один, а с моим другом, который и рассказал ему о предсказании.

— Тот самый, что пропал после аварии? — вспомнила я.

— Не пропал, а погиб, — подтвердил Меркулов-старший. — Они вместе покидали город. Не знаю, что там произошло, но на выезде из города Егор вышел из машины, и его взрывной волной откинуло далеко в сторону. Мой друг же погиб в том самом автомобиле. У него не было шансов выжить.

— А дальше? Если Егора откинуло взрывной волной, то его должны были обнаружить и…

— Он был тяжело ранен, но видимо, сознание потерял не сразу. Ему удалось отползти на достаточное расстояние и отключиться. Его нашли двое полицейских и вместо того, чтобы сообщить всем, что он жив — позвонили мне. Это были мои люди, которые одни из первых выехал на место происшествия, и которым я отдал приказ искать следы моего сына сразу после того, как обо всем узнал. Никто особо тщательно больше не искал его, думая, что он погиб.

— Никто, кроме вас, — догадалась я.

— Исчезновение моего друга и якобы гибель Егора произошли одновременно и заставили меня напрячься. Мы исследовали несколько версий, одна из которых — что в машине погиб не мой сын. И именно она и оказалась верной.

— Когда вы его нашли, то решили спрятать, чтобы обезопасить. Да?

— Егор был в таком состоянии, что все надёжные врачи, которых я нашёл, удивлялись тому, как он вообще выжил. Нельзя было подвергать риску его жизнь снова. Нужно было сделать так, чтобы он гарантированно был в безопасности, а для этого пришлось его официально признать мёртвым. Как только это произошло, я смог перевезти Егора на окраину нашего города и поселить в этом доме, который расположен в тихом месте в лесу. Сюда мало кто забредает. Место мне показалось идеальным.

— Дима, а когда ты узнал о том, что твой брат жив?

— Отец рассказал мне об этом после похорон, — ответил мой истинный.

— Я не хотел никому рассказывать, чтобы вы случайно не выдали себя, но когда Дима сорвался после похорон, мне пришлось ему рассказать правду. Только я взял с него слово, что никто более об этом не узнает.

— Ясно, — киваю я, устремляя свой взгляд в сторону окна. — А как мы с Максимом здесь оказались?

— После того, что случилось на пустыре, я велел доставить вас обоих сюда, так как это единственное, на мой взгляд, более-менее безопасное место. Здесь находятся только те, кому мы доверяем, — ответил Николай Сергеевич.

— Как вы вообще оказались на том пустыре? И почему там был Максим?

— Нас с отцом выманили. Нам позвонили и сказали, что если мы хотим видеть тебя живой, то должны приехать туда, — ответил Дима. — Мы сразу позвонили Максиму. Он сказал, что ты отправилась к родителям, и решил связаться с твоей охраной. Охрана была недоступна, а твой отец ответил, что ты уехала ещё рано вечером. В общем, мы подумали, что на тебя напали на обратном пути и…

— И приехали в заранее подготовленную ловушку, — кивнула я.

— Мы максимально подготовились, захватив надёжных оборотней. Только вот в этот раз наши враги продумали всё очень хорошо. Если бы не помощь гибридов и твоё появление, то нас бы просто убили, — пояснил Николай Сергеевич.

— Да, в этот раз мы недооценили врагов, — еле слышно сказала я, понимая, к каким последствиям в итоге могли привести произошедшие события. И всё это из-за моей неосторожности и доверчивости. Я так обрадовалась возможности вновь наладить отношения с родными, что даже не подумала о том, с чего бы это мой отец вдруг сам сделал первый шаг. Это было не в его стиле. А мне так хотелось верить…