— Но зову я его Кефир — это удобнее. Верно, Кефир? — с давлением спросил я.
Лис надулся, став похожим на пушистый шарик, а по шерсти пробежали молнии. Но промолчал.
— Так кто он или что он такое? — задала ключевой вопрос Ангелина.
Надувшийся лис отвернулся от нас обоих, показав пушистую задницу. Говорить дальше он отказался. Хотя, может и хвала богам.
На последнюю мысль Кефир дёрнулся и посмотрел на меня с осуждением.
— Кефариан — существо из другого мира. Он заключил договор с моей семьёй и теперь помогает мне восстановить род, как последнему из семейства Шторм.
Ангелина задумалась:
— Последний из семейства Шторм? Хм. Самка? Хм… Хм? ХМ!!!
Её взгляд мог бы испепелить, если её Дар был с атрибутом огня. Поэтому вместо этого появилось ощущение, что меня захлестнуло волной.
— Что за грязные намёки⁈
— Если бы они были грязными, — вдруг вмешался менторским голосом Кефир, — он бы уже затащил тебя в одному из ваших кроватей. Как минимум здесь в номере, не говоря про время, что ты жила у него.
— Ты можешь быть повежливее? — спросил я строго.
— Она назвала меня лисой!
— Хорошо не собакой, верно?
Кефир заворчал, но повернулся в Ангелине и с улыбкой, насколько позволяла лисья морда, сказал:
— Прости. Устал, как со… — он зло шикнул на меня, — замотался, короче. В общем, если бы Шторм чего-то хотел от тебя получить, он бы уже мог всё оформить по высшему разряду.
С улыбкой поднял голову, чтобы посмотреть на Ангелину, но увидел, что теперь она выглядит обиженной.
— Значит, я тебе совсем не интересна?
Лис сделал тот жест, который хотел я, но удержался: фейспалм. Женщины. Вспомнилась моя божественная супруга из прошлой жизни, да сотрёт время её имя, и все закидоны огненной дамы.
Хотя, Ангелина была другой, и не только в том смысле, что она человек, пусть и одарённый. Даже сейчас она быстро пришла в себя, собралась и начала задавать уточняющие вопросы, которые не касались наших отношений и потенциального продления рода.
— Кто-то ещё знает о тебе?
— Только те, кто меня видел при проявлении там в Холле.
— Ты победил тех демонов? Я видела укусы!
— Да.
— Знания Шторма о демонах — от тебя?
— Отчасти — многое вы сами увидели.
И так далее.
В итоге мы проговорили пол дня и только к вечеру решили выйти прогуляться по соседним улочкам.
— Спрятаться можешь? — спросил я Кефира перед выходом.
— Конечно, — кивнул он. — Видимым я должен становиться тогда, когда оперирую большим потоком силы.
— Это хорошо.
— Только вот сейчас я этого не хочу. Так что догоняйте!
И он удрал вперёд по коридору, пугая своим видом обслуживающий персонал.
Глава 14
Время встретиться
— Ловите зверя! С животными нельзя! Кто пустил лису? — слышали мы крики работников гостиницы, стараясь держаться от этого хаоса подальше.
— Он всегда такой? — спросила Ангелина, выглядывая за угол, чтобы убедиться, что там никого нет. — Он всегда был рядом? Думаю, в детстве с таким другом должно быть весело.
— Мы познакомились недавно, уже после смерти родителей, — ответил я, останавливая девушку, давая покусанному носильщику пробежать мимо с причитаниями: «Надеюсь не бешенство!». Судя по голосу это был тот, кто назвал Кефира лисой. — А появился он в доме, заняв собою весь коридор. Думал напугать.
— Я бы испугалась, — сказала Ангелина, когда мы вышли на боковую лестницу и начали спускаться по ней, уже не опасаясь, что нас заметят вместе с лисом.
— Думаю, ты бы ткнула его своим артефактом и он, плача, убежал, потирая нос.
— А ты не ткнул?
— Артефактов не было в тот момент: всё сгорело, — сказал я, и вспомнил про материал, который купил, но так и не успел изучить. Тот самый, из которого по моему мнению, у Сергея был браслет на руке. — Пришлось договариваться.
— А что насчёт его фразы про… — она не смогла договорить, но я понял намёк.
— Ангелин, — я остановил её и взял за руку. — Я очень рад, что ты появилась в моей жизни. Однако это не значит, что я буду что-то от тебя требовать и к чему-то принуждать. То, что я говорил твоему отцу — не красивые слова, а мой подход по жизни. У людей есть свобода воли, и только они сами решают, как жить и что делать. Они сами отвечают за последствия своих решений. Ни боги, ни другие люди. Те, кто говорит иначе — лишь оправдываются, виня кого-то в своих проблемах.
Я посмотрел в окно на вечерний город, на яркие фонари и подсветку зданий, на пролетающие мимо угловатые машины.
— Если ты решишь быть рядом со мной — прекрасно. Если решишь идти дальше — твоё право. — Я усмехнулся и посмотрел на неё. — Но как только ты согласишься идти рядом, больше я тебя не отпущу.
Девушка покраснела, но руки не отдёрнула.
«Видел бы меня сейчас наставник. Смеялся бы в голос», — подумал я, после чего пошёл вниз по лестнице, а Ангелина последовала за мной.
Когда мы вышли на улицу, в нос ударил приятный запах выпечки, перемешанный со слегка влажным воздухом — река протекала неподалёку от отеля, а вечерний ветерок доносил запахи с той стороны.
Мы прошлись до пекарни, взяли по слоёнке с малиной и чашке кофе на вынос. Посидели на скамейке в узком длинном парке, наблюдая за тем, как наши сверстники пытаются победить парочку взрослых мужиков в настольный теннис. Только вот старшие не давали молодым спуску и выигрывали если не всухую, то с разгромным счётом.
Глядя за стенаниями парня, который проиграл двадцать один — три, Ангелина спросила:
— А не страшно, что Кефир где-то там бродит? Его не поймают и не увезут, как дикое животное?
— Он сам кого угодно и куда угодно увезёт, особенно теперь. — Покачал головой. Лис действительно стал сильнее за последнее время. И мне казалось, что причина не только в жемчужине опыта, которую я ему отдал.
— Искать не пойдём?
— Когда набесится — сам придёт. Желательно, невидимым.
— Злюка ты. — От неожиданности я подпрыгнул и обернулся.
Кефир расхаживал на спинке скамейки и, судя по тому, что никто не обращал на светящуюся шерсть никакого внимания, он сейчас был невидим.
Я посмотрел на Ангелину, но та внимательно смотрела на лиса, а затем протянула руку и почесала его за ушами.
— Почему видим для неё? Раньше ты говорил, что у нас с тобой связь какая-то, а другие не заметят.
— Верно, — довольно урча ответил четырёхухий. — Только мы с са… Ангелиной договорились, что я могу обращаться и к ней, — он сделал вид, что лишь оговорился, а затем переключил внимание.
— А мои мысли она услышать через тебя может? — спросил я у него мысленно.
— Нет. Мысленно общаться не можем. По крайней мере пока она не станет самкой Шторма. — Он глумливо улыбнулся, продолжая подставлять наглую голову девушке.
Только в следующую секунду она ухватила его за край губы и потянула:
— Вижу странную улыбочку. Не обо мне ли вы там шушукаетесь?
Я молча улыбнулся, а Кефир попытался вырваться из цепких рук девушки, но та не поддалась. Пришлось ему оправдываться, что он тут просто от удовольствия лыбится и ничего такого не имел в виду.
В итоге она усадила Кефира к себе на колени рядом с сумочкой, чтобы спокойно тискать и не привлекать внимания.
В девять вечера мы вернулись в номер, и пока Ангелина принимала душ, строго-настрого запретив Кефариану совать свой любопытный нос в ванную, мне позвонили.
Сначала это был Подорожников, который с Черкасовым доложил, что часть дома уже привели в порядок, поставили крышу и теперь можно жить на первом этаже, пока приводят в порядок часть второго, где раньше были наши спальни.
Я сказал, что мы вернёмся завтра в районе обеда.
А затем позвонил незнакомый номер, но голос в трубке оказался известным.
— Вы готовы завтра прийти в наш офис, Сергей Иванович? — Татьяна Кислицина говорила вежливо и сдержанно. — Мы гарантируем вам полную безопасность от любых нападений. С вами хочет поговорить руководство.
