– Держится и не подает виду, – сказал Джеймс. – Чертов выродок даже не подумал, каково ей придется!
– Может, как раз подумал, потому и молчал.
– Еще чего, он всегда думает только о себе!
«Кто его знает, о чем он думает…»
– Я буду заботиться о ней, – заявил консультант с удивившей Натана нежностью. – Благо теперь она вдали от влияния этого ублюдка.
Бреннон в который раз подивился, как при таком трезвом взгляде на прочие вещи Джеймс все еще ухитряется сохранять иллюзии насчет Пегги. Их даже у самого комиссара уже не осталось.
– Что там с пробами?
Джеймс нахмурился, сел и раскрыл папку. Колонки вычислений Бреннону ничего не говорили, хотя он почему-то без труда прочел их вверх ногами.
– Вивене не имеет силы на той стороне, – хмуро начал консультант. – Соответственно, как-то воздействовать на провал способна только здесь, у нас. Но судя по первым результатам исследования проб, с той стороны его активно подпитывают. Валентина никак не может этому помешать.
– Черт подери!
Валентина даже словом об этом не обмолвилась! Неужели решила, что лучше им не знать?
– Новость не из лучших, – согласился Джеймс. – Я надеялся, что из-за влияния вивене провал хотя бы с нашей стороны будет постепенно угасать. Но, к сожалению, мы почти ничего не знаем о том, что творится на той стороне. А повлиять уж тем более не в состоянии.
– Вам же удалось закрыть портал Джейсона Мура, да и Полина Дефо справилась с эдмурским.
– Те провалы были в сотни раз слабее. К этому я даже близко не могу подойти, и другие, – Джеймс кашлянул, – обычные консультанты тоже. Они напрасно погибнут, если попытаются.
Натан снова услышал легкие шаги за дверью и понял, что это Маргарет и кардинал, еще до того, как девушка постучала и спросила: «Можно?»
Саварелли галантно пропустил мисс Шеридан вперед, и Бреннон с печалью заметил, что она стала бледнее и худее. Ее мрачный взгляд все больше напоминал взгляд пиромана, а когда она бросила на стол кипу бумаг, опустилась в кресло и сжала подлокотники тонкими пальцами, то сходство стало просто пугающим. Джеймс придвинулся к ней и положил руку на спинку ее кресла. Кардинал принялся просматривать бумаги, которые лежали на столе.
– Основная проблема с провалом, – сказала племянница, – в том, что никто не протянет рядом и секунды, а чтобы огласить даже самое короткое заклятие, нужно не меньше двух. Я уж молчу о том, что для использования Молота необходимо сосредоточиться и иметь в виду, что он начнет действовать минуты через три.
– Я не спрашивал у Валентины, сможет ли она защитить консультантов под своим куполом, – произнес Натан. – Но пока она удерживает воронку. Если Валентине удастся защитить консультантов минут на пять, например, то что будет, когда они используют Молот?
– В теории, – ответил Джеймс, – мощный поток магической силы должен просто захлопнуть провал. Однако никто никогда ничего подобного не делал.
– Я не об этом. Что будет с Валентиной?
– Она вивене, – после паузы сказал Джеймс. – Мы почти ничего не знаем о таких, как она. Но вряд ли она испытает боль или страдания.
– В нашем, человеческом смысле, – добавила Маргарет. Бреннон стиснул зубы. Конечно, в человеческом смысле этого не будет! А в нечеловеческом?! Откуда им знать, что она чувствует, оставшись там совершенно одна!
– У вас есть какие-нибудь предположения насчет того, что там происходит? – наконец спросил его преосвященство.
– У меня лично – нет, – процедил Бреннон. – Но у эксперта, которому я вчера задал этот вопрос, наверняка уже есть.
– И где он, ваш эксперт?
– Изолирован от суетного мира ради его блага, – ядовито отозвался Джеймс. – Натан, неужели вы верите всему, что говорит этот тип?
– Возьмите амулет правды и проверьте, – бросила сквозь зубы Маргарет.
– Я бы проверил и без амулета, припек бы тут и там…
Бреннон смерил Джеймса холодным взглядом, и он не стал развивать эту мысль.
– Пусть ваш эксперт думает поживей, – буркнул Саварелли. – Вскоре известные вам высокопоставленные лица захотят узнать, как вы намерены решить проблему с Фаренцей.
Бреннон фыркнул. В этом смысле иларские лица ничем не отличались от риадских. Следовало бы отписать им что-то дипломатичное и наконец представиться по всей форме, на что упорно намекал кардинал, всучив экс-комиссару целый список возможных вариантов на латыни.
– Вы думали над официальным названием?
– Над чем? – заинтересовался Джеймс. – Зачем вам оно?
– Агентство по ликвидации нежити, нечисти, чернокнижников, противодействию той стороне и защите людей, – неуверенно произнес Натан и после нескольких секунд раздумья добавил: – Международное. Как-то длинно…
– Нашли чем заняться! – фыркнул Джеймс. – Вы еще бланки официальные заведите, печати, девизы и прочую ересь!
– Если бы Энджел только знал, чем вы тут занимаетесь вместо полезной деятельности… – едко начала Маргарет и осеклась. Кардинал пристально поглядел на нее, потом на Джеймса, понимающе – чтоб ему! – хмыкнул и произнес:
– А еще мне доложили, что к нам прибыл некий молодой человек. Каким образом он нас отыскал – непонятно, однако он называет себя Виктор ван Аллен и уверяет, что вы – его отчим. Не могли бы вы забрать юношу к себе, чтобы наконец воссоединиться с семьей?
Сын Валентины привез Натану новости из нормального человеческого мира. Бреннон уже едва помнил, что такой существует
– В Блэкуите все спокойно, хотя в газетах, конечно пишут… про всякое. Будто бы в Фаренце произошло то ли землетрясение, то ли извержение, то ли наводнение, а свидетели рассказывают такое… – Виктор сглотнул, нервно озираясь по сторонам. – Мистер Бройд и ваши детективы передают вам наилучшие пожелания. Миссис Шеридан просила вручить. – Он протянул Натану сверток и попятился, стараясь не касаться руки бывшего комиссара.
Бреннон принюхался и довольно вздохнул: тыквенный пирог по рецепту бабушки.
– Я… мы… в смысле, мы все… после того, что вы рассказали… и что пишут в газетах… Господи, это же просто чей-то бред, да? – вдруг взмолился Виктор. – Это ведь шутка? Не может же быть, чтобы вправду…
– Да, вправду.
– Боже, – упавшим голосом прошептал молодой человек. – Мы… Марион, и Эллин, и мы все… вы ведь понимаете, насколько они были шокированы?
– Вполне.
Виктор отвел от него глаза и после некоторого молчания выдавил:
– Но мы не хотим, чтобы вы ушли из нашего… вашего… дома. Мы будем видеть вас хотя бы иногда?
– Если хотите – то конечно, – сказал Бреннон, постаравшись скрыть, что растроган. – Но сейчас у нас тут несколько напряженная ситуация, и пока что я не могу вернуться.
– Она все еще там? – тихо спросил Виктор. Отставной комиссар кивнул. – Одна? Она… с ней все в порядке? Она ведь не мучается?
– Наверное, нет. Когда она говорила со мной, то уверяла, что чувствует себя хорошо. Над остальным мы работаем.
Виктор еще раз с опаской осмотрелся, будто стоял посреди логова нежити, а не в комнате кардинальского дома, и неуверенно спросил:
– А где все? Ну, остальные сотрудники? Я думал, вы руководите большим, э-э… отделом.
– Остальные вокруг провала. А прочих мы еще не наняли. Подожди тут. Я найду кого-нибудь, кто приготовит тебе комнату. И лучше ничего не трогай на всякий случай.
– Я посижу в холле, – выдавил Виктор.
– Там тоже ничего не трогай. Я скоро за тобой вернусь.
Кардинал хоть и немного поворчал, что у него тут не гостиница, милостиво согласился приютить у себя сына Валентины на день-другой, пока из Романты в Авентин не отправится новый дилижанс. Ездили они сейчас нерегулярно и с большими перерывами, а Бреннон сомневался, что юноша стойко вынесет переход через портал. Разобравшись с этой проблемой, Натан добрался до холла и тут же наткнулся на другую: юный ван Аллен, тяжело дыша, глядел, как Маргарет спускается по лестнице, читая на ходу какие-то бумаги. За ней следовал Джеймс Редферн, и иногда они коротко переговаривались. Рядом с ними трусил Кусач.
