– Более чем.
Селестина чуть подалась вперёд, разглядывая Велиана с явным удовольствием, как ребёнок заводную игрушку, которая ещё работает, но уже начала чуть сбоить.
– Дорогой, – пропела она, – а ты сам‑то как? Не слишком ли увлёкся? Я ведь прекрасно помню, на что ты потратил последние месяцы.
– Селестина.
– Что? – с лукавой улыбкой отозвалась она.
– Не лезь в мои дела.
Женщина чуть отстранилась, провела ладонью по волосам и моргнула, на этот раз по‑человечески.
– Как скажешь.
Едва Драх легонько ударил ногтем по краю мраморной столешницы, как раздался звонкий звук, и все присутствующие замерли.
– Закрываем вопрос, – твёрдо сказал он. – Велиан, даю тебе месяц. Если по истечении этого срока я снова услышу фамилию Моррис в негативном для нас контексте, мы вернёмся к этому разговору, но уже без тебя. Ты всё понял?
Разноглазый слегка наклонил голову.
– Понял.
– Прекрасно, – Драх перевёл взгляд на пустое кресло слева от себя и едва заметно нахмурился.
Несколько секунд он разглядывал резную спинку, будто та могла что‑то рассказать, а потом тихо произнёс:
– Господа, есть новости о нашем… «друге» Асторе?
Тиберий замер с кольцом между пальцами. Вертикальные зрачки Селестины медленно вытянулись в тонкие нити. Велиан почувствовал, будто воздух в груди стал чуть гуще, и заставил себя положить ладонь на стол.
Несколько секунд никто не решался заговорить.
– От него уже несколько лет ни слуху ни духу, – наконец произнесла Селестина, не поднимая глаз. – И, признаться, я бы предпочла, чтобы так оно и осталось.
– Тут я с тобой соглашусь, – сказал Тиберий. Кольцо в его пальцах вновь закрутилось, но как‑то нервно. – Место, в которое полез Астор, слишком… Глубокое, и вероятность того, что он выбрался из Леса, нулевая, так что нам не о чем переживать, господин Драх.
Слова прозвучали уверенно, но Велиан отметил, что Тиберий облизнул сухие губы, а Селестина несколько раз моргнула чуть быстрее обычного.
– Нулевая, – задумчиво повторил Драх, постукивая ногтем по столешнице. – Такая вероятность слишком часто оказывается… приблизительной.
– Господин Драх, – мягко вмешалась Селестина, и в её голосе впервые за вечер прозвучала осторожность. – Если бы Астор вернулся… Мы бы узнали об этом первыми.
– Возможно, – спокойно отозвался Драх.
Тиберий хмыкнул, явно пытаясь снять напряжение, но смешок получился неестественным.
– Да бросьте, – он развёл руками. – За столько лет в глубинах Леса он точно отправился на тот свет.
Драх медленно перевёл взгляд с пустого кресла на лица сидящих.
– Хорошо, – наконец обронил он. – Будем считать, что Тиберий прав, но, если кто‑то из вас услышит о нём хотя бы намёк или шёпот в подворотне… Сразу сообщите мне. Это понятно?
– Более чем, – за всех ответил Тиберий.
Селестина молча наклонила голову, и Велиан слегка кивнул.
Драх ещё раз провёл взглядом по пустому креслу и вновь сложил ладони домиком.
– Второй вопрос. Поставки из Громового биома…
Велиан позволил себе медленно выдохнуть через нос так, чтобы никто за столом не услышал.
Он опустил взгляд на столешницу и вновь увидел в ней своё отражение. Два разноцветных глаза, тонкая улыбка – спокойное лицо человека, у которого всё под контролем.
Под столом его правая ладонь медленно сжалась в кулак, отчего ногти впились в кожу.
«Кто, – подумал он, разглядывая свое отражение. – Кто тебе помог, парень?».
Голос Драха продолжал перечислять пункты повестки, Селестина что‑то записывала пером на лист пергамента, а Тиберий то и дело подкидывал кольцо, играя сам с собой.
Велиан слушал краем уха, прокручивая в голове план, но без той вальяжности, с которой действовал прежде.
Парень оказался крепче, чем выглядел. Что ж, тем хуже для него.
В коридоре у входа, в глазнице Костяного владыки, слегка качнулось мутно‑молочное яйцо.
Кодекс Магических Зверей 6
Глава 1
Открыв глаза, я какое‑то время бессмысленно смотрел на потолок башни. Затем повернул голову и заметил, что сияние источника в центре зала потускнело, вернувшись в прежнее состояние.
Прижавшись щекой к холодному полу, я полежал еще несколько минут, пока перед глазами не появилось сообщение Системы:
[Внешнее воздействие нейтрализовано]
[Состояние организма стабилизировано]
– Что это было? – пробормотал я, садясь.
Система не отозвалась. Я подождал ещё несколько секунд на всякий случай, но строки так и не появились.
Я закрыл глаза и сосредоточился на внутренних ощущениях. После жуткой вспышки боли, что прокатилась по всему телу, даже не раскалывалась голова – чувствовалась лишь слабость. Магические каналы значительно расширились. Сколько маны они теперь вмещают, удастся понять только на практике, но первое впечатление, безусловно, приятное.
– Внешнее воздействие, значит, – повторил я вслух, с трудом поднимаясь на ватные ноги, будто только что отпахал многочасовую смену у операционного стола.
Опёршись ладонью о стену, подождал, пока не прекратилось головокружение и направился к лестнице.
Когда спустился и открыл створку, в лицо ударил яркий свет, заставивший меня зажмуриться и схватиться за косяк.
Через несколько секунд услышал шорох лап, и тут же кто‑то ткнулся лбом в моё колено, да так, что я едва не присел. Открыв глаза, прищурился и увидел у ноги Кроха, а Люмин, радостно подпрыгивая, описывал вокруг нас круги.
– Успокойтесь, мохнатые, – я выдохнул и присел на корточки. – Я в порядке.
Крох ткнулся мокрым носом в мой подбородок. Я приобнял его одной рукой и почувствовал под ладонью мелкую дрожь.
– Прости, – прошептал я. – Заставил вас поволноваться.
Люмин в два прыжка очутился под моей второй рукой, протиснулся между мной и Крохом, прижался боком и отправил через нить образ: я лежу на холодном полу, а его маленькие лапки тщетно толкают меня в плечо.
– И ты прости, ушастый, – я ласково погладил его по голове.
Со стороны будки раздался деликатный кашель.
– Долго же вы, молодой человек.
Подняв голову, увидел старика‑смотрителя, высунувшегося из будки с глиняной кружкой в руках. Его брови были сведены к переносице, а взгляд поверх съехавших на кончик носа очков будто выражал сомнение: отчитать меня или пожалеть.
– Сколько я там пробыл? – спросил я.
– Три часа, – сухо отозвался он. – Я уже хотел кого‑нибудь к вам отправить. Подумал, может, плохо стало.
– Простите… – выдавил я, проведя ладонью по лицу. – Видимо, забылся.
Старик прищурился, скользнул взглядом по моим дрожащим пальцам, выбившейся из‑под ремня рубахе и вернулся к лицу. Я приготовился к расспросам, но смотритель лишь хмыкнул и, отпив из кружки, скрылся обратно.
– Бывает, – буркнул он. – Только в следующий раз ведите себя аккуратнее. Источник – не игрушка, может и погубить, если перестараться.
– Учту, – сказал я.
– Домой‑то сможете добраться? – спросил старик.
– Справлюсь, – выпрямляясь, ответил я.
– Ну смотрите.
Проходя мимо будки, вернул камень‑пропуск старику.
– Спасибо, – сказал я и двинулся к воротам.
Крох и Люмин трусили по бокам, прижимаясь к моим сапогам так плотно, что я несколько раз едва не запнулся.
Стоило отойти чуть подальше, как на меня обрушился многоголосый гул, а в голове закрутились мысли.
Что за внешнее воздействие нейтрализовала Система? Неужели чужеродная энергия, поселившаяся в Велгаре… передалась по нитям мне, когда я пытался помочь зверю? Или это нечто иное… Ладно, может это не взаимосвязано. Никаких зацепок, подтверждающих эту догадку, у меня всё равно нет, так что не буду забивать голову раньше времени.
