Пламя крови. Сила истинности (СИ) - Мун Даяна
— К черту Эриана! К черту Совет и эти проклятые игры бессмертных! Пусть Верховный замерзнет полностью в своем холоде! — Его голос срывается, в нем звучит не маг, а просто измученный мужчина. — Амбер, давай бросим все. Прямо сейчас. Мы можем уйти за пределы империи, затеряться в Канагаре, там нас прикроют… Мы ведь мечтали о другом. Мы хотели пожениться, хотели дом, где будут играть наши дети. Я найду способ сдерживать руну, я клянусь!
Я смотрю на него и внутри меня что-то болезненно сжимается, но через миг лед отречения медленно превращает мои эмоции в серый пепел. Я мягко высвобождаю руки.
— И что тогда будет с твоей семьей, Стивен? — мой голос звучит пугающе ровно, почти бесстрастно. — Что будет с Валией и Сантией? А Бронс? Мартин? Как только мы переступим порог этого дома как беглецы, Лайтон придет за ними. Ты готов заплатить их жизнями за наш призрачный шанс на счастье?
Стивен замирает и я вижу, как надежда в его глазах гаснет, сменяясь мертвенной бледностью.
— Я лишена чувств, Стивен, — продолжаю, глядя на перстень Кайлана, который кажется теперь частью моей плоти. — Я почти не помню, каково это — чувствовать, как раньше. Но я помню, что такое долг и не позволю тебе уничтожить своих близких ради тени той девушки, которой я когда-то была. Я пойду к Кайлану, а потом — к Эриану. Это единственный способ оставить вас в живых.
В кабинете воцаряется тишина, нарушаемая только тиканьем часов. Стивен медленно поднимается.
— Значит, ты выбираешь самопожертвование вместо жизни со мной, — глухо произносит он.
Гулкий стук в дверь обрывает тишину кабинета, как гильотина. Стивен вздрагивает, на мгновение прикрывает глаза, гася в них отблески своих желаний, и выходит в холл.
Когда маг возвращается, в его руках зажат небольшой флакон из темного стекла. Сквозь стенки пробивается ядовитое, неестественно изумрудное свечение. Стивен замирает посередине комнаты, глядя на это зелье с нескрываемым ужасом. Он медлит, его пальцы судорожно сжимают горлышко — словно колеблется в последний раз, пытаясь решиться: дать мне этот шанс или уничтожить флакон и бежать со мной на край света.
Я вижу его сомнение и понимаю: он не знает тайну моего рождения. Он верит, что спасает человека, в то время как это зелье сейчас столкнется с подавленной кровью древнего вампира внутри меня. Риск чудовищен, но времени на объяснения нет.
Я резко подаюсь вперед и выхватываю зелье из его пальцев.
— Нет времени на страх, Стивен, — шепчу я и выпиваю его махом.
На вкус оно оказывается горьким, как полынь, и густым. Первое мгновение кажется, что ничего не происходит, но затем…
Мир вокруг взрывается. Я ломаюсь от дикой боли, какой не знала никогда прежде. Это не просто жар — это ощущение, будто тысячи раскаленных кинжалов впились в мои сосуды и рвут вены заживо, перекраивая саму структуру моей плоти. Сдавленный крик застревает в горле, легкие отказываются принимать воздух.
Я чувствую, как изумрудный яд Лиз сталкивается с пламенем моей руны и холодом перстня Кайлана. Мое тело превращается в поле битвы.
— Амбер! — голос Стивена доносится словно из-под толщи спресованного воздуха, искаженный и далекий.
Мои колени подкашиваются, и я падаю в темноту, чувствуя, как сознание гаснет под напором этой первородной, нечеловеческой агонии.
Темнота не приносит забвения. Она превращается в калейдоскоп из осколков памяти: смех бабушки Валерии, запах свежескошенной травы на краю империи и силуэт высокого мужчины, который когда-то держал меня за руку, прежде чем раствориться в вечности. Эти картинки вспыхивают и гаснут, пока мое тело в реальности содрогается от изумрудного яда.
А в это же самое время в Храме Судьбы, под сводами из белого мрамора, вершится иная история.
Кайлан Вайтс стоит перед Алтарем Первородных. Его лицо — маска из холодного гранита, в которой не дрожит ни один мускул. Его голос, усиленный акустикой храма, звучит как погребальный звон:
— Я, Кайлан из рода Вайтс, Верховный империи Элвадол и Совета Семи ветвей иерархии клянусь перед лицом Богов и предков: ровно через пять дней я совершу Ритуал Соединения с Кларой Деброс. Моя кровь станет ее кровью, моя власть — ее властью.
Присутствующие главы всех Ветвей замирают. Воздух в Храме можно резать ножом.
Элизабет Станс едва заметно щурит свои кошачьи глаза. В ее взгляде нет радости. Девушка знает цену этого союза и знает, что Кайлан сейчас подписывает приговор не только себе, но и той человеческой девушке, которую она видела в особняке Стивена. Она слегка касается губ кончиками пальцев, пряча искривленные в усмешке губы.
Лайтон Морган замер, словно натянутая струна. Внешне — оплот преданности Совету, благословляющий выгодный союз Кайлана и Клары, но за его ледяным спокойствием скрывается совсем иная игра. Он сам грезит о власти над «Пламенем крови» и именно ради этого он сделал из собственного сына охотника. Теперь, глядя на Кайлана, он чувствует, что этот брак — не триумф Верховного, а искусно расставленная ловушка. Кайлан заходит в нее с открытыми глазами, не подозревая, что за спиной Клары маячит тень Морганов, готовых перехватить контроль над империей, как только Амбер окажется в их власти.
Лайтон едва заметно сжимает кулаки. Пять дней. У него есть пять дней, чтобы убедиться, что Эриан выполнит свою часть сделки: Амбер придет к ним добровольно.
Эридан Деброс стоит рядом с дочерью в центре Храма, расправив плечи, и на его губах играет снисходительная, торжествующая улыбка. Для него этот союз — не просто политика, а личная победа, венец многолетних амбиций.
Он искренне верит, что это событие положит конец той опасной смуте, которую принесла с собой девчонка-человек. Для него Амбер — лишь досадная ошибка в расчетах Совета, сорняк, который нужно вырвать с корнем, чтобы великие дома вампиров снова могли соединить свои силы.
Эридан бросает на Клару взгляд, полный холодной, собственнической гордости. Его дочь справилась. Она заняла место подле Верховного. Он не замечает — или не хочет замечать — мертвенной бледности Кайлана и того, как Лайтон Морган сверлит его спину тяжелым взглядом. В мире Деброса все наконец-то встало на свои места: кровь смешается с властью, а человеческий след сотрется из истории Элвадора навсегда.
— Ты превзошла мои ожидания, Клара, — едва слышно шепчет он, когда девушка поворачивается к нему.
В его голове уже строятся планы на утро после обряда, где он, как тесть Верховного, станет вторым человеком в исполнительной власти государства.
Клара Деброс стоит рядом с Кайланом, сияя от торжества. В её глазах — жажда власти, которую она больше не считает нужным скрывать, не замечая, что Верховный даже не смотрит в ее сторону.
Клятва произнесена. Магические нити Храма вспыхивают красным скрепляя обещание.
В тот самый миг, когда Кайлан произносит роковое «Да», Храм Судьбы содрогается от безмолвного эха. Белое сияние алтаря вспыхивает, скрепляя клятву, но внутри Верховного что-то с треском ломается.
Внезапная, острая, нечеловеческая боль прошивает его насквозь, выбивая воздух из легких. Это не его собственная агония — это всплеск, отголосок того, как изумрудное зелье рвет вены Амбер в особняке Стивена Стоунса. Кайлан судорожно сжимает пальцы на холодном мраморе алтаря, его лицо белеет, становясь прозрачным, как у мертвеца.
Главы ветвей замирают.
Но Кайлан лишь глубже впивается ногтями в камень алтаря. Он уверен: это его собственная суть восстает против лжи. Он думает, что эта коверкающая судорога — цена за слова, которые он только что произнес. Его тело, его магия, само его естество кричат от отвращения к ритуалу с Кларой, превращая его «Да» в еще один шрам на душе.
Верховный не догадывается, что в этот момент его кровь в перстне вскипела, передавая ему предсмертную муку человеческой девушки.
— Церемония окончена, — выдыхает Кайлан Вайтс и его голос звучит так, будто он сам только что выпил яд.
Похожие книги на "Пламя крови. Сила истинности (СИ)", Мун Даяна
Мун Даяна читать все книги автора по порядку
Мун Даяна - все книги автора в одном месте читать по порядку полные версии на сайте онлайн библиотеки mir-knigi.info.