Врачевальная 13 (СИ) - Поддубная Таруна

- Я тут точно не причем, - вмешался Эльмиэль. - Меня тут в это время не было, я летел тогда в самолёте, - как оказалось, эти двое давно забыли про свой спор и слышали наш разговор.

- Да-а-а?? я думал - бился о скалы. В любом случае, лично тебя тут не было… но я согласен с Марьяной - как-то все странно, - ответил Ингвар.

- Да. Я тоже не могу не согласиться, вот только для чего? – спросил эльф.

- А вот это нам и предстоит узнать. Так что - заканчиваем есть и выдвигаемся. Марь, давай ты сегодня останешься дома или просто погуляешь по поселку. Поверь, в Подземье - очень много интересного и того, что тебя удивит, – сказал Саша, вставая и забирая у меня посуду.

- Даже не сомневаюсь, - вот в чем-в чем, а в этом я не сомневаюсь.

- Прошу! – эльф протянул Саше тарелку.

- Гостеприимство окончено, поэтому дальше - самообслуживание, - оборотень повернулся и пошел мыть только нашу с ним посуду.

- А на еду…? – спросил эльф с очень расстроенным лицом.

- Все будет зависеть от твоего поведения, - не поворачиваясь, ответил Саша.

- С козырей зашел! - нахмурился эльф.

- Он всегда так. Поэтому будь осторожен: он не шутит, уж поверь, а точнее - вспомни некоторые моменты прошлого, и его обещания, в которые ты не верил сначала, - довольно скалясь, ответил Ингвар.

Поэтому главам пришлось, ворча и споря, мыть тарелки за собой. Вроде бы они иные существа, но все так же, как и у обычных людей.

Глава 37

Когда все ушли, я задумалась - чем я хочу заняться. Идти гулять по поселку мне не хотелось, зарываться в старинные пыльные книги - тоже.

- И что задумалась? – послышался голос Гоши.

-Ты где был? – спросила я и повернулась к нему, от увиденного открыла рот от удивления.

Гоша и Зубастик были все в грязи и крови. Если Гоша скорее всего был такой грязный, потому что охотился, как я предположила, то почему так выглядел кот - интересно. Что-то я сомневалась, что он тоже охотился вместе с Гошей. Хотя…

- Мы охотились. Должен же я был своему младшему помощнику показать, где и как это делается! – с довольной и сытой улыбкой ответил фамильяр.

Кот совершенно не обращал на нас внимания - он был занят приведением себя в порядок. Развалившись, он очень старательно вылизывал себя. И судя по его морде, кот был не менее доволен, чем Гоша.

-Младшим помощником? И в чем, позволь спросить, он тебе помогает? – вот это новости: у змея в младших помощниках кот.

- Н-у-у-у… пока мы в процессе. Так над чем ты так задумалась? – повторил свой вопрос он.

- А давай на кладбище съездим к моим предшественницам? – пришла в мою голову мысль, которую я долго откладывала.

- Отличная идея. Пока ты будешь бродить, я прекрасно высплюсь на твоей талии. А зубастик останется охранять дом! – на слова Гоши кот мяукнул в ответ.

- Вот и отлично. Собираемся, – и, встав наконец-то из-за стола, я пошла одеваться.

Вышла на улицу, вдохнула вечерний морозный воздух, закрыла дверь своего нового дома. Завела мотоцикл и поехала в сторону кладбища, дорогу я тогда запомнила хорошо, она будто отпечаталась у меня в мозгу.

Вечерний сумрак окутывал старинное кладбище, словно серый, полупрозрачный саван. Вековые деревья, изогнутые ветром и временем, сплетали свои корявые ветви над головой, образуя готический свод. Среди них, словно потемневшие от времени кости, высились надгробные плиты и склепы, покрытые мхом и лишайником, которые проглядывали из-под снега. Холодный, сырой воздух нес в себе запах тлена и влажной земли. Под ногами чавкал подтаявший снег, смешанный с грязью.

Я медленно шла по узкой, петляющей тропинке, оглядываюсь и всматриваясь в темноту: вдруг тут были зомби или приведение. Ну, а что? Вампиры, оборотни, эльфы - были, почему бы и остальному не быть. Моё лицо, наверняка бледное в отблесках луны, должно быть выражало сосредоточенность и печаль. Я всматривалась в имена на надгробиях, читая их, словно страницы старинной книги, полной утрат и забытых историй.

Кладбище дышало историей. Высокие готические склепы, украшенные ангелами и горгульями, соперничали с простыми каменными плитами, на которых не было имен, только одни непонятный значок и все - под ними покоились неизвестные существа... Среди склепов можно было различить фамильные захоронения с гербами и эпитафиями на латыни, полустертые надписи, свидетельствовавшие о давно ушедших эпохах.

Наконец, я остановилась перед массивным склепом, высеченным из темного гранита. Его дверь, была монолитной и зияла черной пустотой. Склеп моих предшественниц, женщин, связанных со мной кровными узами и необыкновенной судьбой, вот только мы никогда не встречались и, скорее всего, даже не знали о существования друг друга... Страх и трепет охватили меня, но я сделала глубокий вдох и только хотела шагнуть в темноту, навстречу своим корням, навстречу прошлому, которое манило и отталкивало одновременно, туда, где, возможно, меня ждал ключ к моему собственному будущему… Вот только сделать шаг я не смогла, так как меня привлек чей-то тихий, еле уловимый плач.

Я прошла мимо множества склепов, серых и монументальных, словно безмолвные стражи времени, пока не увидела перед собой полупрозрачный силуэт в старинном платье. Передо мной стоял призрак женщины и тихо плакал в одиночестве. И я оказалась права: призраки тоже существуют.

Призрак словно был соткан из лунного света и тумана. Ее платье, когда-то роскошное, теперь представляло лишь бледную тень былого великолепия. Тонкий шелк, испещренный вышивкой, казалось, рассыпался бы в прах от малейшего прикосновения. Воротник-стойка, обрамлявший длинную, тонкую шею, был украшен поблекшими жемчужинами. Ее волосы, темные и вьющиеся, свободно ниспадали на плечи, скрывая часть лица, но я видела глубокую печаль в ее полупрозрачных глазах.

Я приблизилась, ступая легко и бесшумно. Мои шаги не нарушали тишины кладбища, словно я сама была частью этого места, частью его истории. Остановившись на расстоянии нескольких метров, я решила заговорить тихим, успокаивающим голосом.

- Почему ты плачешь, душа? - мой голос прозвучал среди могил бархатным эхом.

- Она приходит сюда каждые двадцать лет. Она призрак, привязанный к камню дома, под которым похоронена очень давно. Но в один из дней проклятье ослабевает и отпускает ее сюда - побывать на могиле ее мужа и детей. Мне кажется, что давая такую возможность, проклятье дополнительно только наказывает её, - раздался женский голос за моей спиной, и я повернулась.

За мной стояла незнакомка. Одета она была в готическом стиле. Черный бархатный корсет, шнуровка которого подчеркивала ее хрупкую талию, сочетался с длинной юбкой из тяжелого шелка, словно сотканного из самой ночи. Кружева на манжетах и воротнике старинной блузы вторили бледности ее кожи, а серебряные украшения, змеящиеся по пальцам и шее, мерцали в лунном свете, как осколки звезд, упавших на землю. В руках она держала посох из отполированного черного дерева, увенчанный черепом ворона, чьи пустые глазницы, казалось, вглядывались в саму душу.

Ее лицо, обрамленное темными, волнистыми волосами, было одновременно пугающим и притягательным. Высокие скулы, тонкие губы, тронутые легкой усмешкой, и пронзительные серые глаза, способные увидеть сокрытое от глаз смертных, свидетельствовали о долгих годах, проведенных в изучении тайн жизни и смерти. Вокруг веяло ароматом ладана и сухих трав, окутывая ее аурой загадочности и власти. Она не просто шла по кладбищу, она парила над ним, словно дух, веками охраняющий это место.

- Позволь представиться - Елена, и далеко не прекрасная…! Вижу, ты, как и я, чувствуешь отголоски прошлого. - Ее голос, низкий и бархатный, обволакивал словно мягкая паутина, маня в неизведанные глубины. – И, смею предположить, не просто так бродишь в сумраке между могил.

- Марьяна… Да, я пришла навестить своих предшественниц и услышала тихий плачь, он и привел меня сюда, – ответила я девушке, от нее не веяло опасностью, только каким-то далеко не легким сумасшествием.