Да-да, у женщин в этих боях нет весового деления. У мужчин — есть, а вот у женщин…
Или ты полулегкий вес, или минимальный, наилегчайший… только вот разница там в категориях килограмм десять. Не больше.
А тут все двадцать — двадцать пять.
Надо полагать, местная фаворитка или знаменитость. А Дашу ей подсунули для разогрева. Вон она какая, серьезная, в черном, вся стильная и мрачная. Надо, наверное, бояться?
Волосы собраны в пучок, лицо как у древнего дракона — вот кинусь и сожру. И напротив Даша.
Совершенно несерьезная в своем розовом, с улыбочкой и длинными ресницами. Розовые волосы собраны в два хвостика, так помощница посоветовала. Да еще бантики на хвостиках, кто бы сомневался, розовые. Смотрится она — как кошечка против танка.
В этом и была идея?
Мужчины!
Презрительный свист был ей вместо аплодисментов. Далина милейшим образом улыбнулась, приветствуя соперницу. Вместе прослушали правила боя, вместе вышли, поклонились друг другу — презрение от женщины било аж фонтаном. И…
Наверное, идея была такая, сейчас Анджелина кинется, растопчет копытами эту девчонку, как сахарную вату на палочке…
Бросок был безукоризненным. И каким образом Анджелина влетела в ограждение, не поняла, даже она сама. А розовая дрянь оказалась за ее спиной. И стоит, ждет, улыбается…
И еще один бросок!
И… и опять мимо!
Далина улыбалась — и изо всех сил кусала изнутри щеку.
Да что ж такое!
Ей нельзя подпускать к себе соперницу, нельзя… успокаивайся, ну же, успокаивайся!
Когда она вышла на ринг, все было хорошо. И первые несколько минут — тоже.
А потом… рев зала, атмосфера боя, заведенные до предела люди — и дракон отозвался! Далина не могла атаковать — на руках пытались вылезти когти, она противницу просто на лоскутки распустит! она едва успевала уворачиваться — чешуя стремилась поползти по лицу!
И как на это отреагируют зрители?
Далина уже до крови прокусила щеку, но это не помогло. Боль-то хорошо, но вкус крови во рту только больше заводил дракона. Зверь рычал, ярился, требовал добычи — свеженькой… ее тут столько!
Ну же!
Ему много не надо, один-два человека, пару смертей, чтобы он вспомнил, КАК это, чтобы кровь по когтям, алыми каплями, чтобы дымящаяся требуха наружу… это дракон!
Анджелина кинулась еще раз, и Далине пришлось увернуться снова.
Да успокойся же ты!!!
Я тут главная, я командую!!!
Но пока еще зверь не слушался, и приходилось танцевать по рингу, и уворачиваться, уворачиваться, к удивлению зрителей и негодованию противницы.
Первые три раза проходили под молчаливое недоумение зала. Следующие пять промахов — под хохот и свист. Анджелина нервничала все сильнее, кидалась агрессивнее… дайте ей только дотянуться до этой пакости! Она ж ее по уши в ринг вобьет… тут уже речь не шла ни о чем! Была только чистая ярость! Разорвать, раскромсать, уничтожить…
Каким-то образом противница поняла, что игры закончились. И… в следующий раз Анжделину жестоко ударили в спину.
Нет, не по почкам, и не по легким, и покалечить таким образом сложно. Но боль так резко прострелила спину, что женщина потеряла равновесие, и тряпкой повисла на ограждении.
И ей тут же заломили руку. Жестоко и безжалостно, из такого захвата не вырвешься, на нем висишь, как на веревочке…
— Сдаешься?
Далина едва выдавила из себя это слово.
Запах противницы бил по ноздрям, и хотелось сначала полоснуть когтями, раздирая ее в клочья, а потом откусить голову и взреветь, объявляя всем о своей победе! Она дракон!!!
Кто смеет поднимать на нее хвост⁈
Ну, скорее же! Сдавайся, дура, я же не выдержу сейчас когти полезут… НУ!!!
Анджелина скорее язык бы себе откусила, чем сдалась. Еще и пахнет от этой дряни чем-то фруктово-конфетным! Да что ж такое!
Но… все решили за нее.
Пять минут уже истекали, она даже пальцем до своей соперницы не дотронулась, а та ее держала крепко и уверено, и отпускать не собиралась. Калечить — тоже. Анджелина попробовала дернуться, но куда там! Только от боли взвыла.
При этом все видели, что вреда Анджелине не причинили… даже нос не расквасили! Вообще ничего такого! Да что ж за чудовище на арену вышло⁈
Тренер решительно швырнул в октагон полотенце.
— Все! Сдаемся!
Анджелина заорала уже вовсе матерно, но… пришлось посмотреть правде в глаза. Ее просто сделали, как малолетку, которая ничего не знает и не умеет. Раскатали по матам. И до пяти минут ее продержат спокойно.
Ыыыыыыы!
Розовая дрянь отпустила ее — и отошла. Вскинула руку вверх, в ответ на аплодисменты.
И тут Анджелину переклинило.
Выиграла⁈ Так ты, дрянь, сейчас нарвешься! Ярость рванула, захлестнула, поволокла за собой… Анджелина кинулась вперед, Далина едва не взвыла… что ты творишь, идиотка⁉
Я же тебя убью сейчас!
И когти лезут, вокруг пальцев уже клубится алый туман, она уже почти не контролирует себя, она не сможет даже рукой к бабе прикоснуться… решение пришло мгновенно, и Далина выставила ногу в элементарной подножке.
Анджелина могла бы ее заметить, но в такой ярости… нет! Это не тот случай!
Женщина с размаху запнулась о выставленную вперед ногу, и сила инерции повлекла ее вперед, на канаты, те оскорблено спружинили — и отбросили свою жертву обратно. Аккурат на ее же тренера.
Маты отозвались глухим эхом на мощный удар.
Зал секунду молчал, а потом грянул дикий хохот.
Так Далина и удрала, пока окончательно себя не разоблачила.
Уффффф, повезло! И пронесло.
* * *
Когда Умар зашел в гримерку, Далина стирала с лица краску важными салфетками. Переоделась она в первую очередь, чтобы никто не видел то проступающей на руках, то исчезающей чешуи, и теперь убирала грим.
Воняет, раздражает, а дракон и так рвется наружу…
— Как ты?
— Плохо, — честно созналась Далина.
— Не похоже — так же честно сказал Умар. — Не блюешь, в обморок не падаешь. Или еще что есть?
Версию Далина уже продумала, так что ответила со всей искренностью.
— Мне на бои нельзя. Простите, я себя переоценила. Вы вправе меня уволить.
— Почему? — заинтересовался мужчина.
— Потому что я не справляюсь. Я ее убить могла.
И снова ни слова неправды.
— Не убила же?
— Могла, если увлекусь. Если бы потеряла над собой контроль… у меня это на инстинктах, понимаете? В подсознании вбито, врага надо убить! А тут нельзя… я дура! Я так могла вас подставить, да и себя тоже!
Умар не знал, что ответить.
Понятно, баба — дура.
С другой стороны, и Хабиб советовал с ней не связываться, а он не дурак, и причина такая… это не тошнота и не волнение. Она и правда могла убить?
Умар еще раз осмотрел женщину, такую хрупкую и несерьезную. И волосы эти розовые. И глаза…
Далина честно старалась не смотреть на него впрямую, глаза в глаза, и сами-то глаза прятала за цветными контактными линзами, как Костя посоветовал, но…
Ровно на долю секунды их взгляды встретились — и Умар едва со стула не упал. Таким ледяным холодом его пробрало, такой ужас обуял — едва стул не намок. С детства он так не боялся, когда едва в омут не затянуло, вот, и сейчас что-то похожее, то же ледяное дыхание смерти, и сразу веришь в ее слова… Далина опустила глаза.
Умар замотал головой, сбрасывая наваждение.
— Так… гхм! Я понял. Бои больше не предлагаю. Но ты стала популярна… если кто захочет с тобой познакомиться или поговорить?
— Им же хуже, — машинально ответила драконица.
Умар к словам цепляться не стал.
— Я твои контакты никому не дам, но ты учти, люди бывают настойчивы.
Далина вздохнула, и снова потянулась за салфетками.
— Я виновата. Переоценила себя. Увольняйте.
— Работай пока. Там видно будет. Водитель тебя ждет за дверью, домой довезет, чтобы никто не прицепился. А я пока тут останусь.
— Спасибо.
— Не за что. Кстати — твои деньги. И я ставку на тебя сделал, вот твоя доля.
