Эволюция целителя 3 (СИ) - Харченко Сергей

Прошёл я через застеклённую дверь, над ухом звучно прозвенел колокольчик. Я обратил внимание на помещение. Тут и не повернуться. Один прилавок, крохотный холодильник, который издаёт непонятные поскрипывающие звуки.

Да и пахло здесь не так чтобы свежестью. Явно у них есть склад, и стопудово на этом складе что-то протухло.

За кассовым аппаратом замерла полная женщина в фартуке с изображением вывески. Продавщица мерно жевала что-то вроде жвачки, уткнулась в смартфон, не обращая на нас никакого внимания.

— Добрый день, — улыбнулся ей Захарыч. — Сегодня же понедельник?

— А я вам что, календарь, что ли? — вяло произнесла продавщица и подняла на него хмурый взгляд. — Понедельник сегодня или четверг, какая вам разница?

Я аж опешил от такого сервиса. Сразу захотелось ввернуть что-нибудь в ответку хотя бы насчёт её коровьего жевания.

Захарыч побагровел, но сдержался от резких слов.

— У вас же в понедельник обычно завозят продукты? — спросил старик.

— Наверное. Не я отгружала товар, — вяло откликнулась продавщица. — Какие продукты нужны?

— Мясо, сметана, зелень, — перечислила Настя.

Продавщица закатила глаза, затем бросила в её сторону тяжёлый взгляд.

— Девушка. Какая зелень? — спросила она. — Есть же много зелени. Петрушка. Укроп. Сельдерей…

— Всё, что вы перечислили, — процедила Настя. — И разговаривайте с нами повежливей, пожалуйста.

— Я так со всеми разговариваю, — холодно объяснила продавщица. — И что? Вы какие-то особенные?

— Может, хватит так базарить? — включился в разговор Пуля.

— А то что? Угрожать мне будешь? — переклонилась через прилавок продавщица, уронив на него массивную грудь. — Может ещё книгу жалоб подать?

— Уважаемая, нам нужны продукты, — встрял я в разговор, сдерживая смех. Ну, надо же. Я уж думал, что нет никого похлеще Зинаиды. А вот нет, ошибался.

— Так говорите, что вам надо. Что вы мне мозги пудрите? — возмутилась тётка.

— Егор Захарович, а точно здесь продукты свежие и хорошие? — тихо спросил я у старика.

— Те, что закажем, будут свежими, уж помяни моё слово, — обнадёжил Захарыч.

В итоге мы перечислили, что нам надо, а продавщица позвала худого помощника, который мигом вынес пару больших филейных кусков говядины, несколько пучков свежей зелени, пару банок сметаны. Причём сметана была запакована в пластиковые контейнеры без опознавательных знаков, лишь сверху была нарисована фломастером цена.

— С вас пятьдесят семь рублей, — мрачно сообщила продавщица. — Принимаем только наличкой, аппарат сломан.

— Вот, — выложил я шестьдесят рублей на механические весы.

— Нет сдачи, — сообщила тётка. — Нужно под расчёт.

— Как вы работаете? У вас ведь всегда должна быть сдача, — не выдержала Настя.

— А ты постой за прилавком как я, — прошипела продавщица. — С утра до ночи. Я что, должна бегать на соседний рынок менять каждую купюру?

— Да это же… как вы… — начала задыхаться Настя.

— А вот так мы… — улыбнулась тётка с недобрым взглядом. — А как вы?

— А у вас случайно фамилия не Артишок? — поинтересовался я, стараясь не показывать улыбку. Ну мало ли, может мать Зинаиды или тётка.

— Ага… — хмыкнула она. — Корнеплод. А твоя фамилия, случайно, не Говнюков?

А вот это прозвучало обидно. Придётся прибегать к лечебной процедуре. Я подпитал тётку веселящим анестетиком, но убрал эффект наркоза.

— Нам сдача нужна, — напомнил я ей. — Три рубля.

— Ой, да нате! — хохотнула продавщица. — Что за ерунда происходит? Почему я так смеюсь⁈

— Вы очень рады нас видеть, — улыбнулся я в ответ, получая три рублёвых купюры из-под стола.

Мы покинули магазин под заливистый хохот продавщицы.

— И долго она так будет ржать? — поинтересовался Пуля.

— До конца рабочей смены точно, — пообещал я, и Настя хихикнула.

— Егор Захарович, и почему вы решили именно здесь закупать продукты? Она ведь хамка редкая, — удивилась Настюха.

— Да я сам не ожидал, — округлил глаза старик. — Неделю назад была другая. Бабуля божий одуванчик.

— Ну а это её полная противоположность, — заметил я, когда мы садились в «Ниву».

— Ага, адский цербер. Ещё бы немного, и меня бы на счётчик поставила, — оскалился Пуля, и мы рассмеялись.

Добрались мы до поместья минут за пять. Только миновали ворота, как я увидел за ними просторный дом охраны.

Мы остановились, решив осмотреть новое жилище охранников.

Кирпичное, добротное, с черепичной двускатной крышей, на фундаменте. С виду отличный дом. Посмотрим, что внутри.

— Алексей Михайлович, это просто отлично! — встретил нас Матвей, показавшись на крыльце. — Столько пространства, и всё под боком.

— Привет, Матвей, — поздоровался я с ним за руку. — Показывай, что там у вас под боком.

Мы прошли внутрь. Да, всё было круто. Одна комната была сделана под наблюдательный пункт. В него затащили два старых потрёпанных кресла. Куча розеток на стене намекала на оборудование, которое поставим в ближайшем будущем.

Далее ещё одна довольно просторная комната, ванная, туалет, компактная кухня с вытяжкой.

— Да, сделано на славу, — признался я. — Осталось лишь закупить мебель. Займись на днях.

— Да, разумеется, — кивнул довольный Матвей. — Ещё камеры надо поставить и пульт наблюдения.

— Напиши, сколько нужно перевести, как всё посчитаешь, — произнёс я, и начальник охраны кивнул.

Мы добрались до дома, и я обрадовался межевым столбам. Более часа потратил, чтобы обойти периметр. Всё было сделано как и заявлено бригадиром Ивановым, быстро и качественно. И меня порадовали фосфоресцирующие ленты. Уже смеркалось, и они блестели в темноте. Точно не пройдёшь мимо.

Разумеется, были сделаны и калитки. Выход на участок к Долгопрудным, а с другой стороны на заросшую территорию, которую ещё никто не занял, насколько я понимаю.

На мой телефон пришло сообщение от Пули:

«Ты жрать идёшь? Или хочешь остаться голодным?»

Я ухмыльнулся. Ответил, что иду, и вернулся в гостевой дом. Настя уже наварила борща, нахваливая быстро-плиту, которую она вновь притащила с работы.

— Правда, только по одной порции, — вздохнула Настюха. — Ёмкость маленькая. И так два раза закидывала продукты.

— Главное что справилась, умница, — похвалил её Пуля, уже доедая борщ, затем намазал на хлеб ещё сметаны, черпая ложкой из пластикового контейнера. — Прям как те флаконы, блин.

— Ты это о чём? — удивился Захарыч.

— Говорю, как те флаконы, которые высыпались из ящика, — попытался объяснить Пуля.

— Олег, можешь нормально сказать, что произошло? — спросил я.

— Да один из типков из «Целебника», уронил перед моим постом ящик, — произнёс Пуля. — Вот оттуда и высыпались странные флаконы. Вот как эта банка. Ни этикетки, ни маркировки.

Захарыч замер с ложкой у рта, затем вернул её в тарелку.

— Ты уверен, Олег? Может, что-то не разглядел? — напряжённо взглянул на него старик.

— Да там и разглядывать нечего было, — хмыкнул Пуля. — Говорю же, просто стеклянные пузырьки и жидкость внутри. Хрен знает, что там.

— Я поговорю со Степаном, — пробормотал старик. — Но вообще-то очень странно. Они же работают на князя Останина. Это его клиника.

— Скорее всего Останин не знает об их махинациях, — подчеркнул я.

— Алексей, пока выводы оставь при себе, — нахмурился Захарыч. — Я узнаю всё, и тогда обсудим.

После сытного ужина я отправился отдыхать. Сходил в душ, затем вспомнил о механическом страже, вытащив его из внутреннего кармана пиджака. Поставил его на стол и завёл сигнал на семь утра. Всё забываю, что у меня есть отличный будильник.

«Кстати, Карыч, ты тут?» — обратился я к питомцу.

«Ну а где мне ещё быть? — хихикнул пернатый, уже прочитав мои мысли. — Ты хочешь увеличить зону контроля стража? Я тоже думал недавно об этом. Ну да, вроде должно получиться».

Я заметил, что питомец материализовался в пространстве, приземляясь рядом с механическим воином. Затем пернатый прикоснулся клювом к оружию игрушки. Энергия в виде нескольких искр пробежала по клюву Карыча, впитываясь в клинок.