Малец тихонько заворчал и с безнадежным видом поплелся к Лисилу. И дважды негромко гавкнул, давая понять, что не нашел ничего примечательного.
Опустившись на колени, Лисил кончиками пальцев тщательно ощупал каменный дверной косяк. И уселся на пол, стиснув в бессильной ярости кулаки. Затем он протянул руку за спину, и Магьер присела рядом на корточки, чтобы помочь ему достать из-за спины короб.
— Наверняка эту дверь можно запросто открыть, — пробормотал полуэльф, — но у нас нет времени выяснять, как именно.
Магьер по-прежнему неприятен был вид гарроты, которая свернулась серебристым клубком между запасными стилетами Лисила и ножом с широким кривым лезвием. За спиной у нее сдавленно выругались — Эмель разглядел содержимое короба. Магьер оглянулась через плечо, но смотрела она не на лицо Эмеля, а на его ноги, желая убедиться, что он не подошел слишком близко.
— Если я не могу открыть дверь изнутри, — продолжал Лисил, — значит, придется сделать это снаружи.
Он достал нож с кривым лезвием и захлопнул крышку коробки. Магьер сунула коробку на место, и Лисил встал, приставил острие ножа к двери чуть повыше дверной ручки и крепко обхватил обеими руками рукоять ножа.
— Что ж, пора немножко пошуметь, — пробормотал он.
Эмель шагнул ближе — на взгляд Магьер, даже чересчур близко.
— Ты шутишь? — недоверчиво осведомился он. — Этой штукой нельзя пробить дверь!
— Лучше надейся, что можно, — проворчал Лисил и всем весом налег на нож.
Лезвие наискось, с неприятно громким скрежетом впилось в дерево, пропахав неглубокую борозду длиной чуть больше ладони. Лисил повторил эту операцию несколько раз, неизменно углубляя борозду, затем выдернул нож и, опустившись примерно на ладонь ниже, проделал в двери вторую борозду. Затем он кончиком ножа принялся ковырять и царапать участок двери между этими бороздами — получился своеобразный квадрат. Все эти действия сопровождались оглушительным, по мнению Магьер, скрежетом.
Сообразив, что задумал Лисил, она забрала у него нож и сама принялась за работу. Она трудилась до тех пор, пока не одолела примерно половину толщины двери.
— Хватит, — сказал Лисил и, взяв нож, снова занял ее место.
На сей раз он только углублял верхнюю и нижнюю борозды, больше не ковыряя неглубокую впадину между ними. Наконец полуэльф остановился, сунул нож с кривым лезвием за пояс и достал укрепленный на локте клинок. И приставил острие клинка к центру квадратной впадины.
— Если нас до сих пор никто не услышал, — сказал он, — значит, здесь, кроме нас, никого и нет.
С этими словами Лисил всем весом налег на крестообразную рукоять клинка.
Раздался такой громкий треск, что Магьер вздрогнула. Листовидное лезвие клинка вошло в дерево почти по рукоятку. Лисил тотчас выдернул клинок, и Магьер наклонилась, чтобы взглянуть на плоды их стараний.
Кусок дерева вывалился наружу, и теперь в двери зияла квадратная дыра. Лисил пригнулся, просунул руку в отверстие — почти по плечо. Что-то заскрипело, и раздался громкий металлический щелчок.
Лисил распахнул дверь, но не двинулся с места — так и стоял на пороге, мрачнее тучи.
— Что с тобой? — спросила Магьер.
— Да ничего… просто я только что своими руками убрал еще одно препятствие на пути анмаглахков.
— У нас нет выбора, — бросила она и, обойдя Лисила, вышла в коридор.
Камера, которую они покинули, была одной из трех камер, располагавшихся в ряд вдоль широкого коридора. Они выбрались из ловушки в самом конце этого коридора. Снаружи на двери оказался подвижный засов со штырьком — вполне достаточно для того, чтоб не дать узнику выбраться на свободу. В коридоре царила глубокая тишина, но Магьер все же открыла две другие двери. Обе камеры оказались пусты, дверные ручки проржавели и покрылись слоем пыли. Ими явно не пользовались уже давно, и никому не приходило в голову наводить здесь порядок.
Лисил прикрыл продырявленную дверь камеры и спрятал в ножны клинок с листовидным лезвием. Он долго возился, пытаясь приладить на место выломанный кусок двери. Вначале ничего не получалось, и Магьер брезгливо поморщилась, когда Лисил провел языком по краю обломка, а затем натер это место пылью, собранной на полу. После этой процедуры обломок наконец встал на место. Теперь пролом можно было обнаружить, только если хорошенько хлопнуть дверью.
Лисил подошел к выходу из коридора. Там была дверь с большим зарешеченным окном, а за ней виднелось тускло освещенное помещение.
— Заперто? — с растущим беспокойством прошептала Магьер.
Вместо ответа Лисил легонько потянул засов. Дверь тотчас открылась, и Малец, первым проскользнув во внешнюю комнату, тут же начал принюхиваться.
— Кто научил тебя всему этому? — спросил Эмель.
По его тону Магьер заподозрила, что он и так уже знает ответ.
— А это важно? — буркнул Лисил.
Магьер оглянулась на барона. Тот исподтишка наблюдал за Лисилом, но сейчас перевел взгляд на нее.
Лисил вышел во внешнее помещение и остановился. Магьер увидела, как он передернул плечом, словно разминал затекшие мышцы.
— Мои отец и мать, — наконец ответил он. — Закройте фонари и оставьте их возле двери. Нам понадобятся свободные руки.
Магьер так и сделала, а затем вслед за Лисилом вышла в длинную темную комнату, где повсюду лежали ящики, бочки, тюки со всяким добром — протиснуться между ними можно было с трудом. В дальнем конце комнаты и в стене справа были еще двери. Стена слева представляла собой череду каменных колонн и арочных проемов, за которыми Магьер разглядела еще один коридор. На дальней стене этого коридора горели две жаровни, и именно их неяркий свет, проходя через арочные проемы, кое-как разгонял темноту в помещении склада. Магьер прошла в центральный проем и внимательно оглядела коридор в обоих направлениях.
С обеих сторон коридор заканчивался лестницами, ведущими наверх. В стене коридора обнаружилась дверь, которую Магьер не заметила из склада. Темные доски двери были стянуты промасленными ремнями и железными скобами. И ремни, и скобы были густо усажены стальными заклепками. Дверная ручка и косяк тоже были стальные и, в отличие от настенных жаровен, вид имели новый и ухоженный. В отличие от дверей камер, запиравшихся на засов, здесь имелась замочная скважина. Кроме этой двери в стене были видны очертания еще двух — наглухо замурованных.
— Почему здесь никого нет? — спросила Магьер, вернувшись на склад к Лисилу. — Камеры пусты, тогда где же Дармут держит Винн?
— В замке нет узников, — ответил Эмель, — если не считать вашей подруги и моей Хеди. Предателям Дармут немедленно рубит головы. Пленных и мелких преступников убивают на месте, если только они не успеют присягнуть на верность лорду. Наше войско редеет, а потому рекрутируют всех, кто способен стоять на ногах. Подозрительность Дармута давно уже переросла в манию, и в замке он оставляет только тех, кто целиком от него зависит. И даже к ним приставлена охрана, хотя солдат вечно не хватает.
— Где же тогда Винн? — жестко спросила Магьер.
— Не знаю, — признался Эмель. — Хеди формально не считается узницей, поэтому ее поселили где-то на верхних ярусах замка. Там же, вполне вероятно, держат и вашу Винн — в ожидании допроса или…
Лисил стремительно развернулся к Эмелю.
— Ты намекал, что ее держат в подземелье! Почему ты не сказал нам всего этого еще в трактире Брета?
— Потому что не знал, захотите ли вы мне помочь! — огрызнулся Эмель в ответ, но на лице его промелькнуло виноватое выражение. — Я должен спасти Хеди, и мне нужна ваша помощь. Да, я использовал вас, точно так же, как вы использовали меня… Но я помогу вам найти вашу подругу.
Магьер вдруг пробрал озноб, как будто она только что выбралась из ледяной воды озера. Как же ей ненавистен этот край! Правду здесь маскируют горами лжи, прячут, как оружие, которое пригодится в нужный момент. Гнев закипал в ней, и хотя Магьер старалась ее усмирить, голос ее зазвенел от злости:
— Ты что, мозги от страха растерял? Если Винн наверху, как мы сможем до нее добраться?
