Лодку сильно закачало, Тихомир тяжело задышал и принялся высматривать противника. Снова попытался применить магию, но ничего не вышло.
— А ведь это твой сон, — произнёс я.
Затем подумал и шагнул через борт, где успешно приземлился прямо на неспокойную поверхность. Забавные впечатления, словно оказался на покрытом брезентом бассейне.
— Сон? — вдруг отозвался Тихомир.
Озеро вдруг взбеленилось. В сторону лодки начала двигаться острая рябь от верхнего плавника твари. Похоже, в этот раз щука решила не давать шанса парню и угробить лодку вместе с ним. Хм, смышлёная однако. В жизни они намного тупее.
— Точно сон, — кивнул я.
Показался и сам плавник. Острый, тоже прочный и больше похожий на огромное лезвие.
— Сон… — задумчиво протянул Тихомир.
— Да, я так и сказал!
— Бр-р-л-л-л-р-р-р-л-л! — раздалось бульканье рёва.
Под поверхностью уже показались злые горящие глаза Серебряной Дьявольской Щуки. А вот это ещё одна неверная деталь. Глаза у этой твари не горят, словно фонари.
— Сон! — осенило наконец Тихомира.
— Р-Р-Р-Р-Р-А-А-А-А-А-Р-Р-Р-Р!!! — показалась пасть монстра.
Плавник вот-вот разрубит лодку, а зубы покрошат незадачливого малолетнего рыбака…
А, нет.
ПЛЮХ!
И здоровенная тварь вдруг превратилась в обычную большую щуку, а обломок удочки превратился в сачок, и Тихомир поймал её прямо на лету.
— Ха-ха! Попалась! — обрадовался он.
— Молодец! — воскликнул я и захлопал в ладоши.
Тихомир треснул кулаком по голове щуки, и та наконец-то затихла. А затем он вдруг посмотрел прямо на меня, нахмурился и спросил:
— Сергей Викторович, а почему вы стоите прямо на воде? И вообще… что вы делаете в моём сне?
Хах! Похоже, мы всё-таки успеем освоить первую основу техники мудреца.
В принципе, я и не сомневался.
Глава 19
— Серёж, нам надо поговорить, — очень уж серьёзно произнесла Лена.
Обычно такие заявления наводят ужас на многих мужчин. Санчо как-то вызвался на почти самоубийственную миссию вглубь индийских королевств, чтобы вытащить оттуда целого британского генерала и притащить его в штаб. Все остальные бойцы спецотряда уже были на заданиях, да и миссия была не настолько срочной, но Санчо прямо-таки рьяно вызвался и требовал его туда отправить!
Хорошо, что я на следующий день после его отбытия сам вернулся с задания и сразу же отправился следом, чтобы помочь. Было весело, хех…
Индийские сикхи оказались неплохими противниками, а у британского особого отряда, которого отправили вернуть генерала, мы раздобыли отличный чай, который и распили потом с тем самым генералом, прежде чем отдать его в руки наших ребят.
Прикольный мужик, кстати. Попросил напоследок выпить чаю, мол, до жути его любит. И не соврал, между прочим. Правда, он думал, что таким образом сможет усыпить нашу бдительность и сбежать, но жестоко обломался.
Так, о чём это я… Как раз во время этого чаепития Санчо и признался, что ему пришла смс-ка от одной из его барышень с тем посылом, что, мол, им нужно серьёзно поговорить. Причём барышня оказалась из командирского штаба и отчасти имела представление, чем мы занимались, хоть и очень ограниченное. Так что единственным способом избежать разговора было отправиться на смертельно опасное задание.
Вот только не получилось. Как только мы доставили «языка» и вышли из штаба, та самая барышня уже ждала Санчо, мило улыбалась и высоким, но почему-то жутким голоском спросила:
— А теперь мы можем поговорить, Санчик?
Ха-ха-ха!!!
Я еле удержался, пока они уйдут, а потом так угарал с него, что чуть не отправился в новую жизнь от недостатка кислорода, блин. Так сильно смеялся, что воздуха критически не хватало.
В общем, новых вот-прям-вчера-надо-было заданий на благо Родины не нашлось, и Санчо пришлось остаться с барышней наедине. Не знаю, что именно она ему там сказала, но друг ещё неделю ходил сам не свой.
И вот теперь я оказался в похожей ситуации. Только не было смс-ки, но был…
Палыч.
— Да-да, Сергей Викторович, — нахмурился он. — Серьёзно поговорить.
В общем, мы сидели в учительской. Лена и Палыч выглядели ну прям очень сосредоточенными и деловыми, а я перемещал взгляд с одного на другую и обратно.
— И о чём же? — спросил я.
— Нужно готовиться к олимпиаде, — ответила Лена. — И времени очень мало!
— Да-да! — закивал директор. — Мы не можем ударить в грязь лицом! Наша академия должна показать всей Российской Империи, что мы тоже не лыком шиты!
— Так я готовлюсь, — пожал я плечами.
— Правда⁈ — удивилась Лена.
— Правда. Каждый день обучаю своих Шалопаев — и не только их — по высшему разряду. Так что мои ученики точно не ударят в грязь лицом, Василий Павлович. Будьте уверены. Но разве что…
— Вот! — подскочил директор. — Вот, есть же всякие «но»! Я так и знал!
— Но разве что чужое лицо обо что-то долбанут, — усмехнулся я. — И исключительно в рамках разрешённых правил!
— Вот об этом как раз мы и хотели поговорить, — выступила Лена, пока директор лупил на меня глаза и ртом хватал воздух. — Место проведения, условия и правила неизвестны. Но сегодня мы узнали, как будут выбираться ученики.
— В смысле? — нахмурился я. — Разве не мои бесята отправятся защищать честь академии?
Лена и Палыч переглянулись, и взгляды мне их не понравились от слова совсем.
— М-мы тоже так думали, Сергей Викторович, — вздохнул директор. — И, насколько нам удалось выяснить, обычно оно так и было — класс выбранного учителя полным составом отправлялся на олимпиаду. Однако сегодня пришло письмо из имперского дворца…
От последних слов Палыч аж вздрогнул. И пока он справлялся со своими нервами, Лена протянула мне плотный конверт с печатью императорской канцелярии. Я быстро её узнал, ведь похожие видел на конвертах военной корреспонденции. Отличались только некоторые детали, и сейчас вместо меча и ружья двуглавый орёл держал в когтях скрученный свиток и перо для письма.
Я открыл конверт и принялся читать. А Лена по ходу дела комментировала содержимое.
— Отбор учеников будет проводиться инспекторами Особого отдела по результатам экзаменов за второй семестр. Любой ученик в академии может попасть на олимпиаду, Серёж. И кто именно это будет, мы узнаем в самый последний момент.
— И задания для экзаменов теперь тоже будут со звёздочкой, да? — хмыкнул я, дочитав письмо.
— Именно, — кивнул Палыч.
Кажется, он немного пришёл в себя.
— Что ж, звучит прикольно.
— П-прикольно⁈ — пискнул директор от удивления.
Лена только улыбнулась его реакции, скрестила руки на груди и присела на край стола.
— Вы это называете прикольно⁈ — не унимался директор. — Задания теперь будут тяжелее, все бланки составит Особый отдел. Да нам бы вообще триместр закрыть в таких условиях!
— Не беспокойтесь, Василь Палыч, — улыбнулся я широко. — Посмотрите на эту ситуацию с положительной перспективы.
— Это как это⁈ — поджал он губы.
— А вот так! Теперь учителям не нужно будет готовить задания на экзамены. Это ж столько времени освободится!
— Хех, точно, — хмыкнула Лена.
— И вы туда же, Елена Алексеевна! — чуть не обиделся Палыч.
— Василий Павлович, это и правда жуть какая работа, — пожала она плечами. — Нужно разрабатывать варианты и соблюдать нормы, которые высылает министерство всего за неделю. Я давно считаю, что они пусть сами бланки и составляют.
— Во-во! — закивал я оживлённо.
— А вы-то чего⁈ — возмутился Палыч. — Сергей Викторович, в прошлый раз вы справились всего за пару дней!
— За сколько⁈ — распахнула глаза Лена. — Такое вообще реально?
— Конечно, — важно приосанился я. — Если забить на нормы и делать как надо, а не как придумал фиг знает кто фиг знает где.
Теперь на меня уставились они оба. Кажется, Палыч даже немного побледнел и вспотел.
— Т-ты так больше никогда не делай, хорошо, Серёж? — нервно улыбнулась Лена.
