Большая охота (СИ) - Хай Алекс
Григорий Павлович перевёл взгляд на Романа.
— Подготовку продолжать.
— Уже исполняется, — сказал тот, явно привыкший к характеру своего дядюшки.
Отменять охоту никто не собирался. Мы лишь договорились провести её в присутствии людей, которые очень хотели бы отменить.
А я отправился собирать копию застёжки из подручных материалов.
Я позвонил Лене и попросил найти в моей походной мастерской ящик с ювелирным стеклом, переносной ограночный круг и резцы. Левашово находилось рядом, поэтому всё необходимое доставили меньше чем за час.
Рабочее место устроили во всё той же малой оружейной. Егоров принёс фотографии оригинала. По ним я выпилил две половины застёжки, соединил скрытым шарниром и выбил расходящиеся по краям ветви. Повторять каждую царапину не требовалось — достаточно было воспроизвести силуэт и старую чеканку.
Сине-зелёное стекло нужного тона нашлось не сразу. Ни одна стекляшка не сможет повторить игру оттенков грандидьерита, но я мог подобрать наиболее близкий оттенок к тому, что камень давал при холодном дневном свете.
Найдя нужный образец, я придал ему старую овальную огранку с широкой площадкой и тяжёлыми гранями, посадил в оправу, затемнил серебро и прошёлся кожей по выступам. На обороте вырезал слово «КОПИЯ» и поставил дату.
Григорий Павлович сравнивал обе застёжки почти минуту.
— Вблизи почти видно разницы, — наконец сказал он. — Но у меня и глаза уже не те…
— Главное — не подпускайте к ней ювелиров.
Князь покосился на меня.
— Одного уже подпустил. Хватило, благодарю.
Ночью подморозило и снова выпал снег.
Пороша легла на слежавшиеся сугробы, обозначив колеи. У стволов темнели проталины; на полях мартовский наст держался прочно. След читался ясно. К полудню потянулись гости. Охрану поставили так, чтобы они видели корсаковских егерей, а не оцепление. Старинная охота уживалась с современным недоверием.
Мы со Штилем вышли встречать Самойловых. Камердинер с утра принёс нам охотничью одежду. Тёмно-зелёный кафтан сидел на телохранителе безупречно и потому раздражал его особенно сильно.
— Тебе идёт, — улыбнулся я.
— Непривычно и неудобно, — мрачно отозвался Штиль.
— Придётся соответствовать стилю. Потерпи.
Автомобиль Самойловых остановился у крыльца. Во дворе разгружали сёдла и дорожные чемоданы, из белого флигеля доносился собачий гомон. Усадьба не изображала прошлое. Она просто на два дня вернулась к некогда привычному порядку.
Алла уже была в малой гостиной. Она разговаривала с матерью и застёгивала перчатку. Тёмно-синий костюм для верховой езды сидел на ней настолько естественно, что я снова вспомнил: до нашего знакомства у неё была невероятно насыщенная жизнь, о которой я знал далеко не всё.
— Вот вы где, Александр Васильевич, — улыбнулась она. — А ведь матушка думала, что вы уже в оружейной.
— До вчерашнего вечера это было правдой, — отозвался я, поприветствовав дам.
— А сегодня вы, наконец, вспомнили про лошадей?
— Пришлось. Хотя, признаюсь, наездник из меня посредственный — мало практики. Но для вас, полагаю, эта прогулка будет более приятной.
Графиня скупо улыбнулась.
— Мы бы предпочли, чтобы это и вправду было всего лишь прогулкой, — сказала она. — Охотиться на диких зверей, когда в наше время давно не требуется добывать пропитание — варварство! Я ещё могу понять жителей отдалённых губерний, где тайга сама вторгается в их жизнь и угрожает безопасности. Но здесь, под Петербургом, допускать убийство из одного лишь развлечения…
Слышать такую отповедь из уст Анастасии Владимировны мне было в новинку. Признаться, я думал, что для неё все светские развлечения были равны, и относилась она к ним как к неотъемлемой части своей жизни. Однако же, как выяснилось, и у неё было сердце, которое умело сострадать.
Алла, судя по её взгляду, была полностью согласна с матерью.
— Мы не станем охотиться, — сказала она. — Лишь украсим выезд своим присутствием. А вы, Александр Васильевич, будете участвовать?
У меня была другая задача — наблюдать за ближним кругом князя.
— Скажем так, его сиятельство любезно попросил меня составить ему компанию, — улыбнулся я. — Но охотник из меня ещё более неважный, чем наездник. Так что, полагаю, для меня это тоже станет захватывающей прогулкой.
Кажется, и этот ответ порадовал дам.
— В таком случае, Александр Васильевич, нам будет приятно ваше общество, — снизошла до любезностей графиня. — А пока пойдём посмотрим на собак…
Псарный двор занимал отдельную часть имения. За главным корпусом стояли тёплые помещения для гончих, открытые выгулы и дом ловчего. Возле навеса псари проверяли длинные своры.
Роман представил нам пожилого мужчину в тёмно-коричневом кафтане.
— Савелий Петрович Ратников, наш ловчий. В поле его распоряжения обязательны для всех. Включая дядю.
В первом выгуле находились гончие — около двух десятков рыжих, чёрных и пегих собак. При виде доезжачего стая быстро стихла. Тот негромко назвал несколько кличек, и собаки одна за другой повернули головы.
— Стая пойдёт в остров, — объяснил ловчий. — Доезжачий ведёт середину, выжлятники держат края. Их дело — поднять зверя и выставить в поле. Там работают борзые.
Борзые стояли отдельно, по три собаки в своре. Высокие, сухие, с длинными мордами и волнистой шерстью, они казались спокойнее гончих. Одна белая сука лежала у ног борзятника, не обращая внимания на людей. За изгородью пробежала кошка — собака поднялась одним движением и натянула ремень.
Борзятник коротко произнёс её имя. Сука замерла, но взгляда от кошки не отвела.
— Без разрешения к собакам не подходить, — предупредил Савелий Петрович.
— Даже если собака сама подойдёт? — спросил я.
— Хорошая борзая на своре к постороннему не пойдёт. А если всё же пойдёт, всё равно не трогайте. Это для гостей охота — развлечение. Для них, — он указал на собак, — это смысл жизни. Не нужно их отвлекать.
Княжескую свору вывел стремянной. Три белые собаки отличались отметинами: у одной тёмное ухо, у второй серое пятно на боку, у третьей узкая полоса между глаз. Они шли рядом, не путая ремней, и не рвались вперёд.
— Вьюга, Затея и Серебро, — назвал князь. — Первое поле открывают они.
Савелий Петрович проверил ошейники и лапы каждой собаки, затем осмотрел своры. Вся охота держалась не на одном приказе. Гончие, борзые, лошади и люди выполняли разные задачи. Слишком рано спущенная свора мешала соседней, плохо поставленная лошадь закрывала собаке выход, неверный сигнал разрушал расстановку.
Получалась система сложнее многих артефактов. И в отличие от металла собаки имели собственное мнение.
— Вам подобрали коня, — сказал Роман. — Гнедой мерин по кличке Кремень. Спокойный, привычный к собакам и рогам.
— Звучит так, словно вы рассчитываете прежде всего на его выдержку.
— Простите, Александр Васильевич, но о вашей мы ничего не знаем. Так что подбирали наиболее покладистого.
Штилю достался серый Туман. Телохранитель осмотрел седло, подпругу и стремена с той же тщательностью, с какой обычно проверял автомобиль.
— Прежде ездил верхом? — спросил я.
— Приходилось не раз.
— И ни разу мне не сказал?
— Вы не спрашивали, — пожал плечами Штиль.
Кремень оказался широким в груди мерином с белой отметиной на лбу. Он терпеливо позволил мне сесть, но на первую неточную команду ответил поворотом головы. Конь явно проверял, умею ли я командовать или проще сразу взять управление на себя.
— И какому выводу он пришёл? — спросил я у Аллы. Она уже сидела на вороной кобыле, которую привезли из её имения.
— Пока собирает сведения. Но, думаю, у вас с ним проблем не будет. Мальчик спокойный.
Мы прошли по кругу. Кремень каждую мою ошибку переводил на собственный, более удобный язык: перед поворотом замедлялся, перед остановкой делал лишний шаг, чтобы встать ровнее. Наш временный союз строился на том, что опыт принадлежал ему.
Похожие книги на "Большая охота (СИ)", Хай Алекс
Хай Алекс читать все книги автора по порядку
Хай Алекс - все книги автора в одном месте читать по порядку полные версии на сайте онлайн библиотеки mir-knigi.info.